Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

ее за Баффа. Что я ее защищу. Но я никак не могла ее найти. А потом наконец увидела ее уже у самой двери. И тогда я попыталась пробраться к ней. Какой-то парень схватил меня и стал спрашивать: «Эй, сладенькая, куда это ты так спешишь?» Тогда такое было сплошь и рядом, и, когда я отпихнула его, он начал говорить: «Брось, не ломайся, всего один новогодний поцелуй», и тогда я отпихнула его уже сильнее и заорала: «Отвали от меня», но к тому моменту, когда я вырвалась, Виктория уже ушла.

Все это Каролина рассказывает с закрытыми глазами. Потом делает руками такое движение, как будто отталкивает мужчину, который ее схватил. Мне уже доводилось видеть такое прежде. Каролина не просто вспоминает – она находится там, в 1999 году, скорее проживая все события той ночи заново, нежели вспоминая их. Это практически самогипноз.

Лицо Каролины краснеет от чего-то, схожего с напряжением. Она делает несколько глубоких вдохов. Но это, похоже, не помогает ей успокоиться. Глаза у нее по-прежнему закрыты.

– Каролина?

Черт! Это Кейт Бойд.

Глаза Каролины распахиваются.

– Каролина, у вас все в порядке?

Она, кажется, не сразу осознает, где находится. Я не очень понимаю, как себя лучше вести.

– С ней все в полном порядке, – заверяю я координаторшу. – У нас всего лишь эмоционально непростой разговор.

– Каролина? – повторяет та.

– У нас все в порядке, Кейт, – наконец обретает дар речи Каролина. – Мне не слишком нравится, что вы нас прервали.

– Я просто хотела…

– Я же сказала, что позову вас, если мне что-нибудь понадобится. Мне казалось, политика этого заведения подразумевает взаимное уважение и неприкосновенность частной жизни.

Бойд мгновенно ощетинивается:

– Да, и мы неукоснительно ее придерживаемся.

– По-моему, вы сейчас демонстрируете вопиющее неуважение к моей частной жизни.

– Я не подслушивала, если вы это имели в…

– Пожалуйста, оставьте нас. И не возвращайтесь до тех пор, пока мы вас не позовем.

Бойд разве что не кланяется перед тем, как исчезнуть. Каролина смотрит на меня. Я боюсь, что момент безвозвратно упущен. Глаза Каролины открыты. Она снова на террасе, а не в пабе «Маккейб».

Я пытаюсь вернуть ее обратно:

– Вы сказали, Виктория выбежала на улицу?

Каролина некоторое время молчит. И смотрит на меня с таким видом, как будто я внезапно магическим образом материализовался перед ней и она понятия не имеет зачем.

– Виктория прошла мимо камеры видеонаблюдения, – продолжаю я. – А через несколько минут следом за ней прошли вы.

Каролина продолжает молча смотреть на меня.

– А потом, – говорю я, – Виктория исчезла. Раз – и нет. И больше вы никогда ее не видели, так?

– Никогда, – эхом отзывается она.

Я наклоняюсь к ней:

– Что произошло, Каролина?

Молчание.

– Вы ее догнали? – спрашиваю я.

Голос ее словно доносится откуда-то издалека:

– Да.

– А потом?

Она моргает, прямо как та Каролина, которую я помню по Фарнвуду. Потом начинает жестикулировать и пожимать плечами, как будто не может заставить собственный язык повиноваться.

– Виктория обняла меня, – произносит она наконец. – И сказала, что все будет хорошо.

Я пытаюсь задать ей вопрос взглядом, чтобы не нужно было произносить его вслух. Она молчит, так что я в конце концов спрашиваю:

– И что произошло потом?

– Она показала мне телефон.

– Телефон?

– И сказала, что Томас в плохом состоянии.

Я чувствую, как по спине у меня ползет холодок.

– В каком смысле?

– Она любила его. Вы же знаете это, правда?

– Знаю.

– Из них двоих Томас был старшим, но она всегда его опекала. Видимо, он ей позвонил. Вдрызг пьяный. Это с ним она разговаривала по телефону, когда я подошла к ней и стала целовать.

Я сглатываю.

– Томас же был дома, да?

– Дома?

– Да. После того как он высадил вас двоих у паба, разве он не поехал домой?

– Нет, что вы, – говорит Каролина. – Он был слишком пьян. Виктория даже забрала у него ключи от машины, чтобы он не мог никуда уехать.

Я снова сглатываю.

– А где тогда он был?

– В каком-то другом баре неподалеку. Она думала, Томас будет там в безопасности, но, судя по всему, он окончательно напился, а потом в слезах и соплях позвонил сестре. В общем, Виктория сказала, что хочет пойти посмотреть, как он там.

– И она туда пошла?

– Да. В смысле, я видела, как она вошла в бар.

– А потом?

– А потом я больше ее не видела.

Глава 31

Гольфист Гэри ждет меня в своем «рейнджровере».

– Ну, рассказывайте.

Я ничего не говорю. Он понимает меня без слов и включает зажигание.

Томас мне солгал. В курсе ли его родители?

Я проверяю телефон. Звонили Молли и Марти. Первой я перезваниваю Молли.

– Ты ведешь себя как идиот, – говорит она вместо приветствия.

– Я уже еду обратно в больницу.

– Не трудись.

– Что?

– Я попросила их тебя выписать. Приезжай домой. Я приготовила тебе постель.

– И губку для обтирания?

– Не нарывайся, – говорит Молли. – Но да.

Я перекладываю трубку в другую руку.

– Я люблю тебя, – говорю я.

– Попробовал бы ты меня не любить. – Потом добавляет: – У тебя этот особый голос.

– Какой голос?

– Какой у тебя бывает, когда в деле все хуже некуда.

– Ты хорошо меня знаешь.

– Не хочешь рассказать? – спрашивает она.

– Не сейчас. Надо все хорошенько обдумать.

– Тогда потом, – говорит она.

– Потом.

– После того, как я оботру тебя губкой.

– Точно не раньше, – говорю я.

Потом я перезваниваю Марти. Он отвечает с первого же гудка и спрашивает:

– Ну, что тебе удалось узнать?

– Сперва ты, – говорю я.

– Предварительные результаты баллистической экспертизы пистолета, обнаруженного на месте убийства Брайана Пауэлла, показали, что это тот же пистолет, из какого стреляли в тебя и Викторию Белмонд.

Новость не становится для меня неожиданностью.

– Это пистолет того же типа, как тот, из которого застрелили Николь Бретт. Ты, наверное, уже и так догадался.

– Угу.

– Не тот же самый пистолет. Но тот же тип. «Вальтер ППК». Неплохое совпадение.

Мне не хочется сейчас углубляться в эту тему.

– Когда умер Пауэлл?

– Сложно сказать. Вскрытие еще не завершено, но по приблизительной оценке – между тридцатью шестью и сорока восемью часами назад.

Я задаю ему напрашивающийся вопрос:

– Вы вызвали Теда Грейсона на допрос?

– Мы пытались. Его адвокатша сказала, что он не будет отвечать ни на какие вопросы. У него вроде как алиби. Свидетели утверждают, что Грейсон практически безотлучно находился в хосписе у постели матери – для него установили койку в палате, – но, думаю, он вполне мог вылезти через окно или улизнуть еще каким-нибудь способом. Это же не Форт-Нокс, охранять его нет необходимости. Кто будет вламываться в хоспис?

Телефон начинает вибрировать. Я смотрю на экран. Это Дженнифер Шульц из «Абеоны». Говорю Марти, что перезвоню, и переключаюсь на другую линию.

– Я уже