Зарубежный детектив-3 - Виктория Дауд

с изображениями что угодно, ведь так? – произнесла Нелла по-итальянски, обращаясь к Роману, который передавал последний ящик с вином своему коллеге, эксперту-криминалисту. Винная криминалистика. Как будто это что-то значило.

Но, наверно, значило. И все, что может подтвердить такая экспертиза, Нелла уже знала.

Маттео Ла Маркас был прав. И все это время водил ее за нос.

– Но искусственный интеллект пока не может подделать то, что находится в бутылке, – сказал Роман. – Простите, синьора, но разве вы не нашли то, за чем приехали? – Он сел напротив нее, жестом попросив официанта принести ему выпить.

– Я приехала, чтобы обелить имя моей семьи! В этом доме должны были находиться доказательства того, что вино изготовлено исключительно моим дедушкой. Что оно не является продуктом совместной работы с Антонио Ла Маркас!

– Но… – Красивое лицо Романа исказило недоумение. – Синьор Маттео настоял на том, чтобы я предоставил вам всю информацию, касающуюся этого вина. Он сказал, чтобы мы ничего не говорили, пока не попадем в дом, чтобы это стало для вас сюрпризом!

– Так ты… – Нелла зажмурилась, словно это был сон и, если хорошенько сосредоточиться, то можно проснуться. – Ты работаешь на Маттео Ла Маркас?

– Ну да. Я думал, вы знали! Вы ведь здесь с его дочерью, да?

Какой же дурой она была! И как же Кларксон мог так ошибиться?

Полагая, что хуже уже не будет, она взяла фотографию, которую они нашли в доме Ла Маркас. И снова ошиблась – стало хуже.

– Возможно ли, что это каким-то образом подделано?

– Нет, синьора, это подлинная фотография – мой отец историк. Я сразу узнаю, если что-то обработано в фотошопе или с помощью искусственного интеллекта. Это изображение подлинное.

Нелла посмотрела на крошечный квадратик, приклеенный скотчем к красному шкафу, и взор ее затуманился. Дейзи, Роман и Ариана стояли перед фото, словно охранники перед «Моной Лизой». Глядя на их лица, можно было предположить, что они только что обнаружили мертвеца.

Мертвец стал бы, конечно, предпочтительным вариантом.

Фотография была черно-белой, со слегка выцветшими краями и тонкой белой каймой. Двое мужчин, стоящих плечом к плечу, улыбающихся и обнимающих друг друга, держали перед собой лист бумаги формата А4. Тот самый лист А4, который в настоящее время висел в рамке в пентхаусе Неллы в Перте, с замазанными черным секретными ингредиентами.

Узнать обоих не составляло труда. Тот, что слева, был невысоким, с густыми черными усами и заметной родинкой возле левого глаза. Другой был высоким и стройным, со светлыми волосами и залысинами.

Эмилио Барбарани и Антонио Ла Маркас.

Смертельные враги. Обнимающиеся на фоне недостроенной железной дороги и держащие рецепт, который они создали вместе.

Вместе.

– А вино… – Голос Неллы дрогнул, когда она умоляюще взглянула на Романа. – Можно ли как-то установить, когда оно было изготовлено?

– Да, у нас есть эксперты – они, конечно, есть и у вас в Австралии, – но я могу сказать по бутылке. Видите здесь желобки? – Роман взял ее руку – шокированная, она даже не сопротивлялась – и провел ее пальцем по донышку бутылки. Обычно поверхность здесь гладкая, но сейчас Нелла ощутила крошечные выпуклые бугорки, словно шрифт Брайля. – Это послание, и я один из немногих в этой стране, кто может его прочитать.

Личный винный знаток Маттео Ла Маркас, чтоб тебя. Великолепно.

– Позволь угадать, – выдохнула Нелла. – Там сказано, что это вино было изготовлено Антонио Ла Маркас в том же году, когда была сделана эта фотография.

– И Эмилио Барбарани, – добавил Роман, указывая на бугорки в конце сообщения. – Вместе. Это сообщение – своего рода защита от контрафакта. И некоторые, как и синьор Маттео, полагают, что причина, по которой его больше нет на более поздних бутылках сангве, заключается в том, что только Антонио знал об этой детали. Он делал эту тайную надпись в качестве страховки на случай предательства со стороны делового партнера.

Ей хотелось закричать. Хотелось броситься в озеро Орта и задержать дыхание под водой до тех пор, пока перед глазами не замигают огоньки, и смерть не примет ее в свои мягкие объятья.

Официант поставил перед ними поднос – канноли с фисташками.

Неподалеку целовалась парочка, укрывшаяся под одним из красных зонтиков на берегу. Позади Неллы и Романа раздался смех и зазвенели бокалы. Солнце таяло в ярких оранжевых и розовых лучах над погрузившимся в тень горным хребтом.

Как такое возможно? Неужели весь мир не замечает, что перевернулся с ног на голову? Что все кончено? Что это не может происходить наяву?

Они приехали сюда, чтобы показать неправоту Ла Маркас. Кларксон искал доказательства того, что Барбарани – законные владельцы патента на сангве. Но если Маттео так же легко обвел Кларксона вокруг пальца, как и ее, то как тогда понимать смерть ее друга? Зачем Маттео желать его гибели, если поиски адвоката в доме на озере Орта лишь сыграют ему на руку и докажут его правоту?

– Мои эксперты проанализируют вино, – продолжал Роман. – Но мой предварительный анализ указывает на то, что эти бутылки хранились в доме как минимум пятьдесят лет.

– Так это и есть оригинальное фамильное вино. – Нелла посмотрела на озеро из окна ресторана. – Те самые оригинальные бутылки, которые Ла Маркас и мой дед сделали вместе в Австралии?

Вместе. Это понятие не укладывалось у нее в голове. Оно противоречило всему ее мировосприятию. То, что ее дед и его заклятый враг когда-то были деловыми партнерами. Что они вместе улыбались для фотографии. Вместе подписались внизу рецепта, который создали общими усилиями.

Но ее дед предал своего партнера. Почему?

А затем Эмилио Барбарани умер. При подозрительных, как утверждали Барбарани, обстоятельствах.

От естественных причин, как настаивали Ла Маркас.

– Я отправлю несколько бутылок своим экспертам в Австралию для независимого анализа. – Нелла ненадолго обрела голос, хотя он срывался, пропадал и вновь появлялся, словно плохая радиосвязь. Ей было невыносимо сознавать, что у нее совершенно нет контактов в винном мире, а значит, придется обращаться за помощью к Тому. Она сделала еще один глоток уже теплого напитка, почти осушив бокал.

Роман вежливо кивнул, но они оба знали – это бесполезная затея. Анализы покажут, что вино изготовлено по тому самому рецепту, на котором семья Неллы сколотила состояние и на котором она продолжает зарабатывать по сей день. Они покажут, что вино было изготовлено в то же время, когда была сделана эта фотография, доказывая: эти двое создали его вместе.

Роман рассказывал о том, как проводится экспертиза вина, а Нелла наблюдала за каплями конденсата, стекающими по его нетронутому стакану с газированной водой. В ушах у нее звучал голос Дейзи.

– Фотография ничего не доказывает, Нелла. Она лишь дает основание предполагать, что эти двое вели бизнес