Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Под окнами притормозил черный внедорожник. Из машины вышел мужчина, и Чону сразу же мог с уверенностью сказать, что это отец Чису. Мужчина обладал интеллигентной внешностью, носил очки в черной роговой оправе, его седые волосы росли густо, но как бы отдельными островками. Он производил впечатление скорее профессора, нежели бизнесмена.

Скользнув взглядом дальше, Чону заметил женщину, сидевшую на водительском месте. Увидев ее, он даже не успел понять, как ноги уже сами несли его на улицу. На первый взгляд она была практически копией Чису. Когда выражение ее лица было спокойным, они были до удивительного похожи, когда же на лице расцветала улыбка, можно было отыскать едва заметные различия. Убедившись, что это всего лишь женщина, до крайности похожая на Чису, а не, увы, она сама, Чону потерял интерес и побрел обратно. Затем в кафе вошел и отец его жены…

Они обменялись неловкими приветствиями.

– Женщина, что была за рулем…

– Моя дочь, – произнес мужчина сконфуженно.

– Она очень похожа на Чису.

– Конечно. Они очень похожи.

Он выложил свою историю, не дожидаясь просьбы. Оно и понятно, ведь иначе им и незачем было встречаться.

– Это позорная история, но у меня был роман на стороне, когда я жил с матерью Чису. Потом я узнал, что девушка, с которой я встречался, беременна. Поскольку мое сердце уже склонялось к определенному выбору, я рассказал матери Чису об этом романе и попросил у нее развод. Но она ответила… что тоже беременна.

Две сводные сестры не только внешне были похожи друг на друга, но и были примерно одного возраста. Любовница и законная жена беременны одновременно – сюжет, который трудно встретить даже в самых дрянных мелодрамах.

– У обеих срок родов был намечен на февраль следующего года. Разница была всего недели две. И мне пришлось сделать выбор.

– Значит, вы предпочли ту женщину маме Чису? – Чону задал вопрос резким тоном.

Мужчина кивнул.

– Я не смог бы стать хорошим отцом им обеим.

– Чису знала?

– У нас была встреча с ней три года назад. Тогда она и узнала.

– Если это было три года назад…

– Да. Это было буквально за день до ее смерти.

* * *

Три года назад Чису поступил неожиданный звонок, и она отправилась в район университетской больницы. На месте встречи ее ждала женщина, как две капли воды похожая на нее. Она и сама, казалось, была удивлена, увидев Чису. Они были как будто близнецы: одинаковые длинные волосы, белоснежная кожа и даже аура вокруг.

– Зачем вы предложили мне встретиться? – Чису стало любопытно, почему с ней связался некто, кто назвался дочерью ее отца, которого она и в лицо-то не знала. Они ни разу даже не виделись.

– Мне жаль, что приходится это говорить. Но мы в отчаянии. – В первое мгновение Чису не поняла, кого женщина имела в виду под словом «мы». – У отца последняя стадия рака печени. Ему требуется пересадка, счет идет на часы. Мы с моей мамой прошли тест на донорство, но нас сочли неподходящими.

– …

Чису потеряла дар речи. «О чем, черт возьми, она говорит? Предлагает мне просто пожертвовать собой ради того, кого я не видела ни разу в жизни?» Пребывая в растерянности, она даже не успела тольком возмутиться.

– Нам сказали, что, если вы пожертвуете часть печени, это никак не повлияет на вашу жизнь. Было бы замечательно, если бы это могла быть я, но сказали, что моя печень не подходит, поэтому после долгих раздумий я связалась с вами. Понимаю ваши чувства. Думаете, что это полнейшая наглость, гневаетесь, считаете меня беспардонной. Но поскольку это вопрос жизни и смерти отца, мне пришлось пойти на бесстыдство. Простите.

Чису вышла из кафе и без возражений последовала за женщиной в больницу. Сводную сестру, казалось, немало удивила реакция Чису. Если бы она ответила отказом, та бы бухнулась на колени и умоляла ее. Она и помыслить не могла, что Чису сразу же сдаст анализы на пригодность в качестве донора печени. Так как Чису была кровным родственником, все было довольно просто. Выйдя после сдачи всех тестов, поодаль она увидела высокого иссохшего мужчину. Из-за желтухи его лицо напоминало мандарин. Его болезненный вид был отчетливо заметен даже издалека.

Ее отец. Они с первого взгляда узнали друг друга. Рядом с мужчиной стояла женщина. Чису была наслышана об этой женщине от своей матери. Они с отцом были университетскими друзьями, да и с ее мамой она была знакома.

Так называемый отец не смел приблизиться и оставался на расстоянии. На его лице было написано, что появления Чису он никак не ожидал. Женщина, которая обменивалась с ее отцом клятвами верности вместо мамы, подбежала к Чису и резко схватила ее за руки:

– Спасибо вам. Я знаю, что вы не обязаны это делать, правда… Правда, простите нас. – Женщина говорила, активно вставляя в речь слово «правда».

Чису так и стояла, не шелохнувшись, не стряхивая ее рук, в которых чувствовалась робость, и не пытаясь сжать их в ответ. Сколько времени прошло? Позвал доктор и сообщил им результаты анализов:

– Поздравляю. Пересадка возможна.

Из глаз членов семьи, с ужасом ожидавших приговора врача, полились слезы. Посреди всего этого одна Чису стояла, не зная, куда себя деть, как ребенок, который не понимал, что творится вокруг.

– Мне есть что обсудить с донором. Нам необходимо, чтобы вы подписали согласие. Остальные могут быть пока свободны.

Врач вместе с Чису остались переговорить, а в это время снаружи жена человека, зовущегося ее отцом, и его дочь стояли, сложив ладони в молитвенном жесте, все еще чувствуя отголоски волнения. Возможно, отца заела совесть: на глаза он не показывался. Когда Чису вышла после разговора с врачом, женщина обратилась к ней:

– Правда, спасибо. Правда, простите. Не знаю, правда, что сказать… – Женщина продолжала использовать это невыносимое слово «правда».

– За что спасибо? – Чису, которая все это время молчала, наконец открыла рот.

– А? – Женщина с дочерью потрясенно застыли, поразившись леденящей атмосферой, образовавшейся вокруг Чису.

– Так ведь… Должно быть, это было непростое решение, и мы хотели выразить вам свою благодарность за это…

Она думала, что дочь ее отца дико похожа на нее, но, присмотревшись, поняла, что это не так. Была ли у них разной линия скул, неясно, но когда та улыбалась, отличия были очевидны. Чису отчего-то почувствовала облегчение:

– Нет. У меня и в мыслях