Ведьма из Кингспорта - Рональд Малфи

минут отец проводил Рут Грейвс к двери, поддерживая одной рукой за поясницу. Когда та ушла, он вернулся на кухню, подошел к холодильнику и достал пиво, а затем тяжело опустился в кресло. Я попытался прочитать выражение его лица, но не смог определить, что именно ему известно о том, как я провел свой день рождения.

– Зачем она приходила? – спросил я, собравшись с духом.

– Ей просто нужно было выговориться.

На отце были очки для чтения, из-за которых он выглядел старше своих лет.

– О ее сыне?

– Она не доверяет полиции. Считает, что это был не несчастный случай.

– Но он же просто со скалы упал… – Мой голос звучал так, словно я пытался убедить в этом отца.

– Пришел отчет о вскрытии. Официальная причина смерти – удушье в результате утопления.

Я почувствовал, как невидимые руки медленно сжимают мое горло. Внезапно в голове раздался крик Тиг: «Он еще жив там, внизу! Он еще живой!»

– Полицейские считают, что он пошел запускать фейерверки – пустые упаковки из-под них нашли на месте происшествия, – но что-то пошло не так. Похоже, один из фейерверков влетел прямо ему в лицо. От удара он упал с обрыва и ударился о скалы внизу. По словам коронера, при падении он сломал себе шею, но оставался жив, пока не захлебнулся в волнах.

Тиг в моей голове все еще кричала, а я снова и снова наблюдал за тем, как Роберт открывает рот в тщетной попытке вдохнуть воздух…

– Я рассказываю тебе это, чтобы ты навсегда запомнил, к каким трагедиям может привести, казалось бы, безобидное веселье, если не соблюдать осторожность, Эндрю.

И тут он сказал нечто такое, что кровь в моих жилах похолодела:

– Рут Грейвс поделилась со мной, что той ночью видела белый пикап возле их дома. Оттуда запускали фейерверки. Ее сын пошел разбираться с нападавшими. Она просила его остаться, но он все равно пошел. Полицейские даже искать не стали водителя того пикапа.

Я издал какой-то нечленораздельный звук, чувствуя, как мои внутренности сжимаются. Внезапно я так остро почувствовал запах подгоревших сэндвичей, что меня замутило.

– И что ты теперь будешь делать? – выдавил я из себя. – Как ей поможешь?

– Лучшее, что я мог для нее сделать, – это выслушать.

– Люди зовут ее ведьмой. Финн Барбер…

– Да он, когда пьян, вообще не понимает, что несет, – отмахнулся отец.

– Не только он. Про нее всегда слухи ходили. Говорят, что она разговаривает с птицами и накладывает заклятия на город. Все эти странные вещи, которые происходят в последнее время… – Я замолчал, понимая, что говорю как испуганный ребенок. – Почему она пришла за помощью именно к тебе? Ты так хорошо ее знаешь?

Отец снял очки для чтения, положил их на стол, а затем помассировал покрасневшую переносицу.

– Нет, Эндрю, я ее совсем не знаю. Семья Грейвс живет в этом городе уже несколько поколений, но они всегда держались особняком. Вообще-то Кингспорт раньше назывался Грейвс, но меня тогда еще и в планах не было. Я знаю об этом только потому, что разбирался в истории города, когда помогал клиенту с поиском недвижимости.

– А что случилось?

– Ну а что обычно происходит? – Отец лениво пожал плечами. – Город заинтересовал бизнесменов, застройщики начали скупать землю, строить на ней многоквартирные дома, пляжные домики и заправки. Очень скоро дом семьи Грейвс оказался в глуши, всеми забытый. В то время там, можно сказать, жила целая коммуна, весь клан Грейвсов. Некоторые застройщики и округ вели юридические тяжбы за собственность и даже предприняли… ну, скажем так, гнусные попытки изгнать семью из дома и заставить ее навсегда покинуть город.

– Они получили весь город, и им все равно было мало? – Я не знал, кого имел в виду под словом «они», но в голове возник образ безликой, жадной твари в костюме, с руками, похожими на медвежьи капканы, и он меня очень злил.

– Жадность порождает жадность, – ответил отец. – Так или иначе, через некоторое время бо́льшая часть семьи вымерла, и осталась только Рут, которая жила там одна. Наверное, застройщики и окружные чиновники полагали, что со временем проблема решится сама собой. Но потом у нее появились дети, которым можно было передать дом. Ну наследники. А теперь семья Грейвс просто есть, и их больше никто не трогает.

– А что насчет мужа Рут Грейвс? Ну, или кто там отец ее детей…

– Никогда ничего не знал ни о муже, ни о любом другом мужчине, который мог бы быть их отцом. Некоторые невежественные глупцы любят распускать слухи, мол, Рут Грейвс без всякого мужика сделала себе детей по собственному желанию. Не только потому, что ей стало одиноко в этом старом доме, но и чтобы сохранить свой род.

– Я слышал, как люди говорили, что на самом деле эти дети вовсе не дети, а две ее жуткие куклы, двигающиеся из-за ведьмовского колдовства.

Отец измученно вздохнул.

– Послушай, Эндрю, я знаю, что люди говорят о Рут Грейвс и ее детях. Если человек ведет себя не так, как принято, его сторонятся. Начинают считать изгоем. Люди начинают пускать слухи обычно потому, что слишком тупые и злые, чтобы найти себе занятие поинтереснее. А иногда им просто очень нужно убедить себя, что тот, кого они ненавидят, – чудовище. Так уж сложилось. Таковы минусы жизни в маленьком городке. Даже после того, что случилось с ее сыном, люди продолжают рассказывать все те же ужасные истории о Рут, а некоторые вроде Финна еще и новые придумывают.

– Угу, – едва слышно пробормотал я.

– Но эта женщина не ведьма. Ее дочь всего лишь маленькая девочка. А сын был обычным подростком, как и ты.

Я почувствовал, как что-то похожее на раскаленную швейную иглу уперлось в мышцу моего сердца.

– Она сама учила их, заботилась о них. Видимо, из-за того, как к ней относились, она не решилась отпустить своих детей во внешний мир. Я в каком-то смысле ее понимаю. Человек, в дом к которому врываются незнакомцы, чтобы забрать все, что ему принадлежит, не может остаться в здравом уме. Она немало грязи о себе выслушала за все эти годы.

Он указал на обугленные сэндвичи в мусорном ведре.

– Извини, пап. Я могу еще сделать, – пробормотал я.

Отец махнул рукой.

– Не надо, я не голоден.

Я избегал возможности встретиться с ним взглядом: боялся, что если отец посмотрит мне прямо мне в глаза, то узнает правду, даже если я ничего не скажу.

– Люди говорят, – продолжил он, – что Рут Грейвс от горя прокляла весь город, всех, кто позволил