Смерть на церковном дворе - Колин Кэмбридж

Избавившись таким образом от слуг, Филлида уселась на стул напротив мистера Доббла.

– Что же случилось? – спросила она, подозревая, что знает…

Он вздрогнул, поднял голову, и его лицо приняло ожесточенное, почти отчаянное выражение.

– Инспектор только что арестовал мистера Билдопа за убийство отца Тули и покушение на убийство Аластера Уитлсби.

Глава 11

Конечно, Филлида знала о близкой дружбе мистера Доббла с отцом Билдопом. Она давно подозревала, что их связывает не только любовь к шахматам, и реакция дворецкого подтвердила ее подозрения.

Но Филлида не осуждала старика: она провела столько времени на передовой среди солдат – совсем молодых, до смерти напуганных, отчаянно старавшихся выжить и не сойти с ума от ужасов войны, что только радовалась, если им удавалось найти близкого человека и спастись от страха и одиночества. Она повидала немало вещей, которые могли бы шокировать чопорную викторианскую публику, однако сама всегда придерживалась принципа: что бы ни происходило между двумя людьми за закрытыми дверьми, это не касается никого, кроме них самих, если, конечно, все происходит по обоюдному согласию.

Сопоставив имеющиеся факты, а также принимая во внимание личность и характер мистера Доббла, Филлида решила, что действовать нужно с особой осторожностью.

– Конечно, инспектор Корк ошибается. Викарий не способен на такое преступление. Вы согласны со мной?

Доббл передернул плечами, и это напугало Филлиду больше, чем застывшее, отстраненное выражение его лица. Если такой чопорный, несгибаемый человек пожимает плечами, это выглядит, будто… он умыл руки, будто капитулировал.

– Харви! – воскликнула Филлида, совершая чудовищное нарушение приличий, чтобы вывести его из ступора. – Скажите, что вы не верите в это обвинение!

Как она и ожидала, дворецкий вздрогнул и резко вздернул голову.

– Что вы себе позволяете, миссис Брайт?

Она только улыбнулась, правда с долей грусти.

– Мистер Доббл, не волнуйтесь. Миссис Агата попросила меня заняться расследованием этого дела, и пока у меня все под контролем.

В глазах Доббла промелькнуло привычное высокомерие, но сразу же угасло. Он нахмурился.

– Вчера у Дигби я видел торт – с белым бисквитом… Сейчас его нет. Они нашли у викария клубничный джем, почти пустую банку. И остатки мышьяка…

Филлида скептически подняла бровь.

– В каждом доме Листли – подозреваю, даже во всей Англии – найдется хотя бы одна банка клубничного джема. А мышьяк все мы держим как лучшее средство от крыс и мышей! И торт с белыми коржами – распространенное лакомство.

– Он не предложил мне ни кусочка, – как будто не слыша ее, продолжал Доббл, глядя в стол. – Я виделся с ним вчера утром. А ведь мы всегда пьем чай со сладостями, и он всегда предлагает мне все, что печет его кухарка.

– Понятно, – ответила Филлида, которую эти аргументы не убедили. – И поэтому вы думаете, что Дигби Билдоп виновен?

Доббл покачал головой и поднял на Филлиду измученные глаза. Ее поразил его пристальный, отчаявшийся взгляд, она никогда не видела сдержанного дворецкого в таком состоянии.

– Он ненавидел Аластера Уитлсби. Он вчера сам сказал, что хотел бы, чтобы с ним что-нибудь случилось… Я… я не знаю, что и думать.

– Ну а зачем ему убивать отца Тули, скажите на милость? – спросила Филлида. – Не могу поверить, что мистер Билдоп настолько вышел из себя лишь потому, что в этом нелепом соревновании победила католическая церковь. – Она сказала это в шутку и сразу поняла, что на самом деле страсти вокруг «соревнования» разгорелись нешуточные.

– Дигби очень расстроился, когда для благотворительного фестиваля не выбрали церковь Святого Терстона. Он сказал, что Святую Вендреду выбрали исключительно из-за приюта для сирот.

– Но ведь благотворительность и существует именно для таких случаев, – отметила Филлида, – чтобы собрать деньги, например на ремонт крыши сиротского приюта.

– Именно так, – подтвердил Доббл, морщась, как от боли. – Я не верю, что он способен на такое… но сейчас он в тюрьме, а у него такое хрупкое здоровье. Его нервы просто не выдержат, и что подумает его паства? Боюсь, епископ все равно отзовет его, даже если его оправдают…

Теперь Филлида наконец-то поняла опасения мистера Доббла. Он боялся не столько того, что мистер Билдоп кого-то убил, – вероятно, все же не до конца верил в такую возможность, – сколько того, что жизнь викария будет разрушена или, еще хуже, что его отзовут из Листли.

– Тогда давайте сделаем так, чтобы этого не произошло. Успокойтесь, мистер Доббл, вы должны признать, что ситуация находится в надежных руках. Моих. – Филлида поднялась. – Я сейчас же поеду в полицейский участок и переговорю с инспектором Корком. Я буду настаивать, чтобы он немедленно отпустил мистера Билдопа. Тем временем стоит попытаться разузнать, у кого еще дома видели подобный торт и откуда взялась вторая бутылочка биттера «Монтелеоне». Когда мы выясним эти факты, полагаю, мы найдем и убийцу.

– Дигби не сомневался, что мистер Уитлсби выиграет конкурс, – продолжал Доббл, не замечая, что называет викария по имени. – Все так думали.

– Я не смогла найти результаты подсчета голосов, который проделал отец Тули, – сказала Филлида. – Похоже, эти бумаги пропали. Это значит, что кто-то очень не хотел, чтобы все узнали имя победителя. Все думают, что это будет Аластер Уитлсби. Возможно, это так. Или не так. Это мне еще предстоит выяснить. А пока я должна поговорить с инспектором Корком.

Филлида быстро выяснила, что инспектор уже покинул церковь Святой Вендреды и увез мистера Билдопа в маленькую тюрьму Листли, и решила напасть на него в полицейском участке.

Подойдя к двери, Филлида обнаружила, что дождь разыгрался не на шутку. Зонтик спасет ее прическу, но не поможет сохранить туфли сухими. Как же она ненавидит мокрые, холодные ноги! Филлида в нерешительности застыла на пороге дома, кляня струи воды, грозящие разрушить все ее планы.

– Собираетесь куда-то идти пешком, миссис Брайт? – раздался сзади низкий голос.

– Ох, это вы, Брэдфорд! – Пожалуй, впервые Филлида была рада появлению шофера. – Довезете меня до полицейского участка? Снаружи немного сыро.

– Конечно, – ответил он лишь с небольшой долей иронии в голосе и даже не спросив, зачем ей понадобилось ехать туда. – Ждите здесь, я сейчас подгоню «даймлер» ко входу.

Стоя на пороге, Филлида увидела Молли, которая беседовала с незнакомой ей девушкой, наверное горничной из соседнего поместья. Слуги из разных господских хозяйств с удовольствием общались друг с другом и даже тесно дружили, нарочно ограничивая знакомства кругом равных им по статусу представителей служилого класса. Филлида, правда, считала себя исключением из этого правила.

Она подошла к девушкам.