Код Таро - Елена Анатольевна Леонова

– Орден. Да. Чушь какая-то! – женщина облокотилась на спинку стула, откидывая длинные пряди волос с плеч.

– Ну, как выяснилось, вовсе не чушь. Орден давно на радарах полиции, и теперь, надеюсь, всех членов этой организации посадят.

– Пётр Иванович говорил о ком-то? В Ордене были ещё люди?

– Конечно. Там целая организация, сеть. Некоторых уже удалось задержать.

– Это Саблин тебе рассказал? Тот следователь, что приходил арестовывать Петра Ивановича?

– Да.

– Значит, дело закрыто? Всех поймали?

– Не знаю. Думаю, не всех ещё, но… поймают. Не сомневайся.

– Что будет с профессором? – облизывая пересохшие губы, спросила Майя.

– Ему грозит длительный срок.

– А есть возможность как-то… ну, избежать этого?

– Выйти на свободу? – Филипп слегка удивился вопросу Майи.

Она кивнула.

– Не думаю. После всего, в чём он участвовал, я бы не хотел видеть его на воле.

– Но… он же твой дядя, – тихо напомнила женщина.

– А моя мать была его родной сестрой! И это его не остановило. Слушай, я не пойму, ты считаешь, он невиновен, что ли?

– Нет, нет, – Вербицкая замотала головой, – просто… как-то не укладывается до сих пор.

– Придётся уложить. Этот человек не тот, кем хочет казаться. Он не миленький профессор, не добрый, не честный, не хороший, от слова совсем! Он лжец и убийца! То, что творится в его голове, это… это какое-то безумие! Он всё время жил в своём мире с искажёнными представлениями о правильном и о нормальных человеческих ценностях! – Филипп залпом допил вино. – Ты знала об Ордене? – прямо спросил он.

– Я? Нет! Конечно же, нет! – с возмущением заявила Майя. – Для меня это не меньший шок, чем для всех остальных! Но мне очень сложно поверить во всё случившееся. Ты в последнее время не был с ним рядом так часто, как я. И ничего, что бы говорило о какой-то тайной, другой жизни в Ордене, я не замечала!

– Он притворялся, – писатель вздохнул. Накатила усталость от попыток понять мотивы и причины, толкнувшие профессора Смирнова создать Орден.

– И что теперь делать?

– В смысле?

– Как нам с этим жить?

– Да никак, – Филипп пожал плечами, – просто прими это.

– В университете очень тяжёлая обстановка.

– Надо думать. На тебе это как-то отражается?

– Пока нет. Хотя я чувствую, что все очень недружелюбно на меня смотрят.

– Не обращай внимания. Ты ни при чём.

– Да, конечно, – Майя вздохнула. – У меня ещё скоро конгресс. Надо ехать в Сочи.

– На тему?

– Закат античности. Приедут специалисты из Ирака, Ирана и Израиля.

Внезапно Филипп вновь переключился на мысли о картах Таро.

– Слушай, а ты же как раз специалист в античной археологии, – слова писателя прозвучали не как вопрос, но женщина почему-то рассмеялась.

– Филя, ты как будто вчера со мной познакомился! Конечно же, это моя специализация!

– Расскажи мне о Крите.

Майя усмехнулась.

– Что рассказать о Крите?

– О цивилизациях, которые там были.

– А ты сам не знаешь? – женщина продолжала улыбаться. На её лице появился румянец. – Кто из нас историк: ты или я?

– Археолог и спец по античности, вроде как, ты, – напомнил Филипп, – моя область – Месопотамия.

– Хочешь прям сейчас обсуждать критские царства? – в голосе женщины прозвучало сомнение и явное нежелание говорить о работе.

– Куда-то торопишься?

– Да нет.

– Тогда почему бы и не обсудить? – улыбка на этот раз тронула губы Филиппа.

– Ну хорошо, – сдалась Майя. – Какой период тебя интересует?

– Самый древний. Давай с начала.

Глава 5. Москва. Вторник. 13:50

Саблин переступил порог магазина с говорящим названием «Мистический уголок», и его тут же обдало густым ароматом лаванды и чего-то сладковатого, приторного. Обычно он предпочитал запах кофе и сигарет, но сейчас ему приходилось довольствоваться этим странным коктейлем. Магазин оказался небольшим, заставленным полками с книгами в ярких кожаных переплётах, хрустальными шарами, амулетами и прочей эзотерической атрибутикой. В полумраке мерцали вспышки фотоаппаратов: криминалисты, уже прибывшие на место преступления, начали свою работу.

На полу, у прилавка, лежала женщина лет пятидесяти, с растрёпанными волосами оттенка меди. Её лицо было искажено гримасой ужаса, а на шее виднелись багровые следы.

Саблин присел на корточки, стараясь не задеть ничего вокруг. Он не верил во всю эту мистическую чушь, но последние несколько дел с Филиппом Смирновым слегка пошатнули его мировосприятие, и сейчас следователь понимал, что в таких местах даже самая незначительная деталь может оказаться ключом к раскрытию преступления.

– Удушение, – констатировал он, обращаясь к Владу Шульцу, стоявшему рядом. – Профессионально, быстро. Никакой борьбы.

Шульц, высокий, худощавый, в круглых очках, кивнул, продолжая осматривать тело. Следователь поднялся и окинул взглядом прилавок. Всё было так, словно хозяйка собиралась закрыть магазин: прибрано, аккуратно. Неожиданно внимание его привлекла странная деталь: на прилавке стояла открытая старинная шкатулка. Майор подошёл ближе, заглядывая внутрь. На дне лежала одна-единственная карта, перевёрнутая лицом вверх с изображением человека в необычной и яркой одежде, держащего розу. Саблин нахмурился, а затем натянул на руки одноразовые перчатки и взял карту, начав рассматривать её.

– Шут, – услышал он голос старшего лейтенанта Дины Максимовой. – В Таро это карта безрассудства, наивности, риска. В контексте преступления может означать, что жертва недооценила своего убийцу. Или сделала глупость, поступила необдуманно.

– С чего ты взяла, что карта связана с убийством? – спросил Саблин, отрывая взгляд от картинки с Шутом и переводя его на крепкую, широкоплечую женщину с короткой стрижкой светлых волос. Как и многие сотрудники полиции вокруг, она была одета в специальный защитный костюм белого цвета и перчатки, чтобы не оставлять следов на месте преступления.

– Не знаю. Это первое, что пришло на ум. Иначе зачем бы она тут лежала?

Следователь скептически хмыкнул. Убийца наказывает жертву и оставляет карту Таро? Для кого? Для полиции? Странно. Но… безусловно, возможно. Саблин предпочитал факты, улики, отпечатки пальцев, хотя в этом странном месте ему придётся, видимо, считаться и с мистикой.

– Увлекаешься Таро?

– Да нет. Так, баловалась когда-то, – Максимова взяла из рук следователя карту, рассматривая её.

– И чем же хозяйка магазина могла заслужить такое? Кстати, как её звали?

– А-а-а… – Максимова положила карту обратно в шкатулку, достала блокнот и посмотрела записи. – Этери Беридзе.

– Так как думаешь, что могло стать причиной убийства? – у Саблина были уже кое-какие соображения, но он любил заставлять членов своей команды думать. Иногда чужие умозаключения наводили его на интересные версии, а зачастую молодёжь просто мыслила быстрее.

– Хм, – Максимова огляделась, – на ограбление не похоже: все вещи вроде бы на месте, беспорядка нет. Наличные в кассе