Тайна дома на холсте - Юлия Владиславовна Евдокимова

— Двадцать лет назад? — спросила Серафима.

— Да.

— Значит, нет никаких шансов, что… э…

— Выкладывайте, что у вас на уме. Не будем же мы стоять тут до ночи.

— Тогда я просто скажу. На кладбище в деревне есть могила. На ней стоит дата — ровно двадцать лет назад. Это не ваша жена?

Корнилов ошеломлённо уставился на Серафиму.

— Вы говорите глупости.

— Мы не уйдём, пока не узнаем правду, — твёрдо сказала Таисия.

Он помолчал, потом махнул рукой.

— Спрашивайте.

Серафима повторила:

— Это ваша жена?

— Конечно, нет! Вы с ума сошли? — Корнилов выглядел искренне потрясённым.

— Тогда кто там похоронен?

— Я не понимаю, о чём вы. Там никого не хоронили. Кладбище — единственное место в деревне, которое меня пугает. Я много лет туда не ходил. Но если это могила, о которой я думаю… Это Герда.

— Кто такая Герда? — наконец открыла рот Таисия.

— Моя собака. Она прожила с нами всю жизнь. Когда она умерла, я думал, что никогда не заведу собак. У вас есть питомцы?

Женщины закивали.

— Тогда вы понимаете. Это как… часть твоей души.

— И вы похоронили собаку на кладбище? — удивилась Таисия.

— Не я. Я был разбит уходом жены, а тут ещё Герда… Это мой брат. Он тоже очень любил эту собаку, сильно переживал.

— Скажите, Олег… а вы не будете против… эксгумации?

— В каком смысле? Собаки? Вы хотите разрыть могилу? Зачем?

— Эта могила выглядит странно, — сказала Таисия, подумав про себя, что в этой деревне и с этим человеком всё кажется странным. Здесь просто нет ничего нормального!

— Вы что, хотите сказать, что там… нет, это глупости!

— А вы не хотите убедиться?

* * *

Стрельников начал заикаться, когда ему позвонила Таисия.

— Вы с ума сошли? Какая эксгумация? С чего? Таисия Александровна, вы вообще понимаете, как проходит эта процедура?

— Понимаю. Поэтому вас ждёт заявление господина Корнилова. Поверьте, нелегко было его убедить. Целый час уламывали.

— Таисия Александровна, у меня слов нет. Вы думаете, нам нечем больше заняться? И почему вы звоните мне? Это компетенция полиции.

— Если мы пойдём в полицию, на нас посмотрят как на сумасшедших. Помогите, вы же можете посодействовать. Это очень важно, поверьте.

Стрельников вздохнул так тяжело, что актриса услышала это даже через телефон.

— Ладно. Я позвоню. Но если ничего не найдут…

— Найдут.

* * *

Утро выдалось пасмурным. Тучи кружили над Лысой горой, скрывая солнце, сразу похолодало.

— Мы будем фиксировать осмотр на видео, поэтому понятые не нужны, — старший из полицейских хмуро глянул на Таисию с Серафимой, которые примчались в деревню чуть свет.

— Мы… мы не собирались… — пролепетали женщины.

Таисия на миг представила, что выкопают из могилы спустя двадцать лет, и порадовалась, что они торопились и толком не позавтракали. Хорошо Серафиме — работая врачом, она ко всему привыкла. А самой Грайлих совсем не хотелось любоваться на скелет, хотя именно она всё и затеяла.

Полицейские смотрели с недовольством, отпускали замечания о скучающих тётках, которые работать не дают, но раз начальство приказало…

«Если там собака, то хоть продавай дом и уезжай от позора», — подумала Таисия. Нужно было срочно отвлечься, ожидание становилось невыносимым.

— Может, мы пока снова сходим в сказочную страну? — предложила она Корнилову.

Он был бледен, на лбу выступил пот. Не хватало ещё, чтобы в обморок грохнулся!

Удивительно, но несмотря на серость и тучи, волшебная страна произвела ещё большее впечатление. Может, потому, что Таисия уже знала, чего ожидать, и теперь замечала маленькие детали, не видимые в первый раз. Нашлись даже маленькие игрушечные огородики, в которых росли игрушечные овощи, по улицам бродили собаки, на крыльце сидели коты. Устроили даже маленькое почтовое отделение и крохотный парк с аллеями. И это только игрушечная деревня — сказочные персонажи прятались дальше в лесу.

— Здесь можно ходить целыми днями и всё рассматривать… Деревня напоминает мне одну картину, которая и привела меня сюда… Там тоже каждый раз проявляются всё новые детали, новые персонажи…

- Это нереально и восхитительно!- Серафима впервые подала голос, до сих пор она смотрела по сторонам в изумлении, не веря своим глазам. Наверное, так выглядели в прошлый раз Таисия с Лелей.

Корнилов сиял от гордости. Как бы ни хотел ты спрятать свой мир от посторонних глаз, когда другие люди оценивают то, что ты сделал, да ещё с искренним восхищением — это полностью меняет дело.

Улыбка с его лица («Он умеет улыбаться! Невероятно!») сошла, когда их окликнули. Видимо, они долго бродили по сказочной деревне, потому что у кладбища уже стояла небольшая группа новых людей, среди которых женщины увидели Стрельникова. Всё стало понятно.

— В этой могиле нет останков собаки. Здесь похоронен человек. Первичный осмотр показал, что это женщина. Окончательное заключение будет после осмотра останков в лаборатории.

Корнилов побледнел. Серафима взяла его под руку и он не отстранился.

— Александр Михайлович, на пальце скелета было кольцо. — Эксперт разжал ладонь в перчатке. Бриллианты не потускнели после двадцати лет под землёй, даже в сером свете пасмурного дня было понятно, что это не дешёвая безделушка.

— Как красиво… — тихо сказала Грайлих, не удержалась, хотя это было последнее, что хотели бы услышать присутствующие.

— Это её… это Марины… я подарил ей это кольцо… — пробормотал Корнилов охрипшим голосом.

— Вы уверены?

— Между бриллиантами крохотное сердечко. Я купил это кольцо на нашу годовщину. А её обручальное кольцо… там?

— Мы ничего не нашли.

— Значит… он убил её… мой брат… убил мою жену. — Корнилов словно очнулся, лицо окаменело, в глазах появился гнев. — Он заплатит за это… ублюдок!

Полицейские остановили его.

— Не торопитесь. Сначала пройдёт экспертиза, мы возьмём у вас показания… Господин Корнилов, вы же понимаете, что и вы под подозрением.

— Но зачем же я писал бы заявление об эксгумации, если бы я… это сделал…

— И вы понимаете, что в связи с недавним убийством молодой женщины вся эта история выглядит не очень хорошо. Пожалуйста, никуда не уезжайте. Кстати, а где ваш брат?

— Наверное, в Серафимовске. Он не часто приезжает… Но он же…

— Мы найдём вашего брата. Не беспокойтесь. Но, повторяю, к вам