Психология убийства - Марина Серова

Я переместилась к окну магазина, стараясь остаться незамеченной. Мне было видно, как внутри Шелуховская перебирала одежду, внимательно рассматривая каждую вещь. Я подождала какое-то время, выбирая удобный момент. Вот Валерия встала в профиль, и я быстро сделала несколько кадров. Я старалась поймать в объектив Шелуховскую в естественной позе для того, чтобы она на фотографии выглядела непринужденной. Валерия, не подозревая о том, что за ней наблюдают, продолжала что-то выискивать в ворохах одежды.

Внезапно Шелуховская повернулась, и я инстинктивно отпрыгнула назад, спрятавшись за углом. Я стала ждать, когда Валерия снова вернется к своему занятию. Когда я выглянула из-за угла, то увидела, что Шелуховская снова погрузилась в поиски. Я сделала еще несколько снимков, стараясь запечатлеть ее лицо.

Когда наконец Валерия с несколькими пакетами — оказывается, сегодня был день максимальных скидок — выходила из магазина, я сделала последний снимок. Убедившись в том, что Шелуховская меня не заметила, я быстро зашагала по улице. Теперь у меня были фотографии, которые я могла предъявить для опознания тому, кто, вполне возможно, переделал пистолет и продал его Валерии.

Я села в свою машину и поехала к Максу. С ним я познакомилась в одном из моих прошлых расследований. Этот «умелец» мог переделать травматическое оружие в боевое. Когда-то он сидел за подобные преступления, но, по слухам, завязал с прошлым. Если кто-то и мог помочь разобраться с этим пистолетом, то это был Макс.

Когда я вошла в мастерскую Макса, то увидела его работающим над каким-то механизмом. Высокий крепкий мужчина с татуировками на руках поднял голову и посмотрел на меня.

— Что тебе нужно? — грубоватым низким голосом спросил Макс.

— Привет, Макс. Мне нужно твое мнение, — сказала я и подошла ближе. — Вот, смотри.

Я показала фото пистолета, который был найден стажерами на пустыре.

— Откуда он у тебя? — спросил мужчина. — Это ведь травмат, переделанный под боевую стрельбу, да еще и с глушителем.

— Это оружие, из которого убили человека, женщину, — ответила я. — Ты можешь сказать, кто совершил переделку и кому был продан пистолет? — спросила я.

— Есть у меня одна догадка на этот счет, — усмехнулся Макс.

— Так скажи, Макс, — попросила я. — Очень нужно подтверждение, что к убийству причастен конкретный подозреваемый.

— Ладно, — кивнул мужчина, — ты когда-то помогла мне, теперь моя очередь. Пойдем со мной.

— Мы можем поехать на моей машине, — предложила я.

— Пойдем, — повторил Макс, — здесь недалеко.

Мастерская, в которую привел меня Макс, действительно находилась совсем близко.

— Ты пока останься снаружи, — сказал Макс.

Он вошел внутрь, а я осталась на улице. Через несколько минут Макс вышел и сказал:

— Проходи.

Небольшое помещение было заполнено какими-то инструментами и деталями, в воздухе ощущался запах масла и металла. У порога стоял невысокий коренастый мужчина с густой бородой и настороженным взглядом. На вид он выглядел старше Макса. Он вопросительно посмотрел на меня. Я достала свой телефон и показала фотографию пистолета.

— Я подозреваю, что это оружие связано с убийством. Мне необходимо знать, кто переделал его в боевое. И еще.

Я перелистала и показала фотографии Валерии Шелуховской.

— Это она? Она заказала переделку? — спросила я.

Мужчина внимательно посмотрел фотографии — и пистолета, и Валерии — и сказал:

— Да, это она. Она приходила ко мне и хотела купить пистолет. Я продал ей травмат, но она попросила сделать его более мощным.

— То есть она попросила переделать травматический пистолет в боевой? — уточнила я.

— Да, — кивнул мужчина, — и дополнительно — поставить глушитель. Я все сделал, как она просила. Но больше я ничего не скажу.

— Спасибо и на этом, — сказала я.

Ну что же, дело сделано. Теперь ясно, что Валерия Шелуховская сделала два выстрела из пистолета, который затем выбросила на пустыре. Но для полной картины необходимо было добыть ветровку с оторванной пуговицей, которую я видела в их с Константином квартире, когда приходила. Только вот не избавилась ли Валерия от этой ветровки? Ведь это же улика. Но возможно, что Шелуховская оставила ее. Ведь судя по тому, что одежду она покупает в секонд-хенде, вряд ли она выбросит эту вещь.

Но как бы то ни было, пока Шелуховская находится дома, я не смогу предпринять никаких действий по поиску ветровки.

Я снова поехала в Управление полиции.

— Володь, я выяснила, что пистолет, который нашли стажеры на пустыре, действительно принадлежит Валерии Шелуховской. Я показала фотографию оружия и самой Валерии тому, у кого она его купила и кто совершил переделку. Он опознал в ней заказчицу и покупателя. Так что теперь остается убедиться в том, что пуговица, которую я нашла в спальне убитой Екатерины и принесла тебе, оторвалась от ветровки Шелуховской. Но ее нужно убрать на время из квартиры, — сказала я.

— И как ты это собираешься сделать? — поинтересовался Владимир.

— Ты мне в этом поможешь, Володь, — ответила я.

— Каким же образом?

— Вызови Валерию и Константина сюда, в Управление. А я тем временем…

— А ты тем временем вооружишься своими универсальными отмычками и вскроешь частное жилище, — хмыкнул Владимир.

— Ну конечно! Я же известная домушница, ты разве не знал?

— Знал, но сомневался, а теперь вот знаю точно, — подыграл мне Владимир.

— Но, Володь, кроме шуток. Мне ведь только необходимо будет убедиться в том, что ветровка находится в квартире в таком-то месте. Только это. И я испарюсь из квартиры, как будто меня там и не было. А потом — понятые, полиция, все как полагается по закону, — объяснила я.

— Ладно, убедила, — кивнул Владимир.

Спустя час, в течение которого я пообедала в кафе, мне позвонил Владимир Кирьянов.

— Тань, они у меня, оба.

— Ну и как они? — спросила я.

— Она напряжена и очень злая, а он… он как будто бы в какой-то прострации, что ли. Короче, давай быстрее, я не могу долго их держать, — предупредил Владимир.

— Поняла. Как только закончу осмотр, так сразу же отзвонюсь, — пообещала я.

— Буду ждать, — ответил Владимир и отключился.

Я вошла в подъезд дома Константина и Валерии и поднялась на их этаж. На лестничной клетке было тихо. Я еще постояла пару минут, чтобы окончательно убедиться в том, что мне никто не помешает.

Теперь можно приступать. Я надела перчатки и достала универсальные отмычки. Пусть Владимир Кирьянов подтрунивает надо мной, но в ряде случаев они просто незаменимы.

Бесшумно открыв входную дверь, я вошла в квартиру. Пошарив на стене, я щелкнула выключателем, и прихожая озарилась неярким светом. Я начала внимательно осматривать одежду, которая находилась в коридоре.