В ожидании Большой волны - Саша Южный

– Любопытные происходят вещи, – заметил Луи, когда стихли длительные аплодисменты. – С утра мы, можно сказать, нежились на холодном дне морском, а к вечеру в цветущем саду даём концерт высокой публике.

– Ты находишь это странным?

– Я нахожу странным то, что ты не находишь это странным. Вот если бы можно было резать такие моменты по частям и продавать.

– Хочешь нажиться на прекрасном?

– Да вовсе нет. Просто в трудные минуты человек мог бы достать из сундучка кусочек благодати и заполнить им пространство.

Луи уже в который раз окинул внимательным взглядом сад. Прошло уже не меньше часа, как они прибыли, а Наташи всё не было видно.

– Ищешь Наташу, – заметил его взгляд Буш. – Да, девчонке уже самое время появиться. Джентльмен ждет полчаса. Ждать более это значит проглотить пренебрежение, которое тебе выказали.

Они подошли к столу с наполненными шампанским бокалами, и Луи выпил сразу два подряд.

– Концерт есть, Наташи нет, – произнёс он, ставя пустой бокал на стол.

– Её не будет, – вдруг сказал Буш.

– Откуда ты знаешь? – спросил Луи.

– Я видел…

– Что видел?

Буш немного помялся:

– Видел, как она садилась в машину к джентльмену. Спортивный «Мустанг» синего цвета. Старики на таких не ездят.

Луи слегка пошатнулся и выпил ещё бокал.

Концерт закончился в сумерках, когда дождавшийся прохлады сад стал источать ещё более сильный аромат. Гости сели за столы, и кто-то предложил тост за хозяина дома дона Сальваторе, поблагодарив его за прекрасный концерт, не забыв упомянуть и музыкантов. Гости зааплодировали.

– Я заметил, что ты потерял бдительность, – кланяясь в ответ на аплодисменты, произнёс Буш. – Что ты расслабился. Тут тебя и сцапали. Ты на миг поверил, что твоя жизнь, наконец, меняется. Этот сад в цвету, эти нарядные господа, обещание Наташи прийти – это всё уловки дьявола. Иллюзия! Ты поверил и теперь тебе больно. Что же, понимаю.

– А ты?

– А я не расслаблялся. Что мне эти люди? Они похлопают в ладоши и разойдутся. Импресарио или, на худой конец, мецената среди них нет. А нам жить. Но этот мир, видимо, не для таких, как мы. Он будет мучить нас, пока мы не сбежим. После концерта я на баржу. Выйду в океан и нырну. Пора действовать. Если ты со мной, вот моя рука. Нырнём и никакой бес, в каком бы виде он не предстал, нам не помешает.

Фары такси мазнули жёлтым светом по борту «Прекрасной реки» и застыли в районе кормы большим расплывчатым пятном. Буш бросил на панель такси мятую двадцатку и выбрался наружу. Луи последовал за ним.

Какое-то время, пока ещё фары пятившегося такси прыгали по борту баржи, они молча смотрели на неё, словно пытаясь запомнить образ судна.

– Хорошая была мечта, – произнёс Буш и шагнул к трапу.

– Красивая! – дополнил Луи и шагнул следом.

Они расположились на корме второй палубы. Было ещё не очень поздно. С берега мирно мерцали огни предместий, а воздух пока не остыл. Буш достал из пакета бутылку венесуэльского рома, снял пробку и разлил его по стаканам. Тост никто из них не предложил и потому пили молча. Людям, утратившим мечту, ни к чему громкие слова. Глупо выглядит. Можно было, конечно, прочесть молитву. Но их они не знали.

Ночь стояла на редкость тихая. Мимо в сторону океана проплыла самоходная баржа. «Прекрасная река» колыхнулась на поднятой ей волне. И ром тоже слегка колыхнулся в стаканах. Луи и Буш молча посмотрели друг на друга. Говорить было не о чем. Всё предельно ясно. Сегодня они уплывут.

Буш потянулся к стакану, и в это время на берегу засверкали фары и показалась машина.

– Кого там чёрт несёт? – произнёс Буш и встал.

– Это из Карнеги-холл, спешат с договорами, – мрачно пошутил Луи.

– Это черти с трубами. Спешат на наши похороны, – представил свою версию Буш.

Никто не угадал. Машина встала у борта «Прекрасной реки недалеко от трапа, и из неё вышла Наташа.

– Держись, парень! – произнёс Буш. – Сейчас будет нелегко.

– Не беспокойся за меня. Я в норме.

– А что у тебя с голосом?

– А что такое?

– Звучит как-то неестественно.

– Да всё нормально, – заверил его Луи.

– Мне показалось, он дрогнул.

– Ерунда! – возразил Луи, и в это время раздался голос Наташи:

– Эй, на корме!

– Езжайте, мисс, у нас срочное дело, – отозвался Буш и обратился к Луи: – Может, выслушаем? Она тебе нравится.

– Теперь это не имеет никакого значения. Давай поскорей покончим с этим делом, которое пока ещё можем сделать.

Буш задумчиво покосился на Луи.

– Хорошо. Для начала скинь швартовы, а я запущу двигатель. И знаешь что, подойди к ней, перекинься парой слов, чтобы потом нас не вспоминали как невежливых типов. Как-никак это последний человек, которого мы видим в жизни.

– Хорошо! – Луи направился к трапу, а Буш полез в машинное отделение. Вскоре там заработал дизель, и баржа сдвинулась чуть вперёд, давая слабину швартовым концам. Луи быстро снял оба, носовой и кормовой, и заколебался – стоит ли последовать совету Буша или вернуться на баржу и поднять трап? Ведь всё уже решено. К чему эти реверансы?

Луи всё-таки подошёл к машине и сдержано произнёс:

– Добрый вечер.

– Добрый вечер, – улыбнулась Наташа. – Похоже, я не ко времени.

– Да, слегка поздновато.

– Или рановато, – снова улыбнулась Наташа. Её улыбка обезоруживала. Но Луи был тем мотыльком, который уже обжёг крылышки, и потому ответил на реплику девушки так же сдержанно:

– Извините нас, мы не можем вас принять, предложить кофе. Срочное дело.

– Да, я понимаю. Извините. Просто проезжала мимо и решила, вдруг услышу трубу, и свернула с дороги. Это было глупо.

Наташа посмотрела за спину Луи.

– Кажется, ваши срочные дела собираются делать без вас.

Луи обернулся и увидел, что баржа отошла от причальной стенки. Расстояние уже больше двух метров. С баржи на причал шлепнулась труба в футляре. Луи сорвался с места, но расстояние между причалом и баржой было уже изрядным.

– Эй, Зак! – крикнул Луи. – Постой! Ты куда? А я?

Из рубки выскочил Буш.

– Зачем тебе со мной, Луи. Это я погорячился. Ты ещё молод и талантлив и дождешься свою Волну.

– Но как же ты там один, без меня?

– Я дождусь тебя, Луи, обязательно дождусь. Мне нечего здесь делать. Не забудь пароль «Прекрасная река»!

Буш скрылся в рубке.

– Старый жулик, обманул меня, – в сердцах крикнул Луи. Баржа, уходя во тьму, отозвалась низким гудком. Луи сорвался с места и побежал вдоль причала. Остановившись на самом его конце, он закричал:

– А знаешь, Зак, я добьюсь своего!