Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

– Тут никого нет? – спросил Чарли, когда они оказались на заднем дворе и увидели, что в окнах не горит свет.

– Все на месте, – солгал Конор. – Но мне разрешили пользоваться бассейном поздно вечером при условии, что я не буду шуметь.

Девушки были в восторге от бассейна и вида на океан, блестевшего мазками лунного света. Они разделись в темноте.

Немного освежившись, компания, к радости Конора, устроилась на мелководье с бутылкой виски.

– А в каком доме остановился ты? – спросила Джорджия.

– Это не дом. Так, маленькая хижина для гостей. Отсюда довольно далеко, – пояснил Конор на случай, если Чарли взбредет в голову сменить локацию.

– А кому она принадлежит?

– Одному юристу.

– Юристы, – изрек Чарли, – самые отъявленные негодяи в мире. Однозначно.

– По-моему, он славный парень, – возразил Конор.

– Ставлю миллион баксов, что участок достался ему не поэтому.

– Нет, он получил дом по наследству. Как и большинство местных, его семья живет здесь уже несколько поколений…

– А я о чем. По-другому сюда не попасть. Только родиться. И семейка его наверняка не лучше, такие же подонки. Порядочному человеку таких деньжищ по-любому не видать. Бьюсь об заклад, что один из его предков кого-то надул или получил дом другим нелегальным способом. Ну или полулегальным.

– Полулегальным, – по-детски хихикнул Кайл.

– Или работал не покладая рук, – тихо проговорил Конор, удивившись, что встал на защиту «отцов-основателей» Каттерс-Нек.

– Начиная с земли, – продолжал Чарли, оставив его реплику без внимания, – собственность есть кража[108].

– Ты о чем? – спросил Кайл.

– О том, что… собственность есть кража, – повторил Чарли. – Эти люди, – он обвел пальцем круг над головой, – считают себя святошами, якобы потому что их предки не имели рабов. Но каждый клочок этой земли принадлежит им. Они отняли ее у индейцев, уничтожив целый народ. Чистый геноцид. Видел табличку «Жизни черных имеют значение»? Зуб даю, все они верят в эту хрень. Но только до тех пор, пока черные держатся от них подальше.

Конор не стал спорить: в чем-то он был согласен с Чарли, но прежде всего хотел поскорее от него избавиться.

– Если человек богат, это еще не делает его негодяем, – заметила Джорджия. – А то, что ты циничный расист, не значит, что все остальные тоже.

– Я не расист, – вяло возразил Чарли, но все же прикусил язык.

Обсудив позднее начало бейсбольного сезона и уровень игры стартовых питчеров «Ред сокс», Джорджия тихонько спросила Конора, нельзя ли ей посмотреть, где он живет. Но остальные, казалось, и не думали расходиться.

– Думаю, нам пора сваливать, – сказал Конор ребятам.

– Да брось. Все зашибись, – ответил Чарли.

– Мы ведь не хотим разбудить хозяев. Меня просили не купаться здесь после полуночи. Могут вызвать копов.

– Проснутся – тогда и свалим.

Конор не мог себе позволить присматривать за этими гопниками бог знает до которого часа, лишаясь последних сил, необходимых для утренней тренировки с Джоном и подготовки к экзамену. Сказать по правде, даже ночь с Джорджией его уже не прельщала, но он потратил на нее слишком много времени, чтобы упустить такой шанс.

– Я бы не рисковал, – заметил он. – Если кто-то из местных позвонит в полицию, копы мешкать не станут.

Надеясь, что предупреждение прозвучало достаточно угрожающе, он ушел вместе с Джорджией.

* * *

Обсохнув, насколько возможно, не имея под рукой полотенца, Конор вместе с новой знакомой шагал к дому, ведя велосипед за руль.

– Не сердись на Чарли, – сказала Джорджия. – Они с Эмбер встречались в старших классах. Он часто не ладит с незнакомыми парнями, но, если узнать его поближе, сразу видно, что он душка.

– Да уж, тонкая натура, – хмыкнул Конор.

Даже в темноте Джорджия прикрывала рот, когда смеялась. Конору эта застенчивая привычка казалась весьма привлекательной, как и мелодичный смех девушки. То, что началось как банальная интрижка в баре, за последние полчаса переросло, как ему казалось, в нечто большее. В отличие от обитателей Каттерса, Джорджия обладала притягательной простотой, приятной внешностью и острым умом. А еще могла запросто поставить на место грубияна вроде Чарли. Конору даже начинала нравиться ее фиолетовая челка. Не исключено, что они будут встречаться до самого конца лета.

– Ну хорошо. Может, он и не душка. Но очень верный друг, – сказала Джорджия. – Этот тип, с которым Эмбер… ладно, неважно.

– Что?

– В общем, Эмбер встречалась с одним кретином и забеременела. А тот отказался оплатить аборт. Чарли дал ей денег, потом пришел к этому чуваку домой и отметелил как следует.

– Да ну? – обронил Конор, все больше беспокоясь, что оставил Чарли без присмотра.

– Ага. Парень не стал обращаться в полицию, поскольку не хотел предавать огласке историю с абортом. Но готова поспорить, это кое-чему его научило. Кстати, если ты вдруг подумал, что я слепо защищаю друзей, то нет. Кайл – тот еще придурок. И не самый хороший человек.

Они дошли до обсаженной деревьями подъездной дорожки Джона.

– Охренеть! – воскликнула Джорджия. – Как в сказке. Тоннель, ведущий в лес. А окна в моей комнате выходят в переулок с мусорными баками и крысами.

– Да, тут мило, – согласился Конор.

– Повезло же тебе. Мне-то никогда не пожить в таком месте.

Конор все понимал: схожие чувства нахлынули на него всего несколько дней назад. Но ему стало неуютно оттого, что Джорджия произнесла это вслух, хотя никого, кроме них, здесь не было. В старших классах он как-то раз ходил с друзьями на бейсбольный матч с участием «Янкис». Они купили самые дешевые билеты, но к седьмому иннингу пробрались на сиденья, расположенные вдоль линии третьей базы. Его одноклассники все время хихикали. Им казалось, что будет забавно, если кому-нибудь в лоб прилетит мяч, выбитый в аут. Один только Конор оставался невозмутимым. Чутье подсказывало: вульгарное поведение не только могло привлечь внимание билетеров, но и выглядело… моветоном. Пусть тогда он и не знал значение этого слова.

Жаль, что Джорджия повела себя так же. Слишком бурная реакция омрачила его фантазии. Он-то размечтался, что будет встречаться с ней до конца лета. Да, у них определенно много общего: Конор тоже оказался в Каттерсе волею случая и больше никогда не сможет позволить себе такую роскошь. Но все же они слишком разные даже для летнего романа. Конор верил, что усердный труд поможет ему перебраться в мегаполис. А вот Джорджии это явно не светит: так и останется прозябать в своем родном городке или другом захолустье.

Конор предложил ей войти, пока парковал велосипед под козырьком.

– Дашь мне ключи? – попросила она.

– Здесь не принято