Личное дело полковника Багрова - Юлия Юрьевна Бузакина

Иман перехватывает мой взгляд. Сжимает мою руку на миг, не отрываясь от дороги, с губ не сходит улыбка.

— Сначала разберемся с нашим делом, а потом погуляем по городу и пообедаем, — обещает мне прогулку он.

Я киваю. В моих глазах, таких же голубых, как море вдалеке, горит нетерпение. Как же хочется прогуляться по старинным улочкам Дербента!

Мы въезжаем в сам город, движение немного замедляется. Сворачиваем к рынку. Иман находит место для парковки.

Рынок — место, где можно купить, все, что угодно. За нами неотступно следует охрана — трое мужчин, которые ничем не выделяются среди толпы. Джинсы, куртки — с первого взгляда и не скажешь, что это охрана.

Муж ведет меня за собой между рядов, где предлагают рыбу и мясо. Мясо у нас на Кавказе любят. Готовят всегда с удовольствием — и баранину, и говядину, и курицу. Нет только свинины. Здесь ее не употребляют в пищу.

Мы идём дальше. Впереди красочные ряды из мешков с ароматными специями и горными травами. Мёд с горных пасек. И тут же восточные сладости, пальчики оближешь. В воздухе витают чарующие и дурманящие ароматы. Настоящий восточный базар.

Иман притормаживает у одного из ларьков со специями и сладостями.

Здоровается с немолодой женщиной, что стоит за прилавком. Та его знает, потому что приветливо улыбается и кивает. Зовет мужа. Вскоре на пороге появляется и сам Акбар.

— Побудь здесь, — тихо приказывает мне Иман. — Можешь выбрать, что хочешь — фрукты, мед. Я вернусь и оплачу.

Я согласно киваю, а жена Акбара уже увлекает меня за собой внутрь ларька.

Специи меня пьянят. Я их обожаю, и конечно же, с жадностью набрасываюсь на россыпь ароматных приправ.

Пока Иман решает вопросы с Акбаром, я умудряюсь скупить в ларьке почти все, что есть на прилавке: несколько баночек меда, в том числе и в подарок родителям мужа, чурчхелу для Айны, набор специй Самире. Вспоминаю свою маму, но понимаю, что ее я вряд ли скоро увижу. Подавляю печаль по этому поводу. Главное, что ей сообщили новость о моем замужестве. Все случилось так, как она хотела — моим мужем стал Иман. А значит, она не печалится больше. Привезу ей что-нибудь из отпуска, когда все закончится.

Муж выходит из небольшого помещения без окон. Я перехватываю его взгляд — уже умею считывать эмоции на его лице. Из-за природной эмоциональности мне легко считывать Имана.

Сейчас в его почти черных глазах мерцает удовлетворение. А значит, все сложилось хорошо.

Он подходит ко мне, без вопросов оплачивает все покупки. Охранник забирает пакеты.

Прежде, чем уйти, Иман притормаживает у прилавка с мясными деликатесами, где просит завернуть несколько видов сушеного и вяленого мяса.

— Отец любит, — поясняет мне. — Привезем ему подарок.

Покупки мы оставляем в машине и отправляемся поближе к Каспию.

Теплый день, солнце и свежий морской ветер поднимают настроение. Магия старинного города целительна. В отличие от Махачкалы, в Дербенте тихо в середине дня. Здесь сохранились старинные дома и узкие, выложенные камнем улочки. Из-за старинной архитектуры создается впечатление, что время остановилось.

Мы с Иманом забираемся по узкой тропинке на одну из смотровых площадок. Здесь безлюдно. Внизу гостиницы и частные дома. Дальше виднеется полоса песка и бесконечный серо-голубой Каспий.

— Красиво, да? — он жестом показывает на море вдалеке.

Я поправляю платок, который пытается сорвать ветер, поворачиваюсь нему лицом.

— Очень, — произношу тихо.

Вокруг никого. Только высота, сосны, море и мы вдвоем.

Иман притягивает меня к себе. Нежно целует меня в губы, а потом несколько мгновений сосредоточенно смотрит мне в глаза.

— У тебя глаза такого же цвета, как море. Ты это знаешь? — смеётся он.

Я качаю головой.

— Нет. Мне не приходило в голову такое сравнение.

— Вот именно сейчас один в один.

Касаюсь пальцами его колючих скул. Рассматриваю его жесткую линию губ, восточный тип лица. Почему-то хочу запомнить этот миг.

— Сделаем селфи? — будто читая мои мысли, предлагает муж. Достает мобильник. Включает фотоаппарат, ловит в объектив бесконечное серо-голубое море и нас двоих на его фоне. Делает несколько кадров.

Я с любопытством вытягиваю шею, чтобы взглянуть на фото. Мои глаза и правда повторяют цвет моря.

— А мы с тобой красивая пара, — с особой гордостью подмечает Иман, рассматривая вместе со мной кадры. Притягивает за талию к себе ближе, целует в макушку.

— Красивая, — прижимаясь к нему, тихонько соглашаюсь я. Кто бы мог подумать? И в мыслях со вчерашнего дня только он один. Прикрываю глаза и будто снова проваливаюсь в нашу ночь. В поцелуи, в ласки. Иногда обретаешь там, где не ждешь. И похоже, это именно мой случай.

Глава 36. Ева

Обратно вниз по тропинке мы спускаемся медленнее. Иман идет впереди, держит меня за руку, чтобы я не споткнулась.

Вскоре мы выходим на центральную площадь. Муж ведет меня в один из небольших дагестанских ресторанов. Охрана невидимой тенью следует за нами, но я уже почти не обращаю на них внимание. Есть и есть.

Пока делаем заказ, нам приносят горячий чай, стаканы и восточные сладости. Чай оказывается кстати, день хоть и теплый, но ветер сильный и неприятный.

После прогулки по свежему воздуху горячий чай меня расслабляет. Сижу, окутанная мороком, и медленно пью — глоток за глотком.

Нам приносят горячий хинкал, жареное мясо с овощами, чуду с творогом.

Набрасываемся на еду так, будто два дня не ели. Охранники обедают за соседним столиком. Нам не мешают, только зорко следят за тем, что происходит вокруг.

В разгар нашего пиршества у Имана звонит мобильный телефон.

Он смотрит на экран. Хмурится.

— Это отец, — поясняет мне.

Отвечает на своем языке. Мне его фразы не говорят ни о чем, я владею только русским.

Почему-то Иман мрачнеет, и я чувствую, как мое сердце летит куда-то вниз.

— Что случилось? — спрашиваю напряженно.

— Два часа назад в больнице убили твоего отчима. — Медленно произносит он. — А один из охранников, которому я поручил отогнать нашу новую «Бентли», задержан. Полиция обнаружила в машине наркотики.

— Что?.. Почему?

— Я не знаю, Ева. Мы не занимаемся наркотой. Кто-то подкинул в машину дрянь.

Я зло ухмыляюсь.

— Кто-то? Не догадываешься, кто, Иман?

Муж становится мрачнее самой черной тучи.

— Я думал, машина — подарок на свадьбу. А они подложили наркоту.

Я горько усмехаюсь.

— А это и есть подарок на свадьбу, ты разве не понял? Бадих, Карим, — они все за одно. Ты им больше не нужен!

Несколько мгновений мы смотрим