Дети волков - Вера Бук

подслушать наши желания. Но он не понимал, что в этом не было ничего плохого, нужно было просто желать правильные вещи. Как сделала я. Я загадала, что хочу браслет с волком, такой же, как Иессей подарил Ревекке. И вот он. Я гордилась антенной и своим умом. Я погладила голову деревянного волка, но резко отдернула руку, когда раздался рык. Браслет выпал у меня из рук и провалился между камнями перед входом в пещеру. Я быстро выползла из норы, чтобы его поднять, и, просунув два пальца в щель между камнями, снова услышала рычание. Это был глубокий, раскатистый рык, и звучал он все громче. Настоящий волк! Я подняла голову и зажатый между пальцев кулон, потом быстро сунула украшение глубоко в карман. Я присела, прислушалась, принюхалась. Теперь я тоже чуяла запах волка.

На корточках и по-утиному переваливаясь с ноги на ногу, я подползла ближе к кустам терновника в центре ущелья. Запах стал сильнее. Я выглянула из-за кустов. Волк был виден только со спины. Это был большой зверь, шерсть на загривке торчала дыбом. Он рычал и щетинился, словно еж, а примерно в полуметре от его морды на земле лежала учительница Иессея. Я заметила, что ее рот и глаза были широко открыты. Она смотрела на волка, но не тем пустым взглядом, который обычно бывает у трупа, а взглядом по-настоящему испуганного человека. Когда фрау Бендер заметила меня, то закричала, очень резко и громко, и волк повернулся ко мне. Я узнала Бунтаря и радостно встала. Бунтарь тоже, казалось, был рад меня видеть, но крик фрау Бендер его явно не обрадовал. Я шагнула к нему и положила руку ему на спину, чтобы успокоить. Волки – очень пугливые животные, которые любят тишину и покой, и если закричать слишком громко и испугать их, то они убегут. Мне было бы жаль, если бы Бунтарь убежал, я ведь только-только снова его отыскала. Я осторожно погладила Бунтаря по спине, c той стороны, где на его попе виднелась ранка, покрытая коркой.

Фрау Бендер смотрела на нас, как испуганный кролик. Она снова закричала, очень коротко и резко, и я тут же закрыла уши руками. Мне не нравилось, когда кто-то кричал, ведь чтобы выжить, нужно было молчать. Когда я опустила руки, то поняла, что Бунтарь снова начал рычать. Я схватила его за холку, за то же место, за которое волчицы обычно хватали своих щенков, и потащила его в сторону. Волк хромал, и мне стало любопытно, как он смог спуститься в ущелье с такой раной? Я еще не показала ему проход через туннель, поэтому хотела это сделать. Но Бунтарь не смог взобраться даже на первый крутой участок из-за своей больной ноги. Мне пришлось приложить все свои силы, чтобы поднять его и втолкнуть внутрь. Жаль, что Иессей не пошел посмотреть на мое тайное ущелье. Он был бы в восторге от того, что Бунтарь нашелся.

– Девочка, – крикнула фрау Бендер из-за кустов. – Дитя!

Она почти плакала. Вообще-то, плакать было нельзя, иначе тебя могли подвесить на крюк для мяса. Фрау Бендер кричала, что я должна позвать на помощь, но я была с ней не согласна. Нельзя было отвечать за все, что находишь. Так мне объяснял папа, когда я принесла домой маленькую птичку. Я нашла тяжело дышавшего птенца на лестной подстилке, и взяла его с собой, потому что тогда я еще была маленькой и не понимала, что его братья и сестры наверняка вытолкнули его из гнезда. «Природой предусмотрено, что выживут не все», – говорил папа. А потом он отнес птенца к деревянному бруску за домом, положил птенца и раздробил его камнем. Мне пришлось смотреть, потому что иногда было важно не только понять что-то головой, но и увидеть. Природа диктует, что выживут не все. Возможно, птичка просто была слабее своих братьев и сестер. Или она была громче и раздражала всех своими криками.

– Девочка, вернись, пожалуйста! – закричала фрау Бендер. Я похлопала Бунтаря по спине, чтобы он подождал меня, затем подобрала камень и прыгнула обратно в кусты.

Иессей

Из вертолета выпрыгнул комиссар Хофер. С ним рядом также шел его коллега, которого я раньше не видел. С большим животом и зобом под подбородком. Вряд ли он когда-либо поднимался на гору без вертолета. Я надеялся, что они прилетели, чтобы сообщить новости о Ревекке или фрау Бендер, но оказалось, что они прибыли не для этого. Их целью были мы. Они собирались разрушить все, что до сих пор было моим миром.

Смилла

Новость крутили по всем телеканалам: «Гнездо преступников на горе», обнаруженное в результате расследования молодого начинающего волонтера.

Вот кем я была для них теперь, Джули. Начинающим стажером. Как будто я планировала добиться в редакции чего-то большего, чем простого окончания стажировки.

Словосочетание «гнездо преступников» успело стать нарицательным, о нем писали в местной прессе, таблоидах и даже в национальной прессе. Конечно, такие заголовки не способствовали развитию туризма, по крайней мере до тех пор, пока «гнездо» не будет обезврежено. Только потом произошедшее можно будет рекламировать как очередную декорацию к художественному фильму. Кстати, Марио совершенно не волновало, почему в свое время видео так и не увидело свет. Он считал, что пленку нашли в самое подходящее для этого время – вскоре после исчезновения Лоры Бендер. Как ты понимаешь, я была с ним не согласна, Джули.

Даже те, кто раньше верил, что Лора Бендер покончила с собой, начали рассуждать о том, какое отношение имело загадочное исчезновение жертвы номер девятнадцать к поселению на горе. Я старалась не завязнуть в том же болоте, Джули. Но когда я смотрела на фотографии женщин и девушек, которые исчезли в окружающих гору областях за все прошедшие годы, я не могла не отрицать возможности, что преступник мог оказаться среди бывших заключенных, которые прятались на горе. И конечно, я спрашивала себя, можно ли было предотвратить трагедии, если бы видео опубликовали раньше?

Я сдвинула две фотографии на натянутой через комнату веревке, чтобы освободить место для фотографии фрау Бендер, а затем развернула карту, заказанную через интернет. Я прикрепила карту над кроватью и отметила булавками места исчезновения всех жертв. Для тебя, Джули, я выбрала булавку светло-голубого цвета, твоего любимого. Она оказалась всего в четырех сантиметрах от горы. Я посмотрела на нее, достала из коробки следующую булавку и разгладила карту, но тут в дверь спальни постучались.

– Входи, –