Кто написал твою смерть - Алекс Павези

назад она сделала набросок с видом на Лондон из парка в Примроуз-Хилл и вместо контуров некоторых зданий вставила отпечатки пальцев. Например, палец Дина изображал купол собора Святого Павла. – Он у меня на стене висит, помнишь?

– Не делай добра – не получишь зла, – выругался Дин. – Ты мне за это даже не заплатила.

– Откуда он взялся? – повторила Майя свой вопрос.

Дин тяжело привалился к двери, расплющив кулак. От внезапной боли он выпрямился, встряхивая руку.

– Я нашел его в своей комнате, – сказал Дин. – Мне пришлось открыть, чтобы понять, что внутри. Но я не рассматривал фотографии дольше необходимого. Я подумал, ты захочешь их вернуть. Я пытался проявить порядочность. Не делай добра – не получишь…

– Где именно в твоей комнате?

– Это долгая история.

– Слушаю.

– Майя, уже поздно. Можем мы поговорить об этом утром?

– Я не устала. Ты не можешь кидать человеку под дверь его откровенные фото, не ожидая при этом каких-то дальнейших расспросов.

– Откровенные – это еще мягко сказано.

Майя стала наседать на дверь, пока Дин не сдался. У него не было энергии, чтобы дать ей отпор.

– Ладно, – пробормотал он. – Заходи, я тебе покажу.

Майя свернулась на кровати Дина в виде ушной раковины. Все ее лицо пульсировало от боли. Конверт она зажала между бедер.

– Говори, где ты его нашел.

Дин сидел за столом у окна.

– Не разговаривай так громко. Мы не хотим никого разбудить.

– Почему? Мне все равно.

– Есть такое слово – «приличия», Майя. Тебе стоит с ним познакомиться.

– Так и сделаю. Приличной встрече.

Дин постучал по столу.

– Он был в комнате Гуса, – сказал он. – Наверное, Анатоль спустил его сюда после его смерти. Раньше у меня здесь стояло что-то типа карточного стола. Середина викторианской эпохи, полагаю. Псевдоготика. Дуб, сукно. Но, видимо, его кому-то продали. Он был очень красивый, но этот гораздо практичней.

– Уже поздно, – сказала Майя, прикрывая глаза. – Переходи к делу.

В столе красного дерева было два ящика. Дин встал и открыл нижний.

– Ну я в него и заглянул, как всегда и делается. Но, разумеется, Анатоль его освободил. Только я заметил, что нижний ящик открывается не до конца. Почти неуловимо, совсем неуловимо, но как инженер я чувствую такие вещи. Измерения не совсем совпадают. – Он слегка выдвинул верхний ящик, а потом приподнял нижний и вытащил его из стола. – Здесь сзади – небольшой тайник.

Майя открыла глаза и приподняла голову. Дин держал в руках ящик и показывал ей. В задней части действительно была дополнительная перегородка, а за ней – ячейка примерно в дюйм[9] шириной.

– Тут я и нашел твои фотографии. А вот как он спрятан… – Он медленно перевернул ящик и показал Майе дно: из дерева торчал ржавый гвоздь. – Сделано так, чтобы он цеплялся за каркас стола. Но это очень примитивная конструкция. Повезло, что я просто палец об него порезал. Этот гвоздь мог пробить руку насквозь. Он достаточно острый.

Майя потянулась к ящику, и Дин отдал его. Она пошарила пальцами в тайнике.

– Куда ты дел остальные?

– Остальные? – переспросил Дин, ставя ящик на пол.

– Другие фотографии?

– В конверте было только две. Их я тебе и вернул.

– Я в этом сомневаюсь. Мы делали эти фотографии с Сеппом. Помнишь Сеппа? Мой бывший парень, архитектор? Они были частью арт-проекта. Исследование границ человеческого тела.

– Исследование границ? – Дин увлекся ящиком, согнувшись над ним. – А вам обязательно было чертить такую детализированную карту?

– Мы не стали развивать идею. Это был просто эксперимент.

– Не знаю, куда вы дальше могли ее развить. Я не пуританин, но…

– Мы сделали двенадцать фотографий, – перебила его Майя. – Где остальные?

– Может, Гус решил, что двух достаточно. Или более чем достаточно.

– Кто станет перетягивать резинкой две фотографии?

– Я не знаю, что тебе сказать. У него было только две. Но как они вообще попали к Гусу – вот что интересно.

Не двигаясь с места, Майя вытянула руку и открыла прикроватную тумбочку Дина. Порылась внутри и достала стопку из десяти полароидов.

– Это было просто, – сказала она.

Она сложила фотографии вместе.

Дин посмотрел на нее со страдальческим выражением.

– Я собирался отдать их тебе. Мне просто казалось, что я должен получить какую-то благодарность за труды. – Он показал окровавленный палец. – Процент за наводку. Всего пару тысяч. Может, пять или десять. Я не думал жадничать. Ты продаешь картины дороже.

– Я не буду тебе за них платить, Дин.

– Полагаю, кто-то может нанести большой вред с помощью этих фотографий. Послать их твоей семье, друзьям, коллегам…

– Да. Ну теперь они у меня. Думаю, я сожгу их. Или зарою.

Дин потрепал салфетку у себя на пальце.

– Штука в том, – сказал он, – что у меня есть копии. И ты их не найдешь. Они не здесь.

– Нет, нету. Нельзя сделать копии полароидов.

– Можно, с помощью сканера. Если у тебя есть компьютер.

– У Анатоля нет ни того ни другого.

– Но у меня есть. И то и другое. Дома. Я отсканировал их, когда нашел у тебя в квартире…

Майя заметила скрепку на тумбочке. Подняла ее, взяла в рот и начала посасывать, несмотря на зубную боль. Это была ее дурная привычка еще с детства. Она покачала головой.

Дин наблюдал за ней с отвращением, сложив руки на груди.

– Кто, по-твоему, дал их Гусу? Гус был не против мне за них заплатить. Но это было уже много лет назад. И мне нужно еще немного – за свои труды.

– Ты лжешь, – сказала Майя, прижав скрепку к нёбу.

– Надеюсь, ты в этом уверена. Ведь если ты не заплатишь, скажем, пять тысяч, я первым делом после возвращения домой разошлю копии этих фотографий всем, кого ты знаешь. И ты ничего не сможешь сделать, чтобы это предотвратить.

– Я могу убить тебя.

– И провести остаток жизни в тюрьме? Ты в курсе, что там нет диванов?

– Не проведу, если это будет выглядеть как несчастный случай.

– Ну да. Но я не думаю, что ты меня убьешь.

Майя выплюнула скрепку. Она приземлилась на ковер, с отметинами от зубов на металле. Майя встала, подняла ящик с пола, а потом подошла с ним к столу.

– Как вставить его обратно?

Дин встал на колени у стола и вытянул руки, чтобы забрать ящик у Майи.

– Давай сюда, – сказал он.

Дин запрокинул голову, обнажив шею.

– Ты слишком упрощаешь мне задачу, – сказала Майя.

Она опустила ящик Дину под подбородок и потянула со всей силы. Секретный гвоздь воткнулся ему в глотку. Кровь брызнула на