Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

все-таки подойдешь поближе и покажешь, что конкретно от меня требуется? – настаивала она. – Ковидом я тебя точно не заражу. Ни разу не покидала полуостров с тех пор, как переехала.

Оставалось надеяться, что так оно и есть. Конор встал рядом с новой знакомой и уловил нежный ванильный запах ее духов.

– Постарайтесь поднять правую руку как можно выше, когда будете замахиваться. Говорите себе «выше», пока не получится. А потом вам уже не придется об этом думать – сработает мышечная память.

– Вот и подними мне руку, – предложила она. – Я не понимаю, как правильно.

Просьба звучала странно. Раньше он позволял себе физический контакт только с самыми юными подопечными. Отойдя как можно дальше, Конор встал за спиной у женщины, обхватил ее запястье и описал рукой круг в воздухе. Повторив прием дважды, он отступил еще на несколько шагов.

– Теперь попробуйте сами.

– Еще, – потребовала она. – Пока не сработает «мышечная память».

Конор вернулся на место, но и она сделала пару шагов назад, так что теперь они стали чуть ближе друг к другу. Если бы в этот момент послышался хруст гальки на подъездной дорожке, он сразу отскочил бы подальше.

– Когда нужно сгибать колени? – спросила она, пока он помогал ей принять правильную позу.

– Пока замахиваетесь. А во время удара распрямите ноги.

– Вот так? – Она согнула колени, но вместо того, чтобы просто присесть, выпятила попу. Поскольку они были примерно одного роста, в этот момент ее юбка коснулась его паха. Конор отшатнулся, надеясь, что она ничего не заметила.

Они продолжили практиковать замах в тандеме. Примерно после десятого круга она снова его коснулась, на сей раз более ощутимо.

Еще через двадцать секунд – третье касание, по-прежнему довольно мягкое. Он даже не понял, чем именно она до него дотронулась – тканью юбки или телом. Интересно, сама-то она понимает, что происходит? Мысль, что ученица могла делать это осознанно, равно как и само прикосновение пробудили в нем то, что спало все последние месяцы, с тех самых пор, как начался карантин. Сработал первобытный инстинкт, которому не помешали ни разница в возрасте, ни нахождение в общественном месте, ни деловой характер их отношений. А может, все эти факторы только подлили масла в огонь?

Он был в боксерах и сетчатых шортах, значит, скрыть эрекцию не удастся.

– Кажется, получилось, – сказал Конор и резко отпустил ее руку, после чего вернулся на свою половину корта. Женщина молчала, пока он не занял прежнюю позицию на Т-образной линии в зоне подачи.

– Как считаешь, теперь-то я готова поработать с твоими мячиками? – спросила она.

На сей раз не было ни хитрой улыбки, ни подмигиваний – ничего, что могло бы намекнуть на двусмысленность фразы. Конор знал, как вежливо увильнуть от назойливых приставал в баре, однако никогда не сталкивался с таким агрессивным флиртом на корте. В теннисном клубе Верхнего Ист-Сайда он обучал только детей или мужчин и женщин, которые были или старше, или гораздо сдержаннее этой особы.

Он кивнул и послал ей мяч. Она отбила его чуть более уверенно, хотя ее «восьмерка» по-прежнему оставляла желать лучшего. Но Конор не хотел, чтобы ему опять предложили потренироваться в «ручном» режиме, а потому воздержался от замечаний. Зазвенел таймер у него на телефоне, сигнализируя об окончании встречи, и Конор из вежливости спросил, не хочет ли она позаниматься чуть подольше, учитывая, что тренировка началась позже.

– Не нужно. – Она принялась пить воду, наблюдая, как он собирает мячи.

– Вам необязательно ждать, пока я закончу, – сказал ей Конор.

– Я увлажняюсь. Воды много не бывает. – Она протянула ему бутылку. – Хочешь?

– Спасибо, у меня своя. – До сих пор ни один клиент не предлагал Конору попить из его бутылки, тем более в нынешнее время, когда правила гигиены считались незыблемыми.

Наконец Конор собрал все мячи. Интересно, как она планирует с ним расплатиться? У нее ведь даже телефона с собой нет.

– Итак, на сегодня все, – подытожил он. Говорить о деньгах с этой женщиной было еще опаснее, чем с другими клиентами.

Она запрокинула голову, допила воду одним глотком, прокатившимся по ее длинной шее, затем вытерла пальцы о мокрый подбородок и размазала последние капли по горлу и грудной клетке, оставив блестящий след, исчезающий в вырезе топа.

– Мне надо тебе заплатить, – наконец сказала она.

– Можно чеком или наличными. Или через венмо, если он у вас есть.

– Деньги дома. Заходи ко мне через час.

Конор предпочел бы получить оплату сразу, но после того, как ему задолжала Сюзанна, решил, что остаться ни с чем за целый день – это перебор.

– Хорошо, – согласился он. – Какой адрес?

– Дом на краю полуострова, – бросила она, удаляясь.

Трудно сказать, что потрясло его больше: то, что в огромном особняке жила именно она, или что кто-то в принципе обитал в недрах этого гигантского чудовища. Конор по-прежнему не знал имени своей новой ученицы, но фамилия у нее, видимо, была Ремсен.

* * *

Через час Конор ехал на край полуострова, радуясь, что в качестве компенсации за неудобство у него появился шанс хоть одним глазком взглянуть на интерьеры роскошного особняка. Оставив велосипед на подъездной дорожке, он нажал на кнопку звонка. Ответа не последовало. Тогда он подождал две минуты и повторил попытку.

– Обойди с торца, – проскрипел домофон женским голосом.

С востока путь преграждал высокий деревянный забор с запертой калиткой, поэтому Конор обогнул гараж и двинулся на запад, пока не дошел до задней части дома. Вдоль всего особняка тянулась длинная каменная терраса, на которой стояли кресла-качалки и деревянные шезлонги с пухлыми зелеными подушками. Между двумя стульями расположился столик, а на нем – поднос с бутылками джина и тоника в ведерке со льдом и двумя стаканами, похожими на бокалы для вина и украшенными дольками лайма. Очевидно, Ремсены готовились побаловать себя коктейлями. Может, хотя бы при муже эта женщина воздержится от неуместного флирта? В дальнем конце дома виднелся бассейн: вероятно, его и призван был заслонять забор. Перед Конором раскинулась лужайка, а дальше, там, где волны разбивались о булыжники, укрепляющие самый край полуострова – Конор мысленно окрестил его черепом, – простирался океан.

– Самое время выпить, – заявила хозяйка дома, выйдя через раздвижную стеклянную дверь. На ней было платье с цветочным узором и высоким разрезом, оголяющим ногу.

– Так это мне? – удивился он.

– Конор, – произнесла она таким тоном, словно читала лекцию нерадивому ученику, – когда приходишь в гости и видишь на столе два стакана для джина, нетрудно догадаться, что один из них предназначен тебе.

Видимо, Томас Ремсен отлучился по