Тайна одной деревни - Валентина Каримова

класса, тоже чёрно-белая, с именами и фамилиями учеников. У того же самого парня и здесь были пририсованы рога, а к его фамилии Удов кто-то приписал вначале жирную букву И - получилось «ИУдов Владислав».

«Удов, - подумала я, внимательно рассматривая лицо на снимке. - Что-то знакомое».

Глава 12

В любой деревне слухи непостижимым образом распространяются со скоростью света. Только вчера около полуночи мы с Веркой рассказали Николаевне о том, что нашли старуху Евдокию без сознания, а уже сегодня утром об этом знали все в старом конце посёлка и, конечно же, Марья Фёдоровна. В десять часов и одну минуту одиннадцатого она возникла на моём пороге со своими фирменными свежими огурчиками и принялась расспрашивать, как и что.

Верка ещё спала и, заварив свежего чаю, мы с соседкой принялись чаёвничать вдвоём. Марья Фёдоровна ахала и охала, жалея Евдокию, а потом попросила меня обязательно рассказать, если узнаю у Поли о старухином самочувствии.

Появление соседки было для меня неожиданным, можно сказать, застало врасплох, поэтому убрать фотоальбомы со стола я не успела. Глазастая Марья Фёдоровна, конечно же, обратила на них внимание.

- Перебираешь фотоальбомы своей бабушки? – спросила она, протягивая к ним руки.

Немного смущаясь, я рассказала про поиски документов.

- Да, проблема, - признала Марья Фёдоровна. – Ну, будем надеяться, что Евдокия в больнице очухается и сама скажет, где у неё чего искать.

Я достала большую классную фотографию и показала ей «рогатого» Владислава.

- Марья Фёдоровна, не знаете его? Кто-то рога бедному парню пририсовал. Неужели сама Евдокия?

- Ой, Ася, это долгая история. Так и быть расскажу, но не сейчас, - Она быстро бросила взгляд на настенные часы. – Через две минуты передача по второй начнётся про здоровье, там сегодня гипертонию будут обсуждать. Очень мне посмотреть надо, мучаюсь с давлением, сил нет. Давай-ка заходи ко мне вечерком часиков в семь?

Каким образом продвигаться дальше в своём расследовании, я не знала и решила на всякий случай послушать историю соседки, тем более что фамилия Удова казалась смутно знакомой, как будто где-то я её недавно уже слышала.

Марья Фёдоровна спешно ретировалась к себе, а Верка, наконец, проснулась.

- Давай так, - предложила она после моего рассказа, - ты пойдёшь к соседке, а я съезжу к Наталье Павловне. В прошлый раз мы с ней договорились, что я приеду на днях, но из-за твоего расследования всё пошло не так. Надо взять у неё пару уроков, а то вдруг передумает.

Я не возражала.

Серёжа сегодня никак себя не проявлял. Расставшись вечером у калитки, мы с Веркой разошлись в разные стороны: подруга помчала по шоссе в сторону Верхнеглинкова, а я пошла в соседний дом.

- Поля сказала, что у Евдокии случился микроинсульт, - решила я сразу поделиться новостями. – Врачи говорят, ей нужно пройти обследование и принимать прописанные лекарства, иначе в следующий раз удар может случиться уже самый настоящий.

Марья Фёдоровна прижала руки к груди и покачала головой.

- Бедная старуха, одна одинёшенька в старости на свете осталась. Вот, что страшно-то… Кто ж теперь за ней следить будет да помогать? Ну, покумекаем тут с местными, может, придумаем чего. У Николаевны вон дочь в реабилитационном центре завхозом работает, вдруг подскажет, как к ним Евдокию устроить хотя б на время…

- У Евдокии не было ни мужа, ни детей? – спросила я.

- Как же не было? – удивилась Марья Фёдоровна. – Евдокия хороша собой была в молодости. Когда приехала к нам сюда, ей лет двадцать было. Женихи вокруг так и вились, но она - молодая учительница сельской школы – ни на кого из местных не смотрела. Я, кажись, классе в восьмом-девятом училась, когда Евдокия Емельяновна у нас в школе появилась. Всегда серьёзная такая. Помню, про неё все ученики говорили – строгая, но справедливая.

- Потом она всё-таки повстречала здесь будущего мужа? – слегка поторопила я.

- Так то оно так, но не совсем, - загадочно изрекла соседка. – Официального мужа у неё никогда не было, но, когда пузо-то стало на нос лезть, все сообразили – кто-то нашей Евдокии полюбился, но замуж не позвал. В ту пору к нам как раз из другого района начальника одного прислали. Он был, конечно, нашим мужикам не ровня – интеллигентный такой, культурный. Пробыл у нас здесь недолго, год, наверное, а потом его обратно перевели, а у Евдокии-то аккурат через несколько месяцев животик округлился. Ну, все и смекнули что к чему.

- Этот начальник так на ней и не женился?

- Куда там! Его тут у нас больше и не видели никогда, - с досадой махнула рукой Марья Фёдоровна. – Евдокия одна дочку тянула. Ну тогда не так, как сейчас, было: соседи друг другу помогали, по очереди с детьми сидели или просто присматривали. Люди-то подушевнее были.

Я решила пропустить мимо ушей небольшой укор нынешнему поколению и направить разговор в нужное мне русло:

- Марья Фёдоровна, а кто такой этот Владислав Удов? Он учился в классе у Евдокии?

- У неё, горемычной. Папаша у парня был из этих… из блатных. Поговаривали, что он родом из наших краёв, но после армии где-то в Сибири обосновался, в Красноярске что ли… Времена тогда были, как сейчас говорят, лихие, по проклятой амнистии каких только бандитов не выпускали на волю. В общем, Удов Николай – отец Влада, как раз и был одним из таких. Его все Удавом звали. Видать, какие-то дружки из столицы его сюда к нам править поставили. Годы голодные были, а он отгрохал себе особняк – во! – Марья Фёдоровна широко раскинула руки. – Почти дворец в общем. Все ходили и диву давались…

- Его сын конфликтовал с учительницей? – снова уточнила я, сообразив, что соседка может ещё долго отклоняться от темы.

- Ох, не то слово, - всплеснула руками Марья Фёдоровна. – Беда в том, что ему очень дочка Евдокии Зоя понравилась. Ну, ты фотографию её видела – девка красавица писаная была.

- Была? – переспросила я.

- Не торопи, а то что-нибудь путное забуду. Так вот, Влад был старше Зои, лет на пять, наверно. Он к ней и так, и этак, даже подарки дорогущие дарить пытался, только Зоя на него и глядеть не желала, от всего отказывалась. Не по душе он ей был. Да оно и