Ведьма из Кингспорта - Рональд Малфи

– Я продал одну лягушку какому-то жуткому парню, который ошивался возле придорожного магазинчика. Он заплатил за нее аж пять баксов. И это при том, что они тут повсюду и их можно поймать бесплатно! Но у меня от них бородавки. Приходится соскабливать их перочинным ножом… – Мич покачал головой, а затем посмотрел на израненные, испачканные кровью ладони. – Ну ладно, у меня еще много работы. Не хочу опять выслушивать от старой карги о том, какой я лентяй.

Я кивнул, но ничего не сказал. Когда он поднял на меня глаза и улыбнулся, я выдавил из себя ответную улыбку, хотя мне вдруг стало противно и неуютно.

– Просто будь осторожен, Энди. Хорошо?

– Конечно, Мич.

А потом я убрался оттуда так быстро, как только мог.

* * *

Несколько раз я приходил к Тиг, когда знал, что она дома одна. Я подходил к задней двери, стучал и ждал, пока она откроет. Однажды я даже услышал ее шаги по ту сторону двери и уже открыл рот, чтобы позвать ее, но в последнюю секунду передумал. Я был абсолютно уверен: она знает, что я тут, и открыла бы дверь, если бы хотела меня видеть. Поэтому каждый раз я уходил, опустив голову, и торопливо переходил дорогу, чтобы никто меня не видел. А дальше по лесной тропинке возвращался в свой район.

* * *

Поговорить с Дейлом я не пытался и даже не ходил к нему домой. Наша встреча грозила быть крайне неловкой, ведь это именно он зажег ту римскую свечу и запустил ее в Роберта Грейвса. Да, это был несчастный случай, но, если бы не Дейл, трагедии бы не случилось. И хотя мы все сбежали с места преступления, я ненавидел его куда больше, чем остальных, – за все, на что он нас обрек.

Но Кингспорт – город маленький, и вечно избегать Дейла я не мог.

Как-то раз, когда я стоял у придорожного магазина, заправляя канистру бензина для газонокосилки, я увидел его, идущего по обочине шоссе с сигаретой во рту. Он опустил голову, длинные волосы закрывали его лицо. Я закрутил крышку на канистре, положил ее в корзину велосипеда и подбежал к нему. Похоже, мое внезапное появление его порядком испугало, потому что он отшатнулся, когда на тротуаре рядом с его тенью появилась вторая.

Я прикурил сигарету, посмотрев на него:

– Эй, чувак. Ты в порядке?

– В смысле?

Я пожал плечами.

– Несколько дней тебя не видел. Думал заскочить к тебе. Но… Сам знаешь…

Я не стал продолжать. Конечно же, я не собирался его навещать. Мне и смотреть на Дейла было неприятно: в голове сразу всплывали воспоминания о той ночи. Как он запускает в воздух огненные шары, как один из них отталкивается от дороги, пробивая дыру в Роберте Грейвсе, а тот отшатывается назад и падает с обрыва.

– Думаю, я не нашел подходящих слов.

– Подходящих? Для чего?

Он не смотрел на меня; вместо этого продолжал идти с опущенной головой, вроде как изучая наши тени на земле перед нами. На его щеках виднелись следы прыщей – маленькие впадинки, которые летом всегда краснели; сейчас на каждой блестели капельки пота. Пока я разглядывал его профиль, он снова затянулся сигаретой.

– Я имею в виду, – я сглотнул, – после всего, что произошло.

– А что произошло? Я не в курсе.

Он что, издевался? Или его мозг заблокировал травмирующие воспоминания о той ночи? Я не верил в подобные вещи, но с другой стороны, я не разбирался в психологии. Я был шестнадцатилетним подростком, который до смерти боялся попасть в тюрьму. Что, черт возьми, я мог знать?

– Роберт… – Когда я произнес это слово – это имя, – оно застыло у меня на языке. – Полиция считает, что он погиб не сразу. Вскрытие показало, что он задохнулся. А значит, Тиг была права. Он был еще жив, когда упал. Мы могли его…

Дейл крутанулся на месте и вцепился в мою рубашку обеими руками. Сигарета выпала из его рта, и он приблизил свое лицо к моему – так, что наши носы почти соприкоснулись.

– Это был несчастный случай! – Дейл стиснул зубы, и его слюна брызнула мне в лицо. Он продолжал тянуть меня за рубашку, пальцы впивались мне в грудь. – Ты понимаешь? Это был, сука, несчастный случай! Даже чертова полиция сказала, что это был несчастный случай…

И тут он отпустил меня, толкнув назад с такой силой, что я чуть не свалился на обочину.

– Не пытайся убедить меня в чем-то, чего точно не было! – Он остановился и насупился с таким видом, будто хотел сказать что-то еще – может быть, даже ударить меня или что-то подобное, – но у него не хватило духу на это решиться. В конце концов он просто обошел меня и продолжил идти в сторону города, снова опустив голову, с пятнами пота на футболке.

У меня промелькнула мысль: «Почему он идет пешком? Что-то случилось с его пикапом?»

* * *

Я постоянно просыпался посреди ночи от кошмара, в котором тонул; подскакивал в постели, чувствуя тяжесть в легких и соленый рыбный привкус во рту. В голове без остановки звучал голос Мича: «Последнее время я просыпаюсь посреди ночи, чувствуя, что легкие заполнены водой и я не могу дышать».

И мне все время мерещился Роберт Грейвс, стоящий на краю Риббон-роуд и указывающий на каждого из нас: один… два… три… четыре… пять…

* * *

Спустя несколько дней я сидел на дереве и ждал, пока родители Тиг уйдут в «Причальную крысу». Дождавшись, поспешил к задней двери и осторожно постучал, а потом с нарастающим нетерпением затаил дыхание. Откроет ли она мне дверь? Или опять проигнорирует? Я не знал. Но прошло слишком много времени, и я должен был увидеть ее.

– Антигона! Ну же, открой дверь.

В конце концов она медленным шагом подошла к двери и приоткрыла ее; мне была видна только половина ее лица.

– Чего тебе?

– Я просто хотел тебя увидеть.

– Ну вот, увидел.

– Не сказал бы.

Она еще немного приоткрыла дверь, показав свое лицо целиком. Ее правая склера была покрыта пятном темно-красной крови. Я в ужасе сделал шаг назад.

– Что с твоим глазом?

– Не знаю. Проснулась и обнаружила, что он покраснел.

– Болит?

– Чуть-чуть жжет.

– Я просто… Мы давно не виделись… – Я переминался с ноги на ногу. – Хотел убедиться, что ты, ну… в порядке.

– А ты?