Сети чужих желаний - Марина Серова

class="p1">— Мы знаем, что вы имели доступ к системе видеонаблюдения отеля, — продолжал Кирьянов. — Мы знаем, что вы редактировали записи дня убийства. Мы знаем, что вы делали это из компьютерного клуба «Зевс». У нас есть записи с камер самого клуба. Что вы на это скажете?

— Я ничего, то есть никого не убивал, — чуть хрипловатым голосом произнес Попов.

— Я вам верю, — неожиданно мягко сказал Кирьянов. — Я не думаю, что вы убийца. Но я полагаю, что вы знаете, кто это сделал, а еще есть вероятность, что вашей жизни угрожает опасность и вы это осознаете, оттого и заперлись в номере. Я прав?

В ответ снова последовало молчание, но я чувствовала, что вот-вот — и он заговорит.

— Арсений Михайлович, мы можем обеспечить вам безопасность. — Я сделала шаг вперед, выходя из тени.

— Безопасность? Да что вы вообще можете? — На секунду он перестал казаться мне испуганной жертвой. — Если он захочет, то достанет везде.

— Кто он? — почти в один голос спросили мы с Кирей.

— Я не знаю, а даже если бы и знал, то не сказал бы вам. Можете угрожать, бить или пытать, но вы меня не убьете, а он сможет.

Комната замерла. Даже воздух, казалось, перестал двигаться, загустев от страха, который источал Арсений Михайлович. Его последние слова повисли в пространстве тяжелым, осязаемым грузом. Он не боялся нас. Он боялся кого-то другого, чье имя даже не смел произнести.

Кирьянов медленно откинулся на спинку стула, разглядывая Попова с новым холодным интересом. Он не торопился. Он давал тишине сделать свою работу — давил, заставлял нервничать, заполнять паузу оправданиями или признаниями.

— Арсений Михайлович, — наконец заговорил Киря, — вы сейчас сказали очень важную вещь. Вы сказали: «Вы меня не убьете, а он сможет». Это значит, что вы нам доверяете больше, чем ему. Хотя бы на каплю. Давайте начнем с этой капли.

Он потянулся к термосу с кофе, стоявшему на углу стола, неспешно налил в пластиковый стаканчик и протянул его Попову. Тот машинально взял, пальцы его заметно дрожали, заставляя темную жидкость колыхаться.

— Я не буду вас бить или пытать, — продолжал Кирьянов, — это не в моих правилах и, честно говоря, это неэффективно. Испуганный человек говорит то, что от него хотят услышать, а не правду. А мне нужна правда. Давайте по порядку. Сначала о видеозаписях. Вы ведь не сами решили пойти в «Зевс» и поиграть в хакера? Кто-то вас попросил.

Попов сделал глоток кофе, поморщился от горечи, но, кажется, это вернуло его к реальности. Он поставил стаканчик, обхватил его ладонями, словно пытаясь согреть окоченевшие пальцы.

— Вы уже знаете, что я являюсь одним из основателей крупной компании. Я отвечаю за переговоры и заключение контрактов. В один из дней на почту компании пришло письмо с предложением встретиться для обсуждения взаимовыгодного договора. Я подумал, что дела касаются только компании, но когда пришел, то человек напротив заявил, что в скором времени меня ждет тюрьма. Я, конечно, не поверил ему, но он назвал имена четырех сотрудников, которые недавно внезапно уволились. Мы подумали, что это совпадение, но мой собеседник заявил, что они сливали всю информацию о наших финансах Орлову и в скором времени он передаст эту информацию прокураторе. Я не знал, что мне делать.

— А вам было чего бояться?

— В современных реалиях невозможно построить крупный и успешный бизнес, не замарав руки, — сухо пояснил он. — Мне предложили сделку. Я должен помочь им найти компромат на Орлова, а взамен все данные о финансах «Вольт и Ко» будут уничтожены. Поймите, у меня не было выбора. Компания была делом всей моей жизни, и если бы меня посадили, то она бы рухнула.

Он замолчал, тяжело дыша. По его вискам струился пот. Я перевела взгляд на Кирьянова. Он был невозмутим.

— Каков был ваш план?

— Мы знали, что у Орлова запланированы три встречи в «Белом лебеде», так что я заселился туда раньше его. Наша компания также использовала отель как нейтральную территорию для переговоров, так что меня там тоже хорошо знали и это не вызвало никаких подозрений. Мне сказали ждать дальнейших указаний и вести себя естественно.

— Поэтому вы со всеми ругались?

— В глазах персонала все богатые имеют скверный характер. Это стереотип, который никто не может изменить. Когда я вел себя вызывающе, то все говорили только о моих капризах, но как только я закрылся у себя в номере и не выходил, тут же поползли всякие слухи.

Он сделал еще один глоток и, собравшись с мыслями, продолжил:

— В день, когда у Орлова должна была быть третья встреча, мне позвонили и сказали, что я должен пойти в клуб «Зевс» и заменить файлы в базе данных службы безопасности отеля.

— Они сказали, как получить доступ? — спросила я.

— Да, мне на телефон пришел пакет данных: логин, пароль, адрес сервера, пошаговая инструкция, какие именно файлы искать и какими их заменить. Все было расписано по минутам. Я ждал! — Попов снова почти крикнул, и в его глазах читался настоящий ужас. — Ждал, что они пришлют подтверждение, что уничтожили компромат на меня. Вместо этого утром пришло сообщение: «Работа принята. Орлов устранен». Я сначала не понял. Подумал, что они ошиблись и угроза, которую нес Орлов, устранена. А потом… потом я узнал, что Орлова убили. Я писал им и требовал объяснений, но в ответ мне пришло лишь одно сообщение: «Молчи, иначе будешь следующим» — и несколько фотографий.

— Что за фотографии?

— Они следили за мной. Фотографировали, как я гуляю, обедаю или отдыхаю. Понимаете, они всегда были рядом.

— И вы закрылись в номере, боясь, что они придут за вами, — подытожил Киря, видя, что Попову тяжело продолжать разговор.

Он кивнул и закрыл лицо руками. Его плечи тряслись. Кирьянов переглянулся со мной. В его взгляде я прочитала то же, что думала сама: Попов был не убийцей и даже не соучастником. Он был инструментом. Расходным материалом в чьих-то умных и жестоких руках.

— Арсений Михайлович, все, что вы сказали, очень поможет следствию, но нам нужно что-то, что может вывести нас на ваших заказчиков.

— Я ничего не знаю, — повторил он голосом, по которому мы поняли, что уговаривать его бессмысленно.

— Что ж, в таком случае мы передадим дело в суд. — Киря закрыл папку с документами и встал. — Думаю, вам дадут около двухсот тысяч штрафа за проникновение в базу данных службы безопасности и около ста часов обязательных работ. Вы останетесь на свободе, и кто знает, через сколько вашего заказчика уведомят, что вы были