Смерть в классе - К. М. Роулинс

«Нет, даже это было ложью. Сегодня утром я получила письмо от его адвоката. Мама показала его мне. Он действительно сделал меня своей наследницей, но мне нечего было оставить».

«О». Но Мэйв сразу почувствовала, что её словесная реакция была совершенно неуместной. Вместо этого она наклонилась вперёд и крепко обняла её, не отпуская больше минуты.

«Я знаю, это выглядит плохо», — сказала Фи, поплакав и наконец вытерев глаза, — «тебе, наверное, кажется, что и мама, и я — убийцы».

«Ни в коем случае», — ответила Мэйв.

«Ты не должна так просто говорить, Мэйв».

«Я бы не сказала, Фи. Правда, не сказала бы. Если бы я думала, что ты или твоя мама виновны, меня бы здесь не было, потому что я была бы в полицейском участке, пытаясь вбить немного здравого смысла в голову этому глупому констеблю Кларку».

«О, тебе это никогда не удастся, Мэйв, это все равно что заставить свиней летать!» Мэйв улыбнулась шутке Фи, подумав, что та уже немного пришла в себя.

«Нам лучше пойти к остальным, пока они не отправили спасательную команду», — сказала Мэйв, вставая, чтобы убрать старые планы сада. «А что это?» — спросила она, заметив среди остальных сложенный пакет бумаг. Она развернула его и, ахнув, снова села.

«Что такое?»

«Это про школу», — сказала она, читая вслух. — Это дарственная на землю и здания, составляющие школу Стратфултон. Это подарок одного из моих предшественников фонду, который управляет школой.

— И что? Все знали, что эта земля принадлежит Стратфултону.

— Да, но посмотри на пункт 3. Если школа когда-нибудь закроется, земля и здания вернутся в собственность поместья Стратфултон.

«Значит, когда школа закроется, она перейдёт в твою собственность? А не к миссис Мортон?»

«Миссис Мортон?» — с недоверием спросила Мэйв.

И тогда всё стало на свои места. Не только финансы, но и всё остальное.

Глава 20

Они в мгновение ока вернулись в гостиную.

«Простите, дамы», — Мэйв придала своему голосу интонацию сержанта Моргана, чтобы привлечь внимание, — «это довольно срочный вопрос. Кто-нибудь видел миссис Мортон?»

«С тех пор как она подала тот почти остывший кофе полчаса назад — ни разу», — ответила одна из дам в твидовой юбке, а остальные кивнули в знак согласия. «Она казалась как-то отвлечённой», — продолжила дама, — «она упомянула, что её муж болен, и я думаю, может, это её отвлекало».

«Без сомнения, это отвлекло её», — ответила Мэйв, пытаясь придумать, где ещё поискать, и одновременно обдумывая, куда обратиться за подкреплением.

Роберт Манро. Почему она не догадалась о нём раньше? В последний раз его видели час назад в бильярдной.

«Быстрее, Фи, в бильярдную. Нет, лучше так: ты проверь кухни, а потом встретимся в бильярдной. Я найду мистера Манро и расскажу ему о последнем открытии».

«Конечно, Мэйв, но почему?»

«Нет времени». Мэйв исчезла, мчась по неровному коридору, ведущему к задней части дома и бильярдной, несколько раз спотыкаясь о края плиток, что в конце концов заставило её замедлить шаг.

Но сколько времени у них осталось? Почему она не сложила все воедино раньше? Что не так с её способностью логически мыслить? Неужели она лишилась её, приняв жизнь аристократки? Слишком много вопросов и ни одного ответа.

Поправка: был один ответ, и он касался главного вопроса — кто убил мистера Макгрегора.

Она думала, что знает, но у неё остался ещё один вопрос. И замок с двумя сотнями комнат, который нужно было обыскать, а за ним — поместье площадью в тридцать тысяч акров.

Надо отдать должное этому человеку: Роберт Манро уловил суть дела, словно обсуждал в суде вопрос жизни и смерти.

— Я понимаю, — сказал он, — убийство, в котором вас изначально обвиняли… школьный учитель… закрытие школы… дарственная. Да, я всё понял. Нам нужно подтвердить факты».

«Да», — сказала Мэйв, как раз в тот момент, когда Фи вошла в бильярдную, где большинство гостей устроились растянуться в креслах — старых кожаных чудовищах — или же открывали окна и вылезали в красивый внутренний двор, из которого, казалось, не было выхода, кроме как через окна соседних комнат.

Такова была беспорядочная природа замка, строившийся поэтапно на протяжении восьмисот и более лет.

Роберт Манро изрядно выпил, терпеливо дожидаясь ужина, который оказался гораздо лучше, чем ожидалось, но он был далеко не самым пьяным, и, обдумывая факты, переданные Мэйв, он вдруг почувствовал удивительную трезвость.

«Мы должны обыскать весь замок», — сказал он.

— Втроем? На это уйдет целый месяц воскресений.

— Нас трое, а их — полно. — Он указал на кучу растянутых тел, затем вскочил на бильярдный стол и прочистил горло, готовясь к речи всей своей жизни.

— Друзья, римляне и соотечественники, — начал он, но тут же разразился серией кашля, хрипов, фырканья и икоты. «Остального я не помню, но нам нужен каждый, кто ещё стоит на ногах». Он оглядел их расслабленные позы. «Нет, я беру свои слова назад, нам нужно, чтобы все стояли. Это чрезвычайная ситуация. Нам нужно найти экономку, а именно одну…?»

«Миссис Мортон», — добавила Фи, пока Мэйв с открытым ртом пялилась на мужчину на бильярдном столе.

«Да, миссис Мортон пропала, и её нужно найти. Кто с нами в этом поиске?»

Рёв был оглушительным, совсем как на матчах по регби в Кардиффе, которые Мэйв посещала в детстве, ведь в Кардиффе регби смотрели все. На самом деле, говорили, что регби приводило к большему количеству браков, рождений, разводов и смертей в Южном Уэльсе, чем что-либо другое, включая угольную пыль из шахт.

Мэйв протянула руку, чтобы Роберт мог подтянуть её на бильярдный стол и она могла встать рядом с ним.

«Серьёзно», — воскликнула она, почти мгновенно добившись тишины и внимания. «Нам нужно навести здесь немного порядка». Но как это сделать? Она догадалась: подавляющее большинство мужчин перед ней, наверное, воевали на войне. «Я хочу, чтобы все выстроились в строй, давайте, в три ряда». И старики, и молодые смотрели на неё с непониманием. Она выпрямилась, откинув плечи назад и выдвинув подбородок вперёд. «Выглядите бодрее!» — воскликнула она. «Последний, кто займёт место, — додо».

Она задалась вопросом, удастся ли ей навести нужный порядок в царившем хаосе. Мужчины, когда пьяны, могут становиться агрессивными, но эти были уже за пределами этого, да и изначально не склонны к насилию.