Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

– Не ходите по большим магазинам, бесполезно. Я встречала немало тех, кто делает петарды. Большое количество заряда им не требуется, да и документов нет, так что крупные магазины им отказывают. Лучше сходите в маленькие – они единственные, кто осмелится продать. – Хозяйка встала, добавив: – Иди. Просто скажи, что ты сестра Хэ Хунмэй, это обязательно сработает.

* * *

Выйдя на улицу, Ми Нань вытерла слезы и негромко спросила Фан Му:

– Ты не осуждаешь меня за то, что я использовала Эрбао как прикрытие? – Фан Му покачал головой. Ми Нань облегченно вздохнула и продолжила: – Мне искренне его жаль, столько натерпелся…

Несмотря на указания хозяйки, дела все равно шли неважно. Фан Му и Ми Нань обошли на улице все мелкие магазины, где продавали взрывчатку в частном порядке, но никто из продавцов не помнил Цзян Я. Только владелец продуктового магазина, взглянув на фотографию, сказал, что он выглядит знакомым, но, когда Фан Му спросил его, что тот купил, замялся и в конце концов пробормотал, что, кажется, детонатор. Однако, стоило Ми Нань тайком достать телефон, чтобы записать разговор, и попросить владельца еще раз подтвердить его слова, тот сразу же насторожился и все опроверг – даже упоминание имени Хэ Хунмэй им не помогло.

Фан Му не желал сдаваться и снова вместе с Ми Нань прошелся по всем магазинам, где открыто продавались пиротехнические средства. Результат был тот же. Отношение продавцов немного менялось, когда они слышали имя Хэ Хунмэй, но все равно никто не опознал Цзян Я как покупателя взрывчатки.

По тому, как сейчас обстояли дела, можно было сделать только два вывода: первый – продавцы говорили неправду; второй – предположения Фан Му ошибочны и Цзян Я не появлялся в этом месте. Фан Му не мог не расстраиваться: если он не нашел никаких подсказок здесь, то искать их в другом месте – все равно что искать иголку в стоге сена.

Ми Нань успокоила его, сказав, что, по ее мнению, владелец продуктового магазина сказал правду, а отказался от своих слов только из-за страха накликать на себя беду. Но даже если это правда, это всего лишь маленькая зацепка, но никак не доказательство.

Расследование не принесло результатов, а время уже подходило к полудню. Расстроенные Фан Му и Ми Нань вернулись в закусочную. Хозяйка сразу же подбежала к ним и поинтересовалась, как все прошло. Узнав, что безрезультатно, она тоже опечалилась и, накрывая для них стол, спросила Ми Нань:

– Как выглядит человек, который навредил вашему сыну? Я здесь уже много лет; если он заходил, я бы наверняка запомнила.

Хотя Фан Му понимал, что надежды мало, он все же решил попробовать и передал фотографию Цзян Я.

Хозяйка некоторое время внимательно рассматривала и нахмурилась, словно что-то вспомнив.

– Почему-то… он кажется знакомым.

– Да? – встрепенулся Фан Му. – Он заходил к вам?

– Нет… – Хозяйка замешкалась и встала. – Подождите.

С этими словами она направилась в заднюю комнату, а через несколько минут вышла с фотоальбомом в руках.

– Смотрите. – Достала фотографию. – Разве он не похож на этого человека?

Это был групповой портрет, на котором десятки детей, сгрудившись вместе, смотрели в камеру и улыбались. Судя по красным галстукам на груди и фону, это, вероятно, была фотография выпускников начальной школы.

Мальчик, на которого указывала хозяйка, находился во втором ряду, шестой слева, со стрижкой ежиком и слегка нахмуренными бровями. Черты его лица действительно имели некоторое сходство с Цзян Я, однако из-за старости фотография давно пожелтела, лицо ребенка также было нечетким, поэтому невозможно было подтвердить, Цзян Я это или нет.

– Есть другие фотографии? – нетерпеливо спросил Фан Му.

– Есть. – Хозяйка немного полистала альбом и вытащила еще одну.

Исходя из времени она была сделана примерно тогда же, когда и выпускная фотография. На снимке были два мальчика, одиннадцати-двенадцати лет. Один, более пухлый, держал другого за плечо и счастливо улыбался. Второй же хмурился и слегка сутулился. Он был одет в старую и явно неподходящую по размеру одежду, а в его глазах, помимо детскости, которую он никак не мог скрыть, читались нотки настороженности и тоски.

– Это мой муж, – хозяйка указала на пухлого мальчика. – После свадьбы он рассказал мне, что эту фотографию они с лучшим другом сделали на память, когда закончили начальную школу. Ох, как же он любил ностальгировать…

– Вы встречали этого человека?

– Нет, – хозяйка покачала головой. – Мы с мужем познакомились, когда работали в городе Ж., а сюда приехали только в две тысячи четвертом году.

– Другими словами, этот человек и ваш муж вместе учились в начальной школе… – Фан Му на мгновение задумался. – Он тоже из Лоянцунь.

– Наверняка.

– Его родной дом здесь?

– Нет.

– В смысле? – слегка удивился Фан Му. – Разве это не деревня Лоянцунь?

– Она самая, только Новая Лоянцунь. Ее основали после открытия угольной шахты на горе Дацзяо, – терпеливо объясняла хозяйка. – Старая деревня находится на востоке, примерно в двух-трех ли[104] отсюда, но там почти никого не осталось. После двухтысячного года все постепенно перебрались сюда.

Фан Му тут же встал и сказал Ми Нань:

– Поехали в старую деревню.

– Не торопитесь, поешьте сначала. Я попрошу сына проводить вас. – Хозяйка повернулась к двери и крикнула: – Цзян Юнтянь, иди сюда!

Фан Му вдруг осенила мысль, и он спросил:

– Фамилия вашего мужа Цзян?

– Да.

– А какой иероглиф?

– Речной «цзян», – ответила хозяйка, недоумевая. – А что?

– Здесь много людей с фамилией Цзян?

– Нет, только наша семья.

Сердце Фан Му бешено заколотилось. Он тут же спросил:

– Как звали вашего мужа?

Выражение лица Фан Му напугало хозяйку, и она долго мялась, прежде чем ответить:

– Цзян Я.

* * *

Старая деревня находилась недалеко: до конца по главной улице, свернуть на грунтовую дорогу и проехать еще несколько минут. Фан Му издалека посмотрел на низкие дома и решил высадить Цзян Юнтяня здесь.

– Мама сказала проводить вас до деревни.

– Не стоит, дядя найдет дорогу. – Фан Му погладил мальчика по голове. – Почти стемнело, возвращайся скорее домой, а то мама будет волноваться.

Мальчик, думая о ждущем его игрушечном вертолете, не стал упрямиться, выпрыгнул из машины и зашагал в сторону дома. Ми Нань остановила его и вложила в руку ребенка 500 юаней. Мальчик медленно покачал головой, сказав, что мама не разрешает ему брать что-либо у чужих. Ми Нань коснулась его лица и с улыбкой произнесла:

– Я тетя, а не кто-то чужой. Это деньги тебе на учебу. Учись хорошо и в будущем уважай маму.

Покраснев, мальчик взял