Искатель, 2007 №6 - Ирина Камушкина

вышвырнул меня со своего ложа. Корабль затрясло, взревели двигатели торможения, и в тот же миг вспыхнула в моей каюте красная лампочка тревоги, а в воздухе повис непрерывный, режущий слух писк. Быстро одевшись, я выскочил в коридор. По нему уже бежали люди.

Не прошло и тридцати секунд с момента подачи тревоги, как весь экипаж собрался в рубке управления. Здесь уже распоряжался наш командир, Кай Юханссон — высокий и широкоплечий мужчина слегка за сорок, с мощной копной густых волос пшеничного цвета и твердым подбородком, символизирующим упорство. Он был то ли финн, то ли швед, то ли русский — так перемешались теперь национальности, что почти невозможно найти истинные корни человека, — и представлял Международную Службу Дальней Разведки. Ее эмблема в виде красной морской звезды красовалась на его иссиня-черном комбинезоне.

— Друзья мои, — произнес он ровным и спокойным голосом, — мы подверглись внезапной и неопознанной атаке.

— То есть? — удивленно воззрился на шефа его первый помощник Леонид Алкснис, человек с рано поседевшей головой и слегка раскосыми глазами, что придавало его взгляду некоторое ехидство.

— Дай экран, Пит, — кивнул Кай дежурному бортинженеру.

Тут же огромный иллюминатор сменился экраном, на котором развернула свои красные щупальца Крабовидная туманность.

— Сейчас мы находимся прямо у созвездия Тельца, — продолжал командир. — Точнее говоря, в полутора астрономических единицах от звезды Айн, где находится ближняя граница Крабовидной туманности. Всем известно, что где-то в недрах этой загадочной туманности существует мощнейший источник радио- и рентгеновского излучения. Так вот, на пути этого излучения встало нечто, что полностью поглотило его.

— Нечто вроде черной дыры? — выдвинул предположение Леонид.

— Не совсем, но очень похоже.

— Такого не может быть! — категорично высказался Айван Иванов, наш молодой и очень амбициозный астрофизик. — В данном районе не было отмечено никаких черных дыр. Там имеется нейтронная звезда, но…

— Я знаю, что такого быть не может! — строго сказал Кай. — Но взгляни на экран.

На экране появился курсор, который безапелляционно указывал в самый центр Крабовидной туманности. Там, на фоне звезд, окруженных едва просматриваемой дымкой, находилось нечто непрозрачное, словно точка на сетчатке глаза, мешающая воспринимать окружающий мир в полной мере.

— Из области пространства, указанной курсором, не исходит никакого излучения, не прорывается свет. Посланные туда сигналы исчезают, будто поглощаются чем-то. Похоже на черную дыру? — улыбнулся лишь уголками губ Юханссон.

— Похоже, — согласился Айван. — Но откуда?!

— Я еще не закончил. Насколько мы знаем, с поверхности черной дыры ничто не может вырваться. Ничто! Но случилось невероятное! Именно оттуда произошел выброс неизвестной нам энергии, который, словно невидимое ядро, торпедировал наш корабль. Скажу сразу, никаких поломок у нас нет. Мы будто подверглись удару из воздушной пушки; мощному, но не способному причинить нам ни малейшего вреда.

Все как-то сразу зашептались, заспорили, стали обсуждать странное происшествие, а командир стоял, широко расставив ноги и сложив руки на груди, будто наслаждался созданным впечатлением.

— Тогда из-за чего тревога? — прищурившись, спросил Алкснис, который, пожалуй, знал своего шефа как никто другой.

— Удар, друзья мои, был направленным. С полной уверенностью можно сказать, что в нас кто-то или что-то целилось. Потому-то нам и пришлось затормозиться и замереть на месте для детального выяснения обстоятельств.

В полукруглом и белоснежном пространстве рубки управления повисла звенящая тишина. Сказать, что мы были в шоке, значит не сказать ничего! Еще бы — целенаправленный удар! Никакие животные и уж тем более растения его произвести не могли. Такой выстрел мог быть осуществлен лишь с помощью техники, а технику делают люди. Или…

— В этой зоне есть какие-нибудь наши базы? — спросил Леонид.

Юханссон вновь улыбнулся лишь уголками губ. Вопрос был риторическим.

— Командир, — подал голос Пит, сидевший сейчас за панелью приборов. Обычно этот смуглый парень был жизнерадостен и улыбчив, любил похохмить, но сейчас в его темных уголках светилась нешуточная тревога.

— Да? — повернулся к нему Кай.

— Я не знаю природного происхождения той энергии, что накрыла нас во время удара, но… — он покачал головой.

— Не тяни, Пит! — поторопил его Алкснис.

— Непостижимым образом она проникла во все наши приборы и оставила метки, — продолжил Пит. — Вот, смотрите!

Он нажал какую-то кнопку у себя на пульте, и Крабовидная туманность сменилась белым полотном, на котором чернело бесформенное пятно. Приглядевшись, в сюрреалистичном пятне можно было разглядеть изображение то ли десятиногого паука, то ли спрута, конечности которого причудливым образом переплелись между собой. «Паук» оставался неподвижным, лишь две его лапки постоянно совершали судорожные движения. Движения постоянно были одними и теми же, будто «паук» пытался подать какой-то знак. Мне, Катенька, манипуляции его лапок напомнили движения земных пауков, когда они подтягивают к себе жертву, запутавшуюся в их тенетах.

— И что это? — спросил Юханссон, обращаясь не конкретно к Питу, а ко всем присутствующим, но ответил все-таки Пит:

— Пока сказать невозможно, но такая штука появилась во всех приборах, на всех дисплеях, в левом нижнем углу. Ее невозможно увидеть невооруженным глазом. Перед вами изображение, увеличенное в десять тысяч раз.

— Это как-нибудь влияет на аппаратуру? — с тревогой спросил командир.

— Сложно сказать… — Пит пожал плечами.

— А что, если попробовать пропустить изображение через дешифратор, — довольно робко подал голос Алексей Шехтов, невысокий, но крепко сбитый парень с жестким ежиком черных, как вороново крыло, волос. Это был его первый вылет в глубокий космос.

— Что ты хочешь сказать, Алеша? — повернулся к нему командир и посмотрел на него так, будто не расслышал его слов.

— Я хочу сказать, — слегка хриплым от волнения голосом продолжил Алексей, — что данный знак вполне может быть посланием.

Юханссон пристально посмотрел на молоденького косморазведчика. Неизвестно, о чем думал в тот момент опытный покоритель космоса. Но мне кажется, о том, что молодость, именно в силу своей неопытности, частенько может принимать довольно нестандартные решения. Порой — единственно правильные.

— Включить дешифратор! — коротко бросил Юханссон после пятисекундной паузы.

Пит незамедлительно подчинился.

Экран тут же стал непроглядно черным, и огромный электронный мозг нашего корабля начал свою работу. Мне почему-то подумалось, что если бы слышали сейчас, как скрипят триллионы его извилин, то скрежет раздался бы на всю галактику. Через пять минут — довольно продолжительный срок для машины такого уровня — на черном экране вспыхнули пожарным цветом всего три слова: МЫ ЖДЕМ ВАС.

Гул удивления, перемешанный с робким восторгом и ощущением причастности к чему-то невероятному и вместе с тем — долгожданному, прокатился по рубке управления. И я был горд в тот момент, дочка! Ведь эти три слова могли означать лишь одно: мы наконец-то столкнулись с соседями по Вселенной, и они пытаются наладить с нами