Детектив с небес - Ли Тонвон

– Расскажите, пожалуйста, как подобное могло произойти?

– Ранее преступник убил действующего судмедэксперта, однако был признан психически нездоровым и помещен в лечебный центр при СИЗО. Предполагается, что он сбежал во время посещения университетской больницы для амбулаторного лечения.

– Действительно ли при побеге были пострадавшие?

– По всей видимости, во время побега Лим Чхису произошло столкновение с полицейским, который находился в больнице с посещением. В результате ожесточенной борьбы полицейский был убит, а преступник скрылся. Более всего печалит тот факт, что погибший при исполнении служебных обязанностей полицейский собирался уходить на пенсию и уже передавал дела.

– По нашим данным, один из докторов оказался в заложниках, но в итоге был освобожден?

– Да, это известная личность. Кардиохирурга Ян Чэика многие телезрители знают из наших передач. Давайте посмотрим интервью с ним.

Взгляд Чинсина угрожающе сверлил экран телефона, готовый испепелить его. Картинка сменилась, и на экране появился Ян Чэик, смотревший прямо в камеру. Так, словно он знал, что сейчас за ним наблюдает пастор Ю Чинсин.

Глава 4. Грешник, попавший в рай

– Нет, я понять не могу, как такое могло случиться! При трех-то надзирателях?! – метал гром и молнии начальник полицейского участка.

Погибший Ли Понхён служил следователем в отделе по особо тяжким преступлениям. Бывший десантник, большую часть жизни он проработал в полевых условиях, выкладываясь на все сто. Несмотря на предпенсионный возраст, Ли Понхён сохранял отличную форму, начиная каждое утро в зале дзюдо. Вдобавок к высокому профессионализму он был действительно хорошим человеком и пользовался огромным уважением у младших коллег.

– Металлические предметы мешали проведению МРТ, поэтому пришлось снять наручники, чем он, видимо, и воспользовался, напал на охранника и повалил его, – объяснил шеф.

– Почему в кабинете остался только один надзиратель?! Будь на месте все трое, ничего бы не произошло! Где прохлаждались остальные?!

– Дело в том… врач позволил присутствовать лишь одному конвоиру, и старшой сказал, что пойдет он, а остальных отправил заморить червячка…

Потеряв дар речи от услышанного, начальник гневно уставился на шефа. Тот, в свою очередь, виновато понурил голову, хотя и был совершенно ни при чем. Бросив еще раз испепеляющий взгляд на шефа, начальник полиции бегло просмотрел бумаги и спросил:

– Орудие убийства – хирургический скальпель? Он его что, в больнице раздобыл? Раз уж в кабинете МРТ нет металлических предметов.

– В качестве орудия убийства был задействован цельный скальпель с несъемным лезвием. Сейчас все больницы используют разборные скальпели со съемными лезвиями, однако оснащение медкабинета следственного изолятора оставляет желать лучшего, к тому же хирургических операций проводить не приходится, поэтому там имелся только базовый набор инструментов, в том числе цельный скальпель.

– И что, выходит, украв скальпель из тюремного лазарета, он смог пронести его наружу? Там что, вообще никаких мер безопасности не принимают?

Обливаясь холодным потом под крики начальства, шеф пустился в объяснения:

– Видимо, это произошло по недосмотру дежурного врача. Сменивший его сотрудник обнаружил пропажу. Хоть и с опозданием, мы все вверх дном перевернули, однако скальпеля не обнаружили. Не знаю, как он умудрился пронести его через охрану, но, похоже, воспользовался именно им.

– Вот это профессионализм! Все как на подбор… хоть одного нормального мне найдите!

Избегая негодующего взгляда начальника, все присутствующие в штабе расследования опустили головы. В воздухе повисла гнетущая тишина, нарушил которую новый голос:

– Обследование проводил сам доктор?

Все обернулись к источнику голоса. Сразу было видно, что он не местный.

– С кем имею честь? Вы, кажется, не из полиции… – обратился начальник к Ю Чинсину.

За него вступился стоявший рядом Сон Йохан:

– Это судмедэксперт Ю Чинсин, ранее он занимался расследованием дела Лим Чхису. Помимо вскрытия, он проводил криминалистическое профилирование, составляя психологический портрет преступника. В связи с этим обратились к нему за консультацией.

– Понятно. Что скажете? Как, по-вашему, Лим Чхису будет действовать дальше?

В это время дверь тихонько отворилась, и в помещение проскользнула какая-то женщина. Все внимание было приковано к начальнику полиции и Ю Чинсину, так что ее приход остался незамеченным.

– Лим Чхису одним ударом убил мою коллегу – судмедэксперта Ли Хаён. Такое по силам лишь опытному преступнику, хорошо владеющему ножом. Однако Чхису совершил преступление впервые.

– По-вашему, убийство Ли Хаён было спланировано?

– Нет, это непреднамеренное убийство. Однако Лим Чхису знал, куда нужно бить, чтобы сразу умертвить человека. Скорее всего, для этого он заранее отрабатывал смертоносные удары на манекене. И вероятно, объектом расправы должна была стать его семья.

При упоминании Ли Хаён перед глазами Ю Чинсина всплыла глубокая рана на ее теле. Рана, увидев которую он испытал дикую боль, будто сам был пронзен насквозь.

– Всю жизнь Лим Чхису подвергался унижению со стороны своих домочадцев. И вот гнев, который все это время копился в нем, излился на невинного человека.

– Выходит, на этот раз он может напасть на свою семью! – озабоченно проговорил начальник полиции, и пастор закивал.

– Учитывая, что он убил полицейского, можно предположить – его агрессия не стала меньше, поэтому стоит позаботиться о членах его семьи.

– Эти выводы насквозь пропитаны личной предвзятостью и неприязнью, – прозвучал женский голос из дальнего угла комнаты совещаний, и все взгляды устремились туда. Четкая и внятная дикция напомнила голоса ведущих телевидения. Это была та самая женщина, тихонько вошедшая посреди совещания.

– А вы кто будете, простите? – поинтересовался начальник полиции.

– Ли Сэрок, психиатр лечебного центра при СИЗО, – отрекомендовалась женщина, меряя взглядом пастора.

После совещания полицейские засуетились, выясняя местонахождение членов семьи Лим Чхису, а к Йохану прицепилась психиатр.

– Его, – заявила она, указывая пальцем на пастора, который в это время говорил по телефону в конце коридора, – вы должны отстранить от расследования.

– С этим мы сами разберемся. А сейчас я, как видите, занят, – раздраженно ответил Йохан, оглядываясь на суетящихся коллег.

– Я – сотрудник лечебницы. Так зачем вы подключаете этого человека?

– Именно он был судмедэкспертом по тому делу.

– Он потерял коллегу из-за Лим Чхису! Вы думаете, он может проявлять объективность?!

– Это относится и к нам – убитый был нашим коллегой. И что теперь, полиции не заниматься расследованием?

– Я искренне сожалею. Но в том-то и проблема. Даже взять давешнее совещание – воздух был буквально пропитан ненавистью! Эти громкие заявления, мол, Лим Чхису – психически больной опасный убийца… Пристрелить его мало… Я неправа?

– Этот человек совсем не такой, и, кроме того, полицейские Республики Корея не хватаются за оружие, когда вздумается. Вы, верно, насмотрелись боевиков…

– Что-что?! – Звучный голос психиатра зазвенел, эхом отдаваясь от стен коридора.

Стоявший в конце коридора пастор мельком скользнул взглядом по спорщикам. Из трубки в его руке на смену гудкам соединения послышался вкрадчивый и слащавый голос:

– Вы, похоже, волновались за меня, пастор, и оттого звоните? – проговорил Ян Чэик как ни в чем не бывало.

– Что еще за фокусы с Лим Чхису?

– Я всего лишь работал как волонтер. Вам же известно, что пациенты