В поисках Сары - Дэниел Сверен-Бекер

Когда Сара пропала, я был в ужасе. Я сделал бы что угодно, чтобы помочь найти ее. Затем началось шоу Кейси. Я думал, как же это круто, что я типа как действующее лицо.

Я знаю, что все остальные, у кого брали интервью, были ее настоящими друзьями, а меня позвали только потому, что я жил неподалеку, но все равно это было здорово. Впервые люди завидовали мне.

Как только шоу вышло в эфир и моего отца упомянули в конце первого эпизода, оно вторглось в мою жизнь и захватило ее. Я видел реакцию зрителей в «Твиттере». Люди постили мемы в «Инстаграме» с моим отцом в роли серийного убийцы. В конце концов я заглянул на страницу в «Реддит». И начал публиковать сообщения, пытаясь защитить отца. Там же люди писали всякую чушь о Саре, и я защищал и ее тоже. Какой-то другой пользователь начал лайкать все мои комменты. Мы начали отвечать друг другу. Я не знал, кто это, но думал, что это девушка примерно моего возраста. Со мной раньше никогда не флиртовали. Я имею в виду, может, это даже не был флирт, но я чувствовал связь с этим человеком. Мы отправили друг другу сотни сообщений. Сейчас это звучит смешно, но клянусь, тогда я так думал: кто бы это ни был, она напоминает мне Сару. Если честно, я бы сказал, что почти влюбился в нее.

А потом она засмеялась. ЛОЛ. 101.

Это был такой взрыв эмоций! Я почувствовал себя счастливчиком… А как же, ведь моя тайная интернет-подружка – это Сара Парселл! И я рассмешил ее! Моя мечта сбылась. Сара была жива, и я ей нравился!

Но уже в следующую минуту до меня стало доходить, что все это на самом деле значит. Если InThePines22 и вправду Сара – а я был почти уверен в этом, – то это ведь кошмар! Я не знал всех деталей, но довольно ясно видел общую картину. Если Сара в состоянии постить на «Реддит» целый день, значит, ее не похищали. Все это фальшивка. И Сара участвует в этом обмане. Она выставила моего отца сексуальным маньяком. Из-за нее раскрыли его секрет, из-за нее он потерял работу, стал затворником. Это она сломала ему жизнь.

И, наконец, как вишенка на торте, единственный человек, которому я хотел рассказать обо всем… мой новый френд… та, которая, как я думал, мне действительно нравится, та, с кем я мечтал когда-нибудь встретиться. Ее у меня тоже отняли. Каким-то образом ей удалось испортить те первые отношения, которые действительно вызвали у меня чувства. В общем, я был в ярости.

У меня не заняло много времени, чтобы отследить IP-адрес, с которого постила Сара. Можно купить программный патч в интернете, зайти в «Реддит», взять часть доступных метаданных и провести обратный инжиниринг. Все это привело к модему, зарегистрированному на почтовый адрес – лагерь бойскаутов Тимбер-Ридж. Я посмотрел. Час езды. Взял отцовскую машину и поехал туда в субботу. Машину оставил у ворот, вошел в лагерь. Найти ее домик не составило труда. Да и искать не пришлось – она сидела снаружи на раскладном стуле и читала книгу. Увидев меня, вскочила, а потом, наверное, узнала. Спросила: «Какого черта ты здесь делаешь?»

Я спросил, что она здесь делает.

Она сказала, что это не мое дело.

Я рассказал ей о том, что случилось с моим отцом. Как ко мне относятся в школе. Как в коридоре хватали мой рюкзак, вытряхивали из него все на пол, проверяя, нет ли в нем частей ее тела. Я спросил, знает ли она об этом. Разве это не мое дело?

Сара подошла к двери домика и сказала, что мне лучше уйти. Потом юркнула внутрь и попыталась закрыть дверь, но я ей не дал. Она попыталась оттолкнуть меня, но я все равно вломился. Она спросила, чего я хочу.

Я огляделся. Она определенно там жила. Компьютер был, наверное, в каком-то другом месте. Все это время она тут валялась на койке, бездельничала, ела снеки. Пока все остальные искали ее. Жертвовали деньги. Из-за нее жизнь нашей семьи перевернулась с ног на голову. А она приятно устроилась в Тимбер-Ридж, читала и грелась на солнышке… Я надеялся, что есть объяснение, которое я не учел. Но нет. Из всех вариантов, которые можно было представить, этот был худший.

Я попросил ее объяснить, что и как. Надеялся, что она скажет что-то такое, назовет причину, из-за которой я смогу не ненавидеть ее. Но чем больше она пыталась оправдаться, приуменьшить значение произошедшего, тем сильнее я злился. Я видел только эгоизм. Жадность. Пренебрежение к другим.

Я сказал ей, что все кончено. Что я звоню копам.

Она закричала, чтобы я остановился. Сказала, что я испорчу ей жизнь, что она и ее родители попадут в тюрьму. Я сказал ей, что она уже испортила мою, и достал свой телефон. Она попыталась выхватить его. Мы завозились и оба упали. Она оказалась сверху. Кричала мне в лицо: «Не поступай со мной так! Зачем ты сюда приехал?» Я поверить не мог, что она выставляет меня плохим парнем. Это же я ее защищал! Раз за разом! А она растоптала меня и мою семью!

Я вывернулся, оказался сверху и выхватил свой телефон. Она била меня. Кричала на меня. Я попытался прижать ее руки. Она не останавливалась. Продолжала нападать на меня. Что было дальше, не помню. Позже мне показали фотографии. Похоже, я задушил ее. Но я честно ничего не помню. Мой адвокат назвал это травматической диссоциацией. Когда я пришел в себя, то обнаружил, что лежу рядом с ней. Сара не шевелилась. Она была мертва.

Я выбежал из домика и уже не оглядывался. Сел в машину, поехал. Меня вырвало прямо на руль. Дома вымыл машину и попытался сделать вид, что ничего не произошло. Жил как обычно. Пока меня не пригласили на последнее интервью с Кейси. Она все просчитала, и я понял, что попался.

Мне жаль, что так вышло. Я не ехал туда с намерением убить Сару. Я не помню, как это произошло. Даже после всего плохого, что сделала Сара, она не заслуживала смерти. Но я также понимаю, почему сделал то, что сделал. Та ярость, которая пробудилась во мне в тот день… Я до сих пор ее чувствую.

Молли Лоу (профессор социологии): Некоторые люди объясняют любое насилие против женщин тем, что вот парня в средней школе никто не целовал.