Однажды в Гарлеме - Колсон Уайтхед

Что получил от этого Мансон? Карни мог лишь догадываться о том, чем их сделка все-таки привлекла детектива. Навел лоск на свою репутацию игрока. Ублажил заносящих ему конверты конкурентов Диксона. Как бы то ни было, информацию по Диксону он передал в отдел по борьбе с наркотиками, те организовали наблюдение, отправили своего человека сделать закупку, и готово.

— Меня спрашивают, кто мой осведомитель, — сказал ему Мансон. — Пускай себе гадают. На этой неделе мною довольны. На следующей? Но на этой довольны.

Мансон добавил, что уговор соблюдет и добьется, чтобы Дешевку Брюси арестовали.

— Вам хочется знать почему, — сказал Мансон.

Карни признался, что его это и впрямь интересует.

— Он режет женщин. Я в жизни не взял бы деньги у долбаного сутенера и не стал бы его покрывать, — пояснил Мансон, — и я не уважаю тех типов, которые это делают.

Как-то уж очень пафосно. Лицемерие не впервой служит прикрытием для своекорыстия. Несколько лет спустя, когда игра изменилась, как и ставки, и долгосрочные отношения с тем, кто оказался бесценным кадром, — Мансон признался Карни, что Дешевку Брюси покрывал его коллега-полицейский, которого Мансон возненавидел, поскольку тот как-то раз стащил из холодильника его сэндвичи. Мансон весь день грезил сэндвичем с яичным салатом. «И этот ублюдок имеет наглость называть себя копом».

Может, городом правят отнюдь не конверты, а месть и затаенная злоба.

Карни повесил трубку. Половина четвертого. Если Дешевку Брюси завтра отпустят, у них на все про все один вечер. Сегодня среда, не вторник и не четверг, когда Дьюк обычно наведывается в дом № 288 по Конвент-авеню.

Мисс Лора не отступит, Карни это знал. Она вынесет любые трудности, даже если ей придется тащить их на своих плечах по Бродвею от Бэттери до самого Клойстерса.

* * *

Карни поставил в известность Мэри и Рыжего, что остаток дня его не будет на месте.

— О’кей, босс, — сказал Рыжий. — Сегодня не так заметно.

— Да, уже лучше, — согласилась Мэри.

Карни потрогал желвак под правым глазом. День выдался суматошный, он даже забыл про фингал.

В прошлую пятницу торговец мебелью вышел из подъезда своего дома и немедленно получил по лицу. Карни отлетел на входную дверь и сполз на землю. Перчик знатно его приложил. Цель, с которой Карни использовал его труд, не вызвала у него восторга.

— Ты отправил меня шестерить на копов? — спросил Перчик.

У Карни кружилась голова. Два подростка на противоположной стороне улицы, игравшие в баскетбол, остановились и глазели на происходящее. Лежащий на земле Карни взглянул на Перчика и попытался сесть. В последний раз такую плюху он поймал от отца. За что, в чем тогда провинился, Карни уже не помнил.

— Если б ты не был сыном Майка Карни, я бы шкуру с тебя спустил, — добавил Перчик.

И ушел. Правая сторона лица Карни горела, щеку дергало. Пошатываясь, он поплелся наверх, в квартиру. Элизабет с детьми не было дома. Вокруг глаза расплывался синяк. И что говорить жене? Учитывая, сколько в последнее время вокруг торчков, Карни решил свалить все на них. Мол, какой-то наркоман ударил его по лицу, крикнул что-то и дальше пошел, даже не попытался отобрать у него кошелек. «С этими наркобарыгами надо что-то делать». Вот так себя теперь чувствуют приличные люди: все наперекосяк, над миром нависла тень.

В тот первый день глаз закрылся. Опух, побагровел, переливался всеми красками. Двадцать четыре часа Карни не мог открыть глаз. Зрелище неприглядное; в выходные перед Днем труда клиентов обслуживал Рыжий. Через два дня после распродажи схватили Дешевку Брюси; настало время заняться Дьюком, готов Карни или нет.

Прежде чем отправиться на Конвент-авеню, он остановился поглядеть на свою вывеску. «МЕБЕЛЬ КАРНИ». Если его арестуют, отнимут ли магазин? Он так долго пытался разделить две свои половины, и вот теперь они столкнулись. Но ведь они и без того уже делили кабинет, не так ли? Карни сам себя дурачил.

Мисс Лора согласилась встретиться с Карни в закусочной «Большое яблоко». Так он понял, что дело близится к завершению: она встретилась с ним в забегаловке. Сегодня столики обслуживала третья матрешка — лицом такая же, но миниатюрнее. Масштабы презрения к Карни не изменились. Когда он сел за столик, официантка спросила мисс Лору:

— Вы знаете этого типа?

— Вообще-то нет, — ответила мисс Лора, и женщины засмеялись.

— Эти официантки… — начал Карни.

— Они сестры, — перебила мисс Лора. — А это что? — Она имела в виду фингал.

— Меня ударили по лицу.

Она надменно поджала губы. Потерла палец о палец: плати. Карни сунул ей двадцать баксов.

Прежде чем они начали придумывать, как провернуть дельце, мисс Лора обругала его за упущенное время. Карни обвинил во всем Мансона, дал ей выпустить пар. Под ее раздражением крылся страх. Причем давний. Этого типа могут выпустить уже завтра, и он наверняка захочет сорвать злость на девицах. Мисс Лора сдаст Дьюка, но только если Карни сперва выведет из игры Дешевку Брюси: именно этого она потребовала в тот июльский вечер, когда они заключили договор. Уберите Дешевку Брюси, и я все сделаю.

В детстве, когда Карни нырял в реку Гудзон, ему случалось нахлебаться воды. В закусочной «Большое яблоко» такую же точно дрянь именовали «кофе».

— Как нам заманить его в среду? — спросил Карни. — Вечером.

— В том-то и дело.

— Может, скажете ему, что у вас неприятности? Или пригрозите выдать его жене?

Мисс Лора пожала плечами.

— Если у меня вдруг случились неприятности или нет денег, ему на это плевать. Да и на жену, в общем, тоже. — Она стряхнула сигарету в жестяную пепельницу. — И угрозами мы ничего не добьемся, его это лишь разозлит, поверьте.

Карни посмотрел на окна ее квартиры. Если что и получится, то делать это придется там.

— Я попрошу его прийти, потому что хочу его, — сказала мисс Лора.

— И все?

— И все.

Оставался вопрос с Зиппо. Карни придется отыскать Зиппо и сказать ему, что пора браться за дело.

— Вы знаете, где этот ниггер? — спросила мисс Лора.

Хороший вопрос. Фотограф то тут, то там.

Зиппо он привлек к делу Дьюка последним. Стало ясно, что понадобятся фотографии. Карни купил поляроид «Патфайндер», потому что реклама утверждала, будто им легко пользоваться. И, что важнее, не нужно сдавать пленку в проявку. Стоит кому-то увидеть снимки, которые планировал сделать Карни, и они тут же сообщат в полицию нравов.

Однако, как он ни бился, выяснилось, что фотограф из него никудышный. «У некоторых получается только что-то одно», — сказала Элизабет. Она не хотела его обидеть. Жена и дети терпеливо ждали, пока он пытался их сфотографировать, подобно