Разящие огни грехов - Гера Фотич

Косых, печально шмыгнул носом, пожал плечами, – а за Алексея ещё и должны вам останутся, на всю вашу жизнь. Так что не волнуйтесь по этому вопросу, Ольга Матвеевна. Все мы вам должны матерям нашим. Надо только чеки сохранить за расходы, я их потом в военкомат отнесу, обещали оплатить.

На веранду вышла Соня, улыбнулась Павлу Ивановичу, поздоровалась. Увидев заплаканное лицо Ольги, подошла и обняла за плечи, хотела что-то сказать, но не нашлась, положила голову ей на плечо, села рядом.

Елена продолжала самозабвенно молиться, никого не замечая.

Фома вышел на веранду, с удивлённой растерянностью оглядел присутствующих. Не здороваясь, подошёл к бабушке Ольге, взял за руку:

– А мне Лёшик приснился с дедушкой, они помирились и радовались утреннему солнцу.

Ольга улыбнулась, погладила внука по волосам:

– Конечно, помирятся, там люди друг друга любят, нечего на небесах делить кроме ласки божественной и тепла, всем поровну достаётся, – легонько встрепенулась. – А ты что же завтрак сегодня проспал с мамой! Давай садись за стол, обедать все вместе будем, новых сил набираться!

Соня поднялась:

– Давайте я помогу накрывать! – пошла на кухню, сняла суп с конфорки и принесла на веранду, поставила кастрюлю на деревянную круглую доску с орнаментом.

К ней присоединилась Ольга, а за ней стала хлопотать и Елена.

– Что-то мы поиздержались, – всплеснула руками хозяйка, – макароны закончилась, молока нет, творога, нужно и сосиски прикупить – Фома их очень любит. Сейчас поедим, а к ужину – всё! Надо в магазин ехать. – Она смущённо посмотрела на Павла Ивановича.

– Я на велосипеде прокачусь с Гордеем! – предложил Фома. – Ему тоже надо, наверно, в магазин. Только список составьте!

– Что б я без тебя делала, миленький! – обрадовалась Ольга. – Ты теперь мой главный помощник! Сейчас напишу.

Глава 35

Нежданная встреча

– Тебе сколько мать дала на мороженое? – спросил Гордей, когда Фома появился на велосипеде с пустым полиэтиленовым мешком на руле.

– Как обычно, пятьсот!

– А… – с завистью в голосе произнёс приятель. – Мне больше ста не даёт. Сейчас колёса подкачаю, и поедем.

Мать Гордея вышла из дома, в знак приветствия помахала Фоме ладошкой, передала сыну записку:

– Не забудь читать сроки годности продуктов, а то привезёшь как в прошлый раз старое молоко – будешь простоквашу кушать.

– Ладно, – буркнул Гордей, забирая одной рукой записку и деньги, запихнул в карман, продолжил работать насосом.

Фома наблюдал, как грубо шевелился комбинезон при каждом движении приятеля, усмехнулся, подумал, что тот точно попал в моду. В интернете вся молодёжь теперь ходила, точно пугало, в одежде большего размера и широких штанах, закрывающих обувь. Рабочая одежда Толика на Гордее как раз была в тренде.

Он слез с велосипеда, потрогал шины своего коня, решил, что сойдут.

Через несколько минут, закрутив колпачки на ниппелях, Гордей одел небольшой рюкзак и тоже вскочил на велосипед, крикнул:

– Погнали!

В открытую Фома соревноваться с приятелем опасался. Тот был гораздо сильнее, и велосипед теперь под ним был Толика с тремя передними передачами и пятью задними. Но изредка, когда Гордей расслаблялся и ехал с разговорами на самой низкой скорости, Фома вставал на педали и давил что есть мочи, оставляя друга далеко позади, радостно смеялся: «Догоняй, я первый!»

Гордей начинал переключаться, от волнения путая наборы скоростей, шестерёнки беспорядочно щёлкали, цепь перескакивала с одних зубцов на другие, велосипед непослушно дёргался, не понимая хозяина. Наконец всё настраивалось в лад, и через минуту друзья уже снова ехали рядом. Но сладостный миг короткой победы успевал наполнить сердце Фомы наслаждением, оставлял в душе след доброй надежды когда-нибудь обогнать Гордея по-настоящему.

В этот раз мальчики ехали ровно. До Выры было километров десять, но ровный асфальт дороги не вызывал трудностей. В будний день машин было мало и можно было не опасаться гонщиков на квадроциклах и байках, вылетающих на перекрёстки с просёлочных дорог.

– Ну как там ваши похороны? – поинтересовался Гордей.

– Адвокат занимается, – нехотя отозвался Фома, – сказали, что дедушку и Лёшика будут хоронить одновременно. – Неожиданно он вспомнил свой сон и пересказал его приятелю.

Гордей стал серьёзным, покачал головой:

– Мне кажется, это плохо, когда тебе покойники снятся! Хорошо, что тебя с собой не забрали. Тогда точно болезнь или травма.

– А мне бабушка говорила, что мертвецы сняться к перемене погоды.

Гордей покрутил головой, глядя вокруг:

– Что-то не вижу перемен. Как было вчера солнце, так и сегодня греет без перерыва!

– Ещё целый день впереди, – оправдывался Фома.

Неожиданно из-за поворота появился встречный велосипедист. Он тоже ехал не торопясь по той же стороне, где и мальчики. Через несколько секунд мужчина в спортивном костюме приблизился.

– Попов! – с опаской предупредил Гордей.

– Дмитрий Львович, – настороженно согласился Фома. Душу наполнило неприятное предчувствие.

– Привет, парни! – крикнул тот, останавливая велосипед и ставя одну ногу на землю. – Тоже в магазин? Родителям помогаете?

Мальчики молча кивнули в ответ.

– Молодцы! – похвалил Попов. В голосе его звучала весёлая беззаботность, отчего ребята повеселели и стали улыбаться.

– А я вот затарился на несколько дней! – Попов кивнул назад, пошатав велосипед. Наполненный чёрный мешок на багажнике, прижатый металлической дужкой, несколько раз тихонько звякнул.

– Вам хорошо, – позавидовал Гордей, – багажник есть! А мне приходится на руле возить! Сильно не разгонишься!

Попов пожал плечами:

– Это не мой! Велик к домику прилагается, который я снимаю.

– У каждого дома есть велосипед, чтобы ездить в город! – пояснил Фома. – Но некоторые уже разломаны – чинить надо.

– Зачем его ломать? – удивился Попов. – Надо просто аккуратно ездить и всё! Я уже несколько раз ездил продуктов купить или так, посмотреть что-нибудь. Пока ничего не сломал! Заходите в гости! Лимонадом угощу или чем покрепче!

– Мы не пьём! – улыбнулся Гордей.

– Ну, тогда шашлык сделаем. Умеете шашлык делать? Могу научить.

– Лёшик умел вкусно его готовить, – грустно отозвался Фома.

– А почему умел? Сейчас разучился?

– Я вам говорил. Алексей добровольцем был на фронте, погиб.

– А, ну да! – кивнул Попов.

– На днях похороны будут вместе с дедушкой.

– Одновременно с твоим дедом?

– Ну да. – Фома погрустнел.

Попов тоже сделал сочувствующее лицо.

– Нелегко своих близких хоронить! А когда их двое – в несколько раз тяжелее! Но что поделаешь – война! Наверно, геройски погиб? Салют будет на всю деревню. А кладбище у вас далеко?

– Не… – встрял Гордей. – Погост за моим домом, в гору подняться – там всех хоронят.

– Ясно, – кивнул Попов, – ну, так заходите, я пока угли поставлю.

– Меня на обед ждут, не могу, – отказался Фома, посмотрел на Гордея. Заметил, как тот сощурил взгляд, в глазах мелькнула озорная идея:

– А я