Собеседование - Крис Юэн

Мне не удалось больше ничего найти, так что я заподозрила, не были ли те камеры муляжами для отвлечения внимания. С Джоэля бы сталось придумать подобное.

Занятая поисками, я не переставая думала о Мэгги, о Джоэле и о том, что он ей скажет или сделает. Я не могла отделаться от чувства вины. Я знала, что это иррационально и что на самом деле я жалею себя, но со дня гибели Марка меня не покидало ощущение, что я чем-то запятнана. Испорчена. Или даже проклята. В глубине души жило чувство, от которого было очень сложно избавиться: что теперь на всю мою жизнь отбрасывала тень какая-то черная звезда и что, ответив Мэгги, я каким-то образом втянула ее в царящий вокруг меня сумрак.

Я постаралась отбросить эту мысль, поднялась с пола и еще раз подергала ручку двери, а когда она не поддалась, то села обратно и с досадой стала бить по стеклу каблуками. Стекло с гулким звуком заколебалось, и меня отбросило отдачей.

Я пнула еще раз, проклиная Джоэля и положение, в котором оказалась, с каждым отскоком. Я пиналась и сыпала проклятиями, когда до меня донесся голос, выкрикивавший мое имя. Подняв голову, я увидела Джоэля, стремительно пересекавшего офис в моем направлении.

Он шел один. Под мышкой зажата та самая кожаная папка. А левой рукой он держал женскую сумку.

О нет.

Я содрогнулась. Это была удобная вместительная сумка. Очень похожая на сумку Мэгги. И я сомневалась, что она сама ее ему отдала.

По телу стал расползаться жуткий, парализующий холодок, который ощущаешь в тех кошмарах, где, плавая в открытой воде, чувствуешь под тобой существо, которое в любой момент может схватить тебя за ноги и утащить на дно.

– Отодвиньтесь, Кейт! – прокричал он мне из-за стекла.

Я не пошевелилась.

– Избавьте нас от ненужных сложностей. Мы с вами оба знаем, что я войду, и я не хочу ради этого делать вам больно.

Я смотрела на него в упор. Он склонил голову набок, дожидаясь, не отодвинусь ли я, и прижал сумку к стеклу.

– Вы же знаете, чья это сумка?

Я отвела взгляд, чтобы осмотреть его талию. По-прежнему ли у него за поясом нож?

– Подвиньтесь, Кейт.

– Что ты с ней сделал?! – закричала я.

Он не ответил и жестом показал мне посторониться.

– Если ты с ней что-то сделал…

Он продолжал молчать. Смотрел на меня и ждал, пока я не встала наконец с пола и не попятилась, спотыкаясь на гудящих ногах, шаря позади себя в поисках стеклянной стены, в которую должна была упереться.

Под моим взглядом он запустил руку в карман, и спустя секунду дверь отперлась с тихим щелчком. Он открыл ее, и я тут же бросилась вперед, пытаясь протолкнуться мимо него.

Убежать далеко я не успела, он обхватил меня за пояс и поднял в воздух.

Я замолотила ногами. Кричала и била его кулаками по плечам и спине. Он стиснул меня так, что стало больно, кожаная папка впилась в меня, и он потащил меня обратно, а потом впечатал в стеклянную стену.

За нами задребезжало стекло. Я вздрогнула от вспыхнувшей в лопатках и позвоночнике боли.

Не переставая прижимать меня к стеклу, он наклонил ко мне лицо.

Я плюнула в него.

Он дернулся и заморгал, а потом опустил голову, сдерживая себя, и очень, очень долго молчал. Наконец он отпустил меня и сделал шаг назад, но по-прежнему загораживал выход. Он потянулся в карман за платком и отер лицо.

В этот момент я заметила пятна крови у него на рукаве. Бурые брызги у нагрудного кармана.

Нет.

Внутри меня все как будто еще больше похолодело.

– Ты ее тоже бил? Зачем ты ее бил?

Джоэль посмотрел мне в глаза. Если совесть и мучила его, он этого не показывал. Просто наблюдал за мной, а потом довольно неожиданно сделал шаг в сторону и поставил сумку Мэгги на стеклянную столешницу, а рядом положил папку. Он стоял ко мне спиной. Я видела, как поднимаются его плечи и напрягаются под рубашкой мышцы.

Потом посмотрела на дверь. Побежать?

– Вы не успеете, – сказал он мне, качая головой. – Она тоже не успела.

Меня ударила волна крупной дрожи, будто та невидимая тварь, которую я боялась, вцепилась мне в щиколотку и потащила в глубину.

Я почувствовала дурноту и слабость, и к тому моменту, как он развернулся и вышел, чтобы завести обратно в куб кожаные кресла, меня затрясло так, что это было видно со стороны. Как будто меня вынули из воды и завернули в одеяло из фольги, но я все еще в ступоре от пережитого кошмара.

Температура у меня внутри как будто упала еще ниже, когда он расставил кресла с двух сторон стола, а потом сел на то же место, где сидел в прошлый раз, и раскрыл перед собой папку.

– Кейт? – Он кивнул на кресло напротив. – Пора.

Я не шевельнулась.

– Кейт, сядьте.

Я по-прежнему стояла.

– Если бы Мэгги могла сейчас с вами поговорить, она бы посоветовала вам сесть. Она бы настаивала на этом. Поверьте мне.

В конце концов я потихоньку двинулась вперед. Неловкими, неуверенными шагами, ощущая сквозь тонкие чулки холодный и твердый бетон пола.

Я сглотнула и потянулась к креслу, потихоньку устроилась в нем. Оно скрипнуло и опустилось под моим весом.

– Давайте начнем сначала, хорошо? Сейчас мы с вами, Кейт, побеседуем. И вы ответите на мои вопросы. Не будете мне врать, чтобы Мэгги не пришлось мучиться больше необходимого.

Я держалась спокойно, насколько могла, и смотрела на ее сумку. Я не могла думать ни о чем, кроме крови на его рубашке.

– Я хочу, чтобы ты сказал мне, что с ней сделал.

– Знаете, что меня изумляет, Кейт? Что вы забыли, как устроено собеседование. Что ж, напоминаю: сначала я задаю вопросы, а вы на них отвечаете, а потом и у вас будет возможность спросить меня. Все ясно?

Я впилась ногтями в ладони, вспоминая, как Мэгги держала меня в холле за руку и уверяла, что это место создано для меня и что все будет хорошо.

– Вы готовы, Кейт?

– Чего ты от меня хочешь?

– Замечательно, тогда вот мой первый и самый главный вопрос: где ваш муж, Кейт? Где сейчас Марк?

46

Пятница, 20:07

Кислота разливается внутри меня и поднимается вверх по горлу. Раскаленные иголки впиваются в