Тайна трех зеркал - Анна Александровна Завгородняя

– Не смейте!

Я попыталась отнять кошку и получила царапину на коже. Милош покачал головой и вернул Тамару на сиденье, затем посмотрел на меня.

– Какой грубиян! – прошипела Тома.

– Ничего личного, – быстро ответил куратор. – На вас была следилка, госпожа кошка. И я ее только что уничтожил.

– Что? – вытаращила глаза Тома.

– Следилка? – ахнула я.

– А теперь, госпожа Тамара, расскажите-ка нам с Елизаветой Павловной подробнее о ваших злоключениях, – спокойно предложил куратор. – Что-то подсказывает мне, что это будет довольно интересная история, – добавил он и, откинувшись на спинку сиденья, сложил руки на груди.

Тома нервно переставила лапы и, вздохнув умильно, по-кошачьи, кивнула.

– Хорошо… Все началось с того, что я покинула дом Вяземских и решила осуществить вылазку в дом князя Петра, – начала она.

Рассказ длился довольно долго. К этому времени мы успели вернуться к моему дому. Платон миновал ворота и остановил экипаж перед особняком, а мы все еще сидели в салоне и слушали о похождениях Томы.

Ее немного озадачило, что новость о втором зеркале, которое она обнаружила в подвале дома графини, нас с Милошем несильно удивила. Кошка даже немного обиделась, она-то явно полагала, что откроет нам великую тайну. Я сказала ей:

– Мы уже знаем о зеркалах. Более того, их не два, а целых три.

Я покосилась на Милоша, вдруг засомневавшись, правильно ли сделала, открыв такую информацию Томе. Но куратор никак не отреагировал на мою излишнюю откровенность. Он лишь добавил:

– И теперь мы знаем, что у Явлонской нет третьего зеркала. Хотя, будь все иначе, это упростило бы нам поиски. – Он посмотрел на меня и произнес: – Пора прощаться.

– Я велю Платону отвезти вас домой, – тихо предложила я.

– Нет. Благодарю покорно, но я прогуляюсь. Уже совсем темно, и мне надо кое-что проверить, – загадочно ответил мужчина. – Вы же, княжна, ступайте домой и обязательно выпейте чаю и съешьте что-нибудь сладкое. Помните, вам это необходимо каждый раз, когда вы тратите силу.

Я кивнула, и Горич, открыв дверцу, выпустил первой кошку, затем выбрался сам и подал мне руку. Его прикосновение заставило мое сердце дрогнуть. Я посмотрела в лицо куратору и отчего-то улыбнулась. Видимо, улыбка немного отличалась от прежней, потому что Милош вопросительно изогнул бровь. Но я лишь сказала:

– До встречи, господин Горич!

Он задержал мою руку в своей на несколько долгих секунд, при этом неотрывно глядя мне в глаза. Затем, будто опомнившись, отпустил и с поклоном ответил:

– До завтра, Вяземская.

После чего, развернувшись, направился прочь от дома. А я, удержавшись, чтобы не проводить его взглядом, поспешила по ступеням наверх, туда, где у дверей меня ждала Тамара, к моей радости, целая и невредимая.

Для себя же я решила, что сегодня же поговорю с ней и объясню, что незачем рисковать собой. И скажу, чтобы она больше не совершала таких глупых и необдуманных поступков.

* * *

Немногим ранее, еще до короткого путешествия в крепость, Милош разузнал, во сколько заканчивается смена на заводе, где работал Иван.

Да, Лехно пообещал, что за Самойловым присмотрят. Он даже сказал, что приставил к новоиспеченному магу жизни незаметного охранника. Но Милошу было не по себе. Он будто предчувствовал беду. Совесть или что-то иное не позволила ему сегодня отправиться домой, и ноги сами понесли джарганца в квартал, где располагаются промышленные объекты столицы.

Ступая по мощеной мостовой, погруженной в цвета пробуждающейся ночи, маг думал о том, что вряд ли большинство господ, проживающих в этом городе, знают о существовании здесь подобных мест. Мир аристократов казался Горичу другим. Они сами казались другими. Люди, которые прозябают в бездействии и живут лишь за счет своих земельных владений и оборота денег в банке… В Джаргане подобному мало места. И работать не считается зазорным ни князю, ни даже королю.

Мысли горца сменили направление. Оказавшись у реки и миновав мост на другую сторону, он вспомнил о Елизавете, и губы мага тронула невольная улыбка. Вяземская… Елизавета Павловна… Лиза… Он не заметил, как произнес ее имя шепотом, ощутив, как кровь побежала быстрее по венам, наполняя тело непривычной легкостью. Мысли о практикантке отвлекали джарганца, но он не мог не думать о ней.

Она не похожа ни на кого из тех леди, которых он встречал в столице Атрона. В ней нет чопорности, надменности. Она не смотрит на простых людей свысока и не считает себя лучше, хотя является таковой. Милош на миг остановился и уставился себе под ноги, вдруг осознавая и принимая тот факт, что девчонка ему нравится. Да, сейчас он мог себе в этом признаться, как и мог назвать княжну девчонкой. В Джаргане ее бы величали не иначе как леди, не просто женщиной из высшего сословия, а женщиной, которая стоит того, чтобы за нее бороться.

Она умна. Да, ей, конечно, не хватает опыта, но откуда взяться опыту без практики?

И все же, положа руку на сердце, даже признавая полезность девушки в расследовании этого непонятного и опасного дела, Милош все же предпочел бы, чтобы Лехно отстранил Вяземскую. Они бы справились и без нее. Но все оказалось куда запутаннее. И Елизавета была замешана в этом деле даже до того, как пришла в отдел, чтобы приступить к прохождению практики.

Милош еще сам не мог понять, каким образом связаны графиня, покойный дядюшка Лизы, зеркала, которых оказалось целых три, и убийца, пьющий души магов жизни. Пока ребус не складывался. Картина происходящего была размазана. Горич понимал, что, отыщи они все зеркала, тайна приоткроется, но пока они знали только, где находятся два из трех. У него была даже сумасшедшая мысль поговорить начистоту с Явлонской. Но он отмел эту идею, понимая, что если графиня и есть убийца, то он тем самым подставит весь отдел и всех, кто участвует в расследовании дела.

И все же…

Милош застыл. Он только сейчас заметил, что почти пришел к своей цели. За поворотом начинался промышленный квартал с его фабриками и заводами. Навстречу Горичу уже спешили усталые рабочие. На него почти не обращали внимания, но маг сам отступил в сторону, пропуская реку утомленных людей, которые торопились домой, переговариваясь и смеясь. «Река» начала мелеть, а Горич никак, сколько ни старался, не мог разглядеть в толпе Ивана.

Зато приметил на другом конце улицы одинокую фигуру в темном плаще, старательно прячущуюся в тени и