Снег - Рональд Малфи

Его рука дрожала. Тодд смотрел, как поднимается и опадает грудь спящей девочки. Нет, попробовал он убедить себя, это больше не ребенок. Она изменилась. Но легче от этих мыслей не стало.

Он опустил пистолет. Почувствовал, как взгляд Кейт останавливается на нем, прожигает насквозь. Вместо того чтобы посмотреть на нее, он кивком указал на двери кузова и беззвучно прошептал: наружу. Кейт поняла его, отделилась от стены и проскользнула мимо спящей девочки. Подобрала свой подсвечник и каким-то образом умудрилась отпереть двери кузова без шума. Тодд выбрался из машины следом за ней. Как только он оказался на грязном, мокром снегу, холод сковал его тело.

Тодд довольно долго стоял, глядя в открытые дверцы скорой. Будь это фильм, он бы ругал героя, веля ему вернуться и нажать наконец на гребаный курок. Но все было по-настоящему, и реальные люди порой столь же глупы, как персонажи на экране.

Честно говоря, подумал он, сжимая пистолет дрожавшими пальцами, я даже не уверен, что, застрелив девочку, убью поселившуюся внутри нее тварь. Та тень, которую Шона уложила снаружи Pack-N-Go, просто улетела. Может, им больно и они слабеют, резко выбираясь из тел, но не думаю, что выстрел может их уничтожить.

А вот огонь…

Эта мысль заставила его повернуться и посмотреть на черный дым, поднимавшийся из-за деревьев. Это был чертов погребальный костер, тлевший всю ночь. Тодд гадал, осталось ли что-то от здания и, что еще важнее, от тварей внутри.

Кейт наблюдала за ним с обочины и казалась замерзшей, промокшей и напуганной.

– Уходим? – еле слышно спросила она.

Тодд кивнул. Они спустились в канаву и зашагали, невидимые со стороны дороги.

В свете дня бойня, постигшая город, открылась во всех чудовищных деталях. Кровь пятнала заснеженные склоны холмов, алыми ручейками стекала в овраги и водостоки вдоль улиц. Обрывки одежды висели на деревьях, как забытые гирлянды. Что еще хуже, везде были разбросаны человеческие кости, словно высыпанные из кузова грузовика. На многих осталось посеребренное инеем мясо. Из кроны тиса на них смотрела голова с раззявленным в крике ртом, застрявшая в развилке ветвей. Замерзшие глаза превратились в черные камешки, а кожа обрела кошмарный сине-зеленый оттенок. Кейт спросила, не зажечь ли ей факел на случай, если одна из этих тварей снова выпрыгнет из-под снега, но Тодд сказал, что лучше не привлекать внимания.

– Похоже, – заметил он, – днем они прячутся.

– Шона говорила, что солнечный свет на них не влияет, они же не вампиры.

Тодд пожал плечами и предположил:

– А может, и вампиры. Может, мы знаем их как вампиров.

– Небо странное. У меня дурное предчувствие. Видишь клубящуюся грозовую тучу над тем холмом? – Она указала на око черного вихря под куполом облаков. – Это неестественно.

Тодд расхохотался – не смог удержаться.

– Вся эта хрень неестественна, милая, – сказал он, и Кейт тоже прыснула. Тодд ужасно хотел есть – они оба умирали с голоду, – и от смеха у него заболел живот… и все же это было хорошо. Тодд не мог вспомнить, когда смеялся в последний раз.

– Куда теперь? – спросила Кейт через пару минут, успокоившись.

– Будем придерживаться плана. Заберемся в один из домов, возьмем машину и свалим из этой мерзкой дыры.

– А остальные? – В ее голосе звучала надежда, и ему стало ясно: она верит, что они все еще живы. – Если найдем машину, мы что… просто их бросим? Оставим здесь?

– Нэн мертва, – напомнил ей Тодд. – Ничем хорошим для Фреда и Шоны это кончиться не могло.

– Но ты не знаешь.

– Я был на колокольне с Крисом и заметил, что витрины Pack-N-Go разбиты. Крис сказал, что видел, как оттуда выбежали две женщины.

– А Фред?

– Он ничего не говорил о Фреде.

– Но это не значит, что его убили. А Шона? Мы не уверены, мертва ли она, не знаем этого точно. Она протянула здесь неделю, спрятавшись в супермаркете. Возможно, она все еще где-то в городе, затаилась и выжидает.

– Послушай, – сказал он. – Я, как и ты, совсем не хочу их бросать. Мне плохо при мысли о Нэн. Но, Кейт, мы не можем ездить по улицам, сигналить и звать их. Что ты предлагаешь?

Кейт молчала. Тодд решил, что она злится, но, подняв глаза, увидел странное выражение у нее на лице.

– Что? – спросил он. – Что такое?

– Мне нужно по-маленькому.

Он фыркнул и улыбнулся.

– Иди. Я подожду.

– Нет. Одна я никуда не пойду. Просто отвернись. Пописаю прямо здесь.

Тодд взял у нее факел и отвернулся. Смотрел на вершины деревьев, пока она расстегивала штаны, и постарался не краснеть, услышав, как ее моча течет в снег. Чтобы справится со смущением, он проговорил:

– Черт, я надеюсь, ты сейчас поливаешь одного из этих ублюдков.

Она фыркнула, а потом возмущенно ответила:

– Не смеши! А то все обрызгаю.

Закончив, она покатала в ладонях снежок, чтобы помыть руки, и забрала факел у Тодда. Они шли по грязной канаве, пока на другой стороне улицы не появились дома. Чей-то форд-таурус въехал в гидрант; водителя в машине не оказалось. Знак СТОП был согнут под прямым углом – большие белые буквы тянулись вверх.

Они поднялись по насыпи и, нервничая, вышли на улицу. Каждый шаг отдавался от асфальта эхом, они словно шагали по съемочной площадке – все было нереальным, вокруг стояла жуткая тишина.

– Как думаешь, где жители? – спросила Кейт. Теперь она держала факел, как биту.

– Понятия не имею. Но давай не расслабляться.

– Договорились. Какой дом?

– Ближайший.

Они зашагали по занесенному снегом тротуару, ноги по лодыжки утопали в ледяной слякоти. Стоя в рощице сосен, Тодд присмотрелся и, как ему показалось, узнал задние фасады некоторых зданий.

– Думаю, мы на другой стороне городской площади, – сказал он, продолжая вглядываться сквозь сосновые ветви.

– Господи! – Кейт замерла.

– Что такое?

– Кажется, нас кто-то преследует.

– Кто-то?

– Может, одна из этих тварей.

Тодд оглядел пустую дорогу, полоску домов, клин сосен, где они прятались.

– Я ничего не вижу.

– Похоже, так и задумано. – Она поежилась и обхватила себя руками. – Пойдем. Здесь я чувствую себя движущейся мишенью.

Они поднялись на холм – на лужайку ближайшего изящного викторианского домика с рождественскими украшениями в окнах. Слева что-то зашипело. Тодд развернулся, выставив перед собой пистолет.

Кейт спросила:

– Что там?

На другой стороне улицы толстый черный кабель змеился по снегу, время от времени выплевывая искры из перерезанного конца.

– Оборванный провод, – сказал Тодд. – Я видел их с колокольни.

– Да ты настоящий Квазимодо.

Кейт двинулась по лужайке, но Тодд схватил ее за рукав.

– Постой. Думаю, лучше