Зарубежный детектив 2026-17 - Альберт Корнелис Баантье

В нескольких кварталах от дома я сменила свой обычный маршрут. Один из постоянных клиентов моей доставки из библиотеки носил фамилию Левертон и жил на этой улице. Обычно я заходила к нему в последнюю очередь по пути домой, но его имя уже несколько недель не появлялось в моем списке.

Я ненадолго остановилась у слегка обветшалого бунгало, когда-то выкрашенного в жизнерадостный зеленый цвет. Дом не был совсем уж развалюхой, но ему бы не помешали внимание и забота. Внутри всегда было безупречно: ни единого пятнышка. Но на крыльцо я каждый раз ступала осторожно, потому что верхняя ступенька проседала посередине, будто дерево готовилось проломиться.

Во дворе стоял мужчина, прилаживавший перила к новенькой лестнице для парадного крыльца.

Не просто какой-то мужчина.

Мэтт Левертон.

Стараясь вести себя непринужденно, я щелкнула его на телефон. Отослала фото детективу Уитлоку и добавила сообщение:

Мэтт Левертон на улице Вязов.

Мэтт поднял глаза и встретился со мной взглядом.

Я улыбнулась, будто была рада его видеть.

— Привет! Вы приходили на мой фестиваль на выходных.

— Ваш фестиваль? — переспросил Мэтт.

— Литфестиваль «жуткого сезона». Я организатор. Владелица местного книжного магазина.

И явно первоклассная болтушка.

— Вы молодец.

Мэтт снова устремил все внимание на свою работу.

Но я продолжила:

— Вы там были, да? С ребенком?

— Виновен по всем пунктам. Моей дочери понравилось чтение книжек с картинками.

— Так вы местный? Тогда приходите в магазин: у нас замечательный отдел для детей.

Его лицо расслабилось, он выпрямился и бегло оглядел меня.

— Я приехал в город помочь подготовить дом моего деда к продаже. Буду тут еще пару выходных. Я так понимаю, вы живете в городе?

Ради бога, он что, подумал, что я флиртую?

— Ваш дедушка? Джулиан? Верно? Я доставляла ему книги из библиотеки. С ним все хорошо?

Мэтт покачал головой.

— Инсульт.

— Мне очень жаль.

Ага, а я тут наседаю на Мэтта в разгар семейной трагедии…

— Он в плохом состоянии. Так что мы готовим его дом к продаже, ведь если он поправится настолько, чтобы покинуть дом престарелых, он будет жить у моей сестры.

— Пожалуйста, передайте дедушке, что я — Бэйли — думаю о нем, — сказала я. Это был один из моих самых больших страхов — оказаться на месте Мэтта. Надо было уходить, но я задержалась. Это мог быть мой единственный шанс с ним поговорить. — Знаете, кажется, вы учились в школе вместе с моей мамой.

— Очень в этом сомневаюсь.

— Нет, вы ведь были на год-два постарше Лиззи Бриггс, верно?

— Серьезно? Ваша мать — Лиззи Бриггс? Я чувствую себя динозавром. Хотя зря я удивляюсь, не у одного из моих бывших одноклассников дети взрослые.

Мэтт оперся о частично построенные перила. К счастью, они выдержали.

Я не сводила с него глаз.

— Вы слышали, что случилось в субботу на литфестивале? Такая трагедия.

— Смерть Ланса Грегори? Да, слышал.

Мэтт выпрямился и перевел взгляд на перила. Разговор окончен.

Можно с тем же успехом продолжать играть роль глупышки.

— Я нашла тело Ланса, и теперь полиция считает, что я его убила.

— Вам, наверное, нелегко.

Мэтт достал из кармана телефон, давая понять, что закончил беседовать с переигрывающими продавщицами книг.

— И это должно быть вам интересно, ведь я знаю, что у вас с Лансом была своя историю, после чего вы попали в колонию для несовершеннолетних.

Мэтт застыл. Но не повернулся и не посмотрел на меня.

— Насколько я знаю, вы с Лансом были не в очень хороших отношениях. Может, из-за этого появился повод для мести. В чем вас обвиняли? Воровство? Или что похуже?

Мэтт резко сунул телефон в карман темно-коричневых рабочих штанов. Наклонился и подобрал что-то с земли.

Я ступила во двор, остановившись в паре метров.

— И что это вы такое делаете? — спросил Мэтт.

Он был на голову выше меня, с развитой грудной клеткой и мышцами рук. Его кисть сжимала молоток.

Я успокаивающе подняла руки.

— Не хочу вас донимать, но мне бы понять, что произошло в те годы. У меня есть ощущение, что если я пойму характер Ланса, то это поможет мне узнать, что случилось.

Мэтт уставился на меня. Его холодное лицо напомнило сердитого подростка, одетого в стиле гранж, на фото из выпускного альбома.

— Вы хоть знаете, в какой краже меня тогда обвинили? В краже собственной видеокамеры. Я все лето проработал в местной булочной, чтобы ее купить. Но ее забрал учитель и не захотел возвращать.

— Почему ее конфисковали?

— Меня обвинили в том, что я снимаю девочек в раздевалке. Чушь собачья. Но на камере были кадры из раздевалки, поэтому начался процесс моего исключения. Потом я понял, что случилось: Ланс вечно ее брал и записывал себя. У него был доступ к кабинету физрука, а оттуда вела дверь в обе раздевалки.

В моем мозгу начала вырисовываться картинка.

— Так вы вломились в школу, чтобы ее вернуть?

— Ланс убедил меня ее вернуть, и я подумал, что терять мне нечего. Я пошел за ним в школу, хотя понимал, что это ужасная идея. Я думал, что мы идем просто за моей камерой. Но потом Ланс влез в шкафчик и разворошил чужую заначку. Мы увидели полицейскую машину на выходе из школы, и Ланс бросил рюкзак к моим ногам и удрал.

— Похоже, заначка и правда была внушительной.

В статьях, которые нашел Сэм, упоминались обвинения по поводу наркотиков.

— Это был шкафчик серьезно настроенного человека, поэтому да, там было порядочно. Так что местный окружной прокурор влепил мне максимальный срок, а государственный защитник поджал лапки.

В голосе Мэтта звучала горечь, но я не могла его винить, если он говорил правду.

— Почему вы не рассказали полиции про Ланса с самого начала?

Я надеялась, что он уловил искренность в моем голосе.

— Как думаете, кому бы поверили люди? Богатому ребенку — или мне, болвану, который вечно творил глупости? Поймите меня правильно. Я помог Лансу влезть в школу, я не был невиновен. Сперва я его не сдавал, потому что так не по кодексу, и я думал, что Ланс как-нибудь мне поможет.

У меня в голове прозвенели слова дедушки.

— А был какой-то инцидент с травлей, после которого кому-то сломали нос? Вроде бы какой-то мальчик на него сорвался.

Мэтт горько рассмеялся.

— Вот ведь, а я уже и забыл. Бедняга Пол. Теперь-то я вижу, как Ланс аккуратно травил Пола годами. Я даже не понимал тогда, насколько это ужасно. В итоге Ланс увидел, как Пол и одна наша одноклассница вместе куда-то уходят во время обеда,