В ожидании Большой волны - Саша Южный

Из-за особняка вдруг поднялся густой дым. Питер потянул носом.

– Кажется, – что-то горит. Как будто краска.

Наташа убрала палец со звонка.

– У этого типа всегда так. Он в поисках себя. Потому вечно— что-то происходит. Он даже занимался монументальной скульптурой.

– И что?

– Весь двор был завален глиной. А прямо у забора стояло какое-то чучело метров пять в высоту. Он называл его монументом.

– Почему у забора?

– Чтобы все видели его гениальность. Какой-то дурак сказал ему, что он талантлив.

Наташа снова нажала звонок, потом начала стучать каблуком по калитке.

Луи и Буш продолжали сплавляться к океану. Река стала, как и обещал Буш, похожа на матовое зеркало. Луи плыл на спине.

– Кажется, мы ещё увидим приличный рассвет. Облака рассеиваются, – заметил он.

– Это хорошо. Смотри, Луи, мы подплываем.

Луи перевернулся на живот и увидел впереди океан.

– Значит, скоро.

Наташа продолжала безрезультатно колотить каблуком в калитку.

– И чем всё кончилось? – спросил Питер, встав на цыпочки и пытаясь заглянуть во двор.

– Что именно, – не поняла Наташа.

– Ну это увлечение монументальной скульптурой.

– Ничем. Скандалом! Это пятиметровое чучело завалилось ночью на улицу, подмяв под себя забор и новенький «бьюик» соседа.

Питер задумчиво поскрёб подбородок.

– Да-а.

– Теперь он занимается живописью. Огромные полотна… Извёл пару бочек краски.

– Ты видела их?

– Он держит их на чердаке, никому пока не показывает. Хочет поразить мир.

– Что всё-таки за дым? – потянул носом Питер. – Мне кажется, горит краска. Может, это гений жжёт свои картины?

– С него станется.

Наташа прекратила стучать и повернулась к особняку.

– Алекс! Алекс! Чёрт тебя возьми, что ты там делаешь?

– Несчастный человек, – задумчиво изрёк Питер.

– Да, такой несчастный человек с сорока миллионами долларов наследства. Вот в чём его несчастье.

Восток наконец занялся красным, и на реке стало сразу веселей. Буш и Луи продолжали сплавляться к океану. Скоро они должны были влиться в него вместе с водой реки.

– Уже скоро, – подал голос Буш. – Мы исчезнем незаметно. О тебе никто не будет беспокоиться?

– Нет. У меня была только бабушка.

– Ну и хорошо. Обо мне тоже.

– А наследники?

– Эти бездари и бездельники? Вряд ли. Они сдадут баржу на металлолом. Рояль отволокут в комиссионку. Не в антикварный магазин, где ему бы отвели почётное место и цену. Поросята. Комиссионка ближе. А деньги промотают.

Луи некоторое время рассматривал океан, затем снова перевернулся на спину.

Ночь пришла к концу. Возле калитки с идиотскими готическими воротами продолжали стоят Питер и Наташа. Дым из-за особняка валил уже гуще.

Наташа прекратила стучать и закричала:

– Алекс! Алекс! Открывай немедленно!

– Какая ты упрямая, сестрёнка! – удивился Алекс. – Раньше я за тобой этого не замечал.

– На кону человеческие жизни, – сердито отозвалась Наташа. Она собралась снова кричать, но в это время во дворе показался мужчина. Он медленно шёл к калитке. У него были вымазанные копотью лицо и руки.

– Алекс, ты решил сжечь свой дом?

– Пока только картины. Они полное дерьмо!

– Сочувствую. Почему в такое время?

– Чтобы никто не видел.

– Послушай, Алекс, надо спасти людей. Требуется твоя помощь.

Алекс усмехнулся.

– Кто бы спас меня. Я занят.

– Алекс!

Алекс развернулся и направился в сторону особняка, помахав на прощание рукой.

– Алекс! – пыталась остановить его Наташа. Но безрезультатно.

– Лучше сожги свои сорок миллионов! – прокричала тогда Наташа. – Вот что тебя спасёт, бестолочь! Может, тогда ты вынужден будешь заняться чем-то стоящим. Пока ты жжёшь свои дурацкие картины, гибнут два талантливых человека!

– Хренов Боттичелли! – внёс свою лепту Питер.

Алекс остановился, на некоторое время замер. И вернулся к калитке.

– Нужна твоя лодка. Давай спасём людей, Алекс. Это и будет твоим Поступком, после которого ты станешь уважать себя.

Алекс повернулся к Питеру:

– Она права?

– Да. У тебя всё в порядке. Просто не хватает самоуважения.

Алекс на несколько секунд задумался и произнёс:

– Ладно, посмотрим. Поехали!

Луи и Буш были уже на середине реки. Уже перед самым впадением реки в океан Луи сказал:

– Зак, ты посмотри вверх.

Буш задрал голову и увидел горизонт, в полную силу горевший красным светом. Вот-вот должно было взойти солнце.

– Всё как я говорил. Обещал восход, вот он перед тобой. Всё не так плохо, а?

На катере Алекса стояли два мощных бельгийских мотора. Они взревели, едва Питер успел отдать швартовы, и понесли посудину по реке чуть ли не со скоростью ветра. Стало заметно прохладно. Питер снял джемпер и надел его на Наташу.

Они пронеслись по реке пару миль, но никого не обнаружили. Алекс по-прежнему стоял за штурвалом. Рядом находились Питер и Наташа. Все трое внимательно смотрели вперёд и по сторонам.

– Может, они вернулись на баржу? – прокричал сквозь ветер Алекс, когда они проделали ещё несколько миль по реке.

Питер покачал головой.

– Невозможно. Спортсменов среди них нет.

– Где же тогда они? Не могли же они так быстро утонуть. Кстати, в ящике есть бинокль.

Питер достал бинокль и принялся осматривать через него поверхность реки и приближающегося океана.

– Ничего! – прокомментировал он спустя некоторое время.

– Дай мне, – попросила Наташа.

Питер протянул ей бинокль.

По реке, приближаясь к границе реки и океана, плыли Луи и Буш.

– Я немного устал, – признался Луи.

– Неудивительно, – отозвался Буш. – Столько отмахать. Я тоже. Ничего, это поправимо.

Буш, хитро улыбнувшись, залез рукой под майку, достал плоскую фляжку, сделал пару глотков и протянул её Луи.

Луи тоже отхлебнул из фляжки и вернул её Бушу.

– Мы вольёмся в стихию вместе с виски, – произнёс он.

– Да! Виски и океан. Мы утонем в них. Чем плох такой конец? – поддержал его Буш.

– К тому же хоронить нас было бы некому.

– Такие, как мы, обречены с рождения. Так что нечего жалеть. Мы сделали правильный выбор.

Катер нёсся по реке на предельной скорости. За рулём по-прежнему стоял Алекс.

– Начался отлив, – прокричал он Наташе. – Можно легко выскочить на мель. Потому распределимся. Я отвечаю за сектор, который прямо по носу катера, вы с Питером берёте на себя пространства с левого и правого борта.

– Слушаюсь, капитан! – откозыряла Наташа и перебралась на правый борт, показав знаками Питеру, что бы тот перешёл на левый.

Неожиданно катер резко вильнул, да так что Питера едва не бросило в объятия Наташи. Раздался визг гальки о борт катера.

– Что такое, Алекс? – крикнул Питер.

– Кажется, пронесло, – обернулся Алекс. – Могли бы и сесть. Мель. Сверху воды на три пальца, а дальше песок. Он скрыт водой, трудно разглядеть. Возвращаемся на фарватер. Дальше пойдем по нему, а то останемся без катера.

Алекс сбросил ход