Башня Кристо - Келли Уэст

Эта песенка… Внезапно он понял, что раньше не замечал этой связи. Что эта песня с его свадьбы играла в баре в тот вечер, когда он впервые приметил Лорин. Когда он впервые по-настоящему увидел ее. Может, как раз он сам тогда и запустил пластинку с «Арбузным шагом» на музыкальном автомате.

Это заняло пару попыток – после активных занятий футболом в колледже у него было неладно с коленями, и Мичем влил в себя столько этого чертова виски, что едва мог видеть обстановку вокруг, – но он поднялся с пола и с важным видом направился к входной двери. Или же дверям. Мичем видел их сразу три.

– Ты думаешь, тебе хуже, чем мне? – опять выкрикнул он. Голос у него был совершенно отчаявшийся. – Да, ты потеряла все. Но так и я тоже!

Он потянулся к столику в прихожей, ухватил его за края и, собрав все свои силы, швырнул тяжелую деревянную конструкцию через всю комнату. Стеклянная столешница разлетелась вдребезги, ударившись о стену.

– Нет… – выдохнул Мичем, запыхавшись. – Нет… я все это не потерял. Я все это уничтожил! Все, что было хорошего, что было особенного, все, ради чего стоило жить… я взял это, расколошматил вдребезги и прикончил! И каждое утро из зеркала на меня смотрит лицо убийцы.

Именно тогда Мичем и понял, что ему осталось отдать лишь одно.

Свою жизнь.

В груди у него поселился холодный ужас, тяжелым грузом придавливая его к земле.

Правильным было бы остаться в квартире. Но Мичем не стал поступать правильно. Не таким уж он был человеком. И мог, по крайней мере, признать это. Откровенно признаться, что за человек он на самом деле.

– Выпустите меня! – выкрикнул Мичем. – Сейчас же!

Последовала пауза, после которой Ведущая впервые отреагировала:

– Вы уверены, что и вправду этого хотите?

Это было единственное, что он мог сейчас сделать. Ему надо встретиться с Шоу лицом к лицу. Сразиться с ней. Если то, что происходило в здании, было судом над ними, ему нужно использовать свои показания в качестве доказательства.

– Да. Я готов, – сказал Мичем.

Он надеялся, что Эмили Шоу тоже готова.

Замок щелкнул, и красный огонек на дверной ручке сменился зеленым.

Понедельник, 00:15

Квартира 62А: Шефиня

Лара уже несколько минут колотила во входную дверь и кричала в камеру, пытаясь привлечь внимание Ведущей.

Какой смысл был запирать ее в здании с Билли Бо и девицами, которые ее подставили? Чтобы заснять, как у нее происходит полный психический срыв? Это такой вот финал задумала «Пейбэк продакшнс»?

– Выпустите меня! – опять выкрикнула Лара.

Больше, чем когда-либо, ей хотелось поверить, что наивная девчонка, которой она некогда была, умерла в тех кустах. Ей хотелось думать, что она никогда и не была той девочкой.

Лара ничего не помнила о той аварии. В голове остались лишь смутные воспоминания о поездке в город той ночью. И кое-какие обрывки событий после того, как Билли Бо напал на нее, пока они все не оказались в полицейском участке. Она могла закрыть глаза и увидеть вспышки красных и синих огней, услышать вой сирен. Почувствовать, как кто-то хватает ее за руку, наклоняется к ней и повторяет: «Просто придерживайся того, о чем мы договорились».

Но того шерифа она все-таки помнила. Все еще могла представить себе тот серый кабинет. Как там пахло хвойным моющим средством и дешевым лосьоном после бритья. Из коридора то и дело доносился стук тяжелых ботинок. Лара полностью отдавала себе отчет в своих действиях, когда сидела за столом из нержавеющей стали, уставившись на банку «Кока-колы», и обвиняла Шейн Копински в преступлении, которое совершила Линдси Блэкстоун.

Все эти годы она повторяла себе, что та авария произошла не по ее вине.

Но смерть Шейн в тюрьме…

Да. Это совсем другое дело.

И оставалось лишь догадываться, что могла думать обо всем этом Ведущая. Клэр Фаррадей… Которая потеряла все в той аварии. Она была младше, чем девчонки из компашки Лары. В «Уайлдвуде» ей было всего одиннадцать или двенадцать, и жила она в другой части лагеря. Лара видела эту девочку всего только раз. Издалека. Когда к той пришли из полиции и сообщили, что ее родители и младшая сестра погибли, все ребята собрались у ворот, чтобы поглазеть на это.

Наверное, Ведущая действительно обвиняла Лару. Наверное, она и вправду хотела отомстить.

Плечи у Лары опустились. Клэр Фаррадей заслужила свою месть. Заслужила отомстить им всем.

Что бы ни ждало ее впереди, Лара заслужила это. У нее были годы, чтобы двигаться дальше, годы, чтобы примириться с прошлым, годы и годы, чтобы что-то сделать, что-то сказать, что-то почувствовать. Чтобы все исправить для Шейн, наказать Линдси. Она ничего не сделала.

Ее охватил озноб. Она ничего не сделала, она была никем и ничего не могла ожидать взамен от Клэр Фаррадей.

Лара вздрогнула от неожиданности, когда дверной замок щелкнул и красный огонек сменился зеленым. Она нерешительно потянула за ручку, и… дверь открылась. Лара на миг замерла, стоя в дверном проеме и оглядывая просторный холл. Она не выходила из квартиры уже три недели. Похоже, теперь уже можно сбежать отсюда. Но только вот куда? Куда бы она ни пошла, та юная Лара Ларк все равно будет там.

Лара вышла в коридор.

Насколько она помнила, все в холле было белым. Стены. Полы, выложенные мраморной плиткой. Всё без исключения. Но сейчас все тут было залито густо-красным светом. Словно кровь, вытекающая из недожаренного стейка. Когда она приехала сюда на съемки, эти стены были пустыми. Теперь они были покрыты фотообоями с изображением леса.

Лара так и вертела головой из стороны в сторону, обозревая эту сцену. Колени у нее дрожали, воздух не шел в легкие. Она не могла дышать. Не могла думать. Не могла действовать. Не могла кричать.

Помимо того, что кто-то оклеил стены холла изображениями леса в Беркшире, вдоль стен выстроились недопитые бутылки с ромом, водкой и джином.

Лара опять оказалась там.

В лагере «Уайлдвуд».

Как в ночном кошмаре.

Хлопнув себя по бедрам, она заставила свои ноги слушаться и бросилась бежать в противоположный конец холла. К лифту. Стала лихорадочно тыкать в кнопку «вниз», снова и снова.

Щелк-щелк-щелк-щелк!

Механический голос произнес: «Лифт заблокирован. Пожалуйста, приложите вашу ключ-карту к сенсорной панели».

Щелк-щелк-щелк-щелк!

«Пожалуйста, приложите вашу ключ-карту к сенсорной панели».

Щелк-щелк-щелк-щелк!

«Пожалуйста, приложите вашу… Пожалуйста, приложите вашу… Пожалуйста, приложите вашу… Пожалуйста, приложите вашу… Пожалуйста, приложите вашу… Пожалуйста, приложите вашу… Пожалуйста, приложите вашу…»

– Нет! – наконец сумела выдавить