Личное дело полковника Багрова - Юлия Юрьевна Бузакина

На пороге показывается свекровь Амина. Машет нам рукой, и я с облегчением веду сына к ней.

— Приехали? — она радуется. Целует меня в щеку. — Ох, дочка, как тебе идет шелковый платок! Ты в нем, как будто сошла с обложки журнала.

— Спасибо, — застенчиво киваю. Я не привыкла к комплиментам.

Свекровь ведет нас с Русиком в дом, помогает снять с него комбинезон и сапожки.

Я осматриваюсь.

Дом у свекров не такой большой, как тот, где живем сейчас мы. Но столовая просторная. В центре стоит добротный стол, стулья ему в тон. На стенах висят картины, в основном горные пейзажи. Большая арка соединяет столовую с кухней. Есть гостиная, две спальни и мансарда. Все оформлено в восточном стиле. На полах цветные ковры, на диванах покрывала и расшитые золотом подушки.

Пока Иман беседует с отцом, Амина ведет меня в одну из спален. Здесь пол устелен повсюду устелен пушистым ковром. У одной из стен стоит небольшой диванчик с бортиком. У окна объемный ящик для игрушек и запакованные в коробки подарки.

— Смотри, Ева, здесь мы с отцом решили сделать детскую. Она просторная, хватит места, чтобы побегать. А когда у вас появятся ещё дети, им не будет тесно играть вместе. Да и для ещё одной кроватки найдется угол.

При словах о детях я краснею. Снова встают перед глазами сцены из прошлой ночи, и под кожей против воли разливается жар. Если мы с Иманом будем продолжать в том же духе, дети точно не за горами.

— Очень уютно, спасибо, — произношу с благодарностью. А Русик, вырвав свою ручку из моей руки, несется к игрушкам.

Притормаживает, оборачивается.

— Моно? — спрашивает со страхом.

Свекровь улыбается.

— Конечно, можно! Это же твои игрушки. И твоя кроватка.

Тормоз снят, сын летит к коробкам.

Я поднимаю на свекровь глаза.

— Спасибо вам, — произношу тихо. — Мне очень приятно, что вы позаботились о месте, где мой ребенок будет чувствовать себя, как дома.

Она удивлена.

— Дочка, Иман взял ребенка на себя. Теперь это и его сын тоже. А значит, наш внук.

— Все равно спасибо, — отвожу взгляд. Мне неловко. — Вы ведь могли и не принять. Никто не принял.

Амина качает головой.

— Дело не в ребенке. Эти шакалы не приняли другое. Им хотелось разорвать в клочья твое наследство и поскорее. А теперь наследство осталось за вашей с Иманом семьей. Вот они и злятся. Но ничего, переживут. Пойдем, поможешь мне на кухне.

— Да, конечно.

Следующие пятнадцать минут мы накрываем на стол. Все по правилам — горячий чай, который разливают в стаканы-Армуды специальной вытянутой формы, жареный картофель по-домашнему, абрикосовая каша, брынза, подсоленное сливочное масло, вареные яйца.

Свекровь рассказывает мне, как готовить некоторые блюда по их семейному рецепту. Я готовить люблю, поэтому вникаю. Я заканчивала кулинарный техникум, и если бы отчим не отправил меня работать на заправку, то обязательно бы занялась кулинарией профессионально.

Когда Амина узнает, что я по профессии повар, ее восторгу нет предела.

— Что же ты молчала?

Пожимаю плечами.

— У меня просто не было возможности заняться кухней. Ребенок и работа отнимали все свободное время.

— О, а Иман знает?

Тушуюсь.

— Нет, я ему не говорила…

— Он будет в восторге! Иман!

Свекровь оставляет меня у стола с нарезкой из сыров и торопится в гостиную.

— Иман, ты знаешь, что твоя жена повар?

— Серьёзно? — слышится изумленный встречный вопрос. — Нет, она не говорила.

Мужчины заходят в столовую.

Иман посматривает на меня с интересом.

— Я думал, ты кассир.

Качаю головой, ставлю тарелку на стол.

— Нет, я кулинар. Только не успела поработать по профессии.

— Так кухня в твоем распоряжении, — муж с восторгом смотрит на меня. Улыбается. Я впервые вижу на его лице такую искреннюю улыбку, и от этого на душе становится тепло. Приятно, что мое увлечение так радует мужа и его семью.

— Дай ей немного освоиться. Там же другие хозяйки на твоей кухне, ей, наверное, прикоснуться ни к чему не дают, — смеётся свекор, разливая чай в стаканы.

Глава 35. Ева

Я тоже тихо смеюсь. Усаживаю за стол сына. Он обожает жареную картошку и пышки, нетерпеливо болтает ножками.

Завтрак проходит хорошо. Свекор рассказывает нам, как продвигается дело с оформлением поездки.

— Есть горящие путевки, вылет через три дня, — делится он. — Успеете собраться?

Иман кивает.

— Сегодня обменяем золото в лавке у Акбара и его жены.

— Он ждёт, я ему звонил.

Я молча слушаю. Понимаю, что Акбар — старый друг отца моего мужа, который держит ломбард в Дербенте. Ему можно сдать золото, не волнуясь, что об этом кто-то узнает. Золото Акбар продает местным ювелирам, те переплавляют его и создают новые украшения. Никому нет дела до того, от кого пришел товар.

После завтрака свекры забирают Русика в его новую комнату, распаковывать подарки, а нас с Иманом отпускают.

Иман помогает мне надеть шубу, смотрит на меня с интересом.

— Что не так? — теряюсь от его взгляда.

— Нет, ничего. Просто интересно. Я не знал, что ты повар.

Моих губ касается понимающая улыбка.

— Я могла бы стать хорошим поваром. Потому что я очень люблю готовить. Знаешь, какая у меня была мечта до того, как появился сын?

— Какая же?

— Я хотела работать в ресторане. Уверена, должность шеф-повара со временем была бы у меня в кармане, — заявляю смело.

Мои глаза горят азартом, а муж качает головой.

— Кто бы тебе позволил, интересно, заниматься карьерой?

— Мне бы не надо было ждать от кого-то разрешения. Я ведь не вышла бы замуж, — поясняю ему.

Иман резко привлекает меня к себе.

— Вышла бы, — шепчет мне на ухо. — Я бы все равно этого добился.

— Это была бы совсем другая история, — уверенно шепчу в ответ я.

Мы выходим во двор. Иман берет меня за руку и ведет к машине. Открывает переднюю дверцу. Ждёт, когда я устроюсь на переднем сиденье, и только после этого сам садится за руль.

Мы снова берем с собой охрану. Нельзя возить с собой много золота без охраны.

Машины несутся по дороге на большой скорости. Солнце заливает всю округу. От этого поднимается настроение.

Взгляды встречаются. Иман игриво касается моей руки, улыбается, а я смущаюсь. Отвожу глаза, но губы трогает предательская ответная улыбка.

Впереди показывается Дербент. Его не спутать с другими населенными пунктами. Вдалеке мелькает голубое море, и мое сердце сжимается от радости.