Король Гарлема - Саша Южный

Я перевел взгляд на пацана.

– Так ты, сопляк, сестренкой торгуешь?!

Негритенок закивал, радостно заулыбался и потянул меня к окну. Я подумал, что лучшего укрытия, чем комната проститутки, не придумать, и шагнул вслед за ним.

Когда мы приблизились к окну, девчонка повернулась ко мне попкой, которая оказалась куда более зрелой, чем ее обладательница и, резко нагнувшись, выставила на обозрение то, что находилось ниже лобка, поросшего короткой шерстью. Номер был не для слабонервных и я, здоровый молодой жеребец, почувствовал это всем своим мужским естеством.

Главное – не сломаться! – сказал я сам себе и перешагнул через подоконник в комнату, где кроме стула и матраса ничего не было.

Я присел на стул лицом к окну, чтобы не выпускать из вида дом, в который зашел брат Джузел. Мальчишка опять стал что-то говорить, делая знаки руками. Было похоже на то, что он требовал плату. Мне пришлось залезть в карман и достать наугад купюру. Она оказалась двадцатидолларовой.

У мальчишки вспыхнули глаза, и я понял, что эта сумма превзошла все его ожидания. Он показал ее сестре, и та, одним движением оставив меня без рубашки, прижалась ко мне маленькими острыми грудями. Видимо, я перестал контролировать ситуацию, поскольку ее узкая шоколадная ладошка неожиданно оказалась в моих штанах и, нашарив то, что ей было нужно, ловко выудила это оттуда. А через мгновение я почувствовал, что процедура отдачи любви началась. Я продолжал сидеть на стуле, а девчонка – на мне. Она слегка откинулась назад и уперлась руками в мои колени. Ее бедра ходили взад-вперед.

Когда дверь дома, в который заходил брат Джузел, открылась, я попытался освободиться от девчонки, но это оказалось не так просто. Она впилась в меня как клещ, еще быстрей заработала бедрами и выпустила меня лишь тогда, когда почувствовала, что я удовлетворен. К этому времени худой, наголо стриженый негр, который вышел из дверей с двумя канистрами в руках, уже скрылся из вида.

Я выпрыгнул из окна, держа рубашку в зубах и на ходу застегивая брюки.

Негр направлялся к реке. На меня он не обращал ни малейшего внимания и спокойно дошел до деревянного причала, установленного на сваях, где на привязи болтались с десяток больших лодок и пара катеров. Один из них оказался его. Он опустил канистры на борт посудины, затем спрыгнул туда сам и скрылся в надстройке. До меня донесся какой-то металлический звук, а через некоторое время заработал двигатель. Трубы выплюнула облако черного дыма.

Я стоял рядом, смотрел, как ветер медленно относит этот дым на середину реки, и прикидывал, что же делать. Поломать катер? Это не выход. Они найдут другой. Вон сколько лодок болтается на привязи без дела, и каждый их владелец имеет хроническое желание подзаработать.

Раздумывал я не больше минуты, а потом развернулся и побежал обратно. Остановившись у дома, в котором остался Джузел, я припал ухом к дверям и прислушался.

За ними не раздавалось ни звука. В следующий момент мой глаз уловил какое-то движение на другой стороне улицы. Я повернул голову и увидел негритенка-сутенера. Он маячил в своем окне вместе с сестрой и подавал мне знаки. Его палец указывал на верх дома, возле которого я стоял, а голова отрицательно моталась из стороны в сторону. Затем негритенок неожиданно скрылся в глубине комнаты, словно его что-то испугало.

Я насторожился и, секунду поколебавшись, толкнул дверь. Перед глазами стояла темнота. После яркого солнца мои глаза не видели ничего. Я шагнул вперед, и нога уперлась в порог. Через некоторое время перед глазами стали проступать очертания узкого помещения, в котором были три двери. Одна из них вела в правое крыло дома, другая – в левое, а средняя, видимо, наверх. Я вспомнил, куда указывал палец негритенка, достал нож, открыл среднюю дверь и осторожно стал подниматься по ступеням, круто уходящим вверх.

Наверху была площадка и еще одна дверь. Я прислушался – было тихо – и, резким движением открыв ее, бесшумно ворвался внутрь. Мой расчет на внезапность не сработал. Брат Джузел оказался предусмотрительным человеком. Он стоял в дальнем углу большой пустой комнаты, недалеко от окна, и держал в руке пистолет, который был наведен на меня. Теперь я понял, что хотел жестами сказать мне негритенок. С той стороны улицы через окно ему была видна часть комнаты и, видимо, фигура Джузела с пистолетом, который, скорее всего, засек меня, когда я шел к дому и приготовился к встрече.

– Три шага вперед и лицом к стене, – скомандовал святой брат на плохом английском.

Я сделал три шага вперед, но лицом к стенке не встал.

– Нам будет неудобно беседовать! – объяснил я это Джузелу.

Он усмехнулся и спросил:

– О чем нам беседовать, янки?

– Об отце Абенклере, например, или о живописи.

– О живописи? – Джузел опять усмехнулся и повторил: – Лицом к стене!

Когда я выполнил команду, он приказал:

– А сейчас повернись лицом ко мне, – теперь его голос звучал совсем рядом.

Едва я повернулся, как получил удар ногой в лицо. Джузел целил в подбородок, но мне удалось вовремя убрать его, удар пришелся в щеку и отбросил меня к стене. Чтобы не огорчать святого брата, я сполз по ней на пол.

– Вставай, янки! – скомандовал он.

Я открыл глаза и потряс головой.

– Вставай! – опять потребовал Джузел.

Едва я это сделал, как он подсечкой снова свалил меня на пол. Пистолет по-прежнему был у него в руке.

Потом последовал удар в живот. Мышцы пресса выдержали его, но я на всякий случай переломился в поясе и затих, сидя на корточках.

«Похоже, брат Джузел решил размяться», – мелькнуло у меня в голове. Но тут же пришла другая мысль, о том, что, скорее всего, он боится привлечь выстрелом ненужное внимание и собирается забить меня до смерти.

Его следующее движение я скорей предугадал, чем увидел, и успел соскользнуть с корточек на спину. Нога Джузела угодила носком ботинка мне в макушку, а целил он, без сомнения, в висок. Джузел сделал шаг влево, собираясь зайти сбоку, но я повернулся в его сторону и вяло выкинул вперед обе ноги. Джузел отпрянул назад. Я быстро поднялся и принял боксерскую стойку, не совсем правильную. Джузел заметил это и ухмыльнулся, продолжая держать пистолет в руке. «Этого типа на мякине не проведешь», – подумал я и неумело, перекрестным блоком отразил прямой удар ноги Джузела, потом присел, уходя