Забытый демон - Сергей Изуграфов

Смолев и Софья поднимались молча, опережая полноватого и одышливого полицейского уже на несколько ступенек. Старший инспектор предпринял героическое усилие и, совершив рывок, догнал Смолева. Теперь они шли рядом.

— Во время праздника он увидел у меня в руках тубус с бумагами, проследил, где я его оставил, а потом выкрал его, — пройдя несколько ступенек и пытаясь выровнять дыхание, продолжил Антонидис, обращаясь к Смолеву. — Я выписал ордер на его арест, господин Смолев, мне жаль, пусть он и ваш гость, но закон есть закон! Если причастен к краже, то и в убийстве замешан, ясно как день! Со слов Софии он не выходит на связь, но телефон его включен, он просто игнорирует любые звонки. Вы просили меня подождать вас, и я не могу отказать вам в вашей просьбе, но теперь вы здесь, и мы должны предпринять все меры…

— Разумеется, Теодорос, разумеется, — мягко прервал длинную тираду старшего инспектора Смолев, остановившись на верхней ступеньке лестницы — здесь они должны были разойтись с управляющей в разные стороны — и коснувшись его локтя, заставил его умолкнуть. — Мы сделаем все необходимое, чтобы выполнить требования полиции и греческих властей. Простите! Одну минутку, если позволите. Буквально минуту!

Старший инспектор замолчал, но всем своим видом красноречиво демонстрировал готовность немедленно высказать свое аргументированное мнение, которое можно было бы принять не просто за шаткую гипотезу, а за достойную рабочую версию, способную объяснить все происходящее. Смолев благодарно улыбнулся ему и повернулся к своей помощнице.

— Рыжая, — обратился он к управляющей, перейдя на русский язык, — все собрались? Сколько человек?

— Восемь, дядя Саша, — ответила Софья. — Одного нет. Но его не было и вчера. Какая-то темная история. Ко мне подходили девушки: Сандра и Вероника, ты помнишь их, они были на вечере.

— Да, я помню прекрасно. Что говорят?

— Немного, толком не разобрать. На Веронике лица нет, плачет. Сандра, подруга, ее успокаивает. Я так пока и не поняла, что случилось. Жених Вероники, что должен был вчера приехать, пропал.

— Что значит «пропал»?

— Он заявлен у нас в списке гостей, — управляющая заглянула в записную книжку. — Сейчас… А, вот! Джакомо Перуцци. Тоже из состава труппы. У них с Вероникой свадьба в декабре. Телефон не отвечает. В том смысле, что «отключен или вне зоны действия сети». Девушки хотят с тобой пообщаться. Катерина им про тебя такого понарассказывала! Теперь они считают, что ты маг и волшебник, жениха из-под земли достанешь. Как Дэвид Копперфильд, помнишь? Поезд пропадает, поезд появляется!

— Час от часу не легче. В один прекрасный день я уволю ее за болтовню! Когда-нибудь это точно случится, — беззлобно отреагировал Смолев, напряженно что-то обдумывая, — и мы останемся без консьержа… Боюсь, если мои догадки верны, мое волшебство никому не принесет радости… Но делать нечего. Будем проверять.

— А что мне делать?

— Значит так, посади девушек за дальний столик в углу. Подальше от остальной компании, — распорядился владелец виллы. — Да, за хозяйский. Скажи, что я хотел бы переговорить с ними наедине, поскольку вопрос очень важный.

— Хорошо, сделаем, — тряхнула гривой рыжих волос управляющая.

— До моего прихода посиди с ними. Возьми с собой Стефанию, успокойте их, насколько это возможно. Попейте вместе кофе. Пообщайтесь, пусть немного отвлекутся.

— Не вопрос, конечно.

— Мне необходимо с переговорить с Вероникой, но для этого она должна быть в состоянии ясно мыслить. Истерика нам не поможет. Хорошо?

— Сделаем, что-то еще?

— Думаю, у нее найдется фото жениха? Желательно крупным планом и анфас. Скажи, что без фото никак. Если в телефоне, пусть прямо сейчас перешлет Катерине на ресепшн, та распечатает на фотопринтере пару экземпляров: мне и старшему инспектору. Вот еще что! Попроси Катерину найти в аптечке успокоительное. Что там есть? Корвалол? Валерьянка? Не густо. На будущее запасите что-нибудь посерьезней. Вот все, что есть, и возьми, пусть будет при тебе.

— Зачем, дядя Саша, для кого? — удивилась Софья. — Девушки, конечно, расстроены, но пока никто не умер! Мало ли, загулял где с друзьями, мальчишник устроили!

— Возьми, возьми, пригодится. А не пригодится — если я ошибаюсь, а ты права — так и слава Богу! Катерине поставь задачу: пусть звонит Карипидису каждые пять минут, не прекращая. Ясно? И скажет ему, что я лично хочу с ним поговорить по очень важному вопросу. А теперь мы в номер Карипидиса, а ты на ресепшн и к гостям, — скомандовал Смолев. — Так, ключ от номера! Отлично, спасибо. Все, разошлись!

Он повернулся к старшему инспектору, терпеливо ожидавшему, пока Алекс закончит общаться с подчиненной, и произнес по-английски:

— Простите, Теодорос, мне нужно было отдать кое-какие распоряжения… Это в интересах нашего с вами расследования. Ну что, в бой?

— Я готов! — бодро отозвался полицейский, приняв самый воинственный вид, какой только мог. Он отдышался и уже полностью пришел в себя после марш-броска по лестнице. — Вы же разделяете мою точку зрения?

— Пойдемте в номер! Там все и обсудим, немного терпения! — уклонился от прямого ответа Смолев. — Где ваши эксперты? Они могут приступить к работе немедленно?

— Они ждут нас на галерее, — подтвердил Антонидис. — Ждали только вас, в номер не заходили.

Действительно, три эксперта отдела криминальной полиции Наксоса стояли в коридоре длинной галереи у дверей номера с табличкой «Room № 2». Смолев достал хозяйский ключ, быстро открыл замок, распахнул дверь и заглянул в номер первым. Все именно так, как и говорила ему управляющая: в номере все было как обычно, если не считать лежавшего на плитах каменного пола рядом с кроватью средних размеров тубуса черного цвета, увидев который, старший инспектор Антонидис радостно вскрикнул:

— Это он!

Эксперты, не мешкая, занялись своим делом, и Алекс вышел из номера, чтобы им не мешать. Через пятнадцать минут к нему присоединился и Антонидис.

— Что скажете, Теодорос, — поинтересовался Смолев, прислонившись спиной к парапету галереи. — Отпечатки пальцев есть? Документы на месте?

— Отпечатков нет, — не слишком радостно доложил полицейский. — Документы, на первый взгляд, все на месте, точнее смогу сказать, когда мои сотрудники закончат сверку по описи. А отпечатков на футляре нет никаких. Вообще. Стерильно.

— Отпечатков нет вообще? — переспросил Смолев. — Даже ваших? Или Дионисиади? Любопытно… Кто-то тщательно уничтожил все отпечатки. Зачем?

— Думаю, что Карипидис, когда мы его задержим, нам ответит на все вопросы, в том числе и на этот, — отдуваясь, сердито произнес старший инспектор, достал из кармана свежий платок размером с небольшую наволочку и принялся утирать им лицо. Несмотря на сохранившийся бодрый тон, на вид полицейский был уже не так в себе уверен.

— Теодорос, друг мой, давайте попытаемся рассуждать логически! — укоризненно покачал головой Смолев. —