Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

– Покажи, как в прошлый раз, – потребовала Кэтрин. – Двигай моими руками.

Видимо, она все же станет приставать.

А может, Конор и сам этого хочет.

– Хорошо.

Техника бэкхенда требовала, чтобы он положил обе руки на ее предплечья. Он обхватил ее и показал, как бить, объясняя каждое движение. После того как они выполнили несколько синхронных замахов – на сей раз без лишних прикосновений, – он отпустил ее руки, сделал пару шагов назад и велел продолжать.

– Не забывайте вращать бедрами. – Конор показал, как именно, немного покрутив торсом. Кэтрин попыталась повторить, но недостаточно развернула корпус. – Сначала отведите их назад, как будто взводите курок. Это поможет набрать силу. А затем бросайтесь вперед.

– Боюсь, я ничего не пойму, если ты мне не покажешь, – пожаловалась Кэтрин, взяла его за руку и положила ее себе на бедро.

Прикосновение было таким дерзким и интимным, что у него кольнуло в яичках. Деликатно прижав ладонями юбку Кэтрин с обеих сторон, Конор несколько раз направил бедра ученицы в нужную сторону, а затем попросил выполнить удар с полузамаха, сделав паузу после замаха снизу. Когда она повторила прием трижды, Конор отступил на пару шагов.

– Продолжай, – велела Кэтрин. – Я еще не разобралась, что к чему.

Она попятилась, остановилась в паре сантиметров от Конора, покрутила бедрами и замахнулась. А когда, замедлив темп, развернулась, чтобы выполнить следующий замах, врезалась в него – и замерла. Лишь четыре тонких слоя одежды – боксеры, сетчатые шорты, юбка и белье – отделяли ее задницу от его члена.

– Правильно? – спросила она.

– Да, – тихо ответил Конор.

– А теперь вперед?

Он пытался не думать о происходящем, но все усилия были напрасны.

– Ага.

Кэтрин замахнулась, их тела разделились. Потом она развернулась для очередного замаха и врезалась в него еще сильнее. Замахиваясь снизу, она мягко потерлась о его промежность ягодицами, словно на танцполе. Вновь отстранилась, создав дистанцию, и тотчас прижалась снова. Каждый ее замах кончался столкновением, а каждая пауза – трением белья о шорты. Стимуляция была такой мощной, что на мгновение Конор даже забыл о стеснении.

Ему не верилось, что она заводит его открыто, на глазах у всех, кто в эту минуту решит искупаться. А может, ей самой нравится публичность?

Она вновь столкнулась с его эрегированным членом. Но в этот раз не отпрянула, а осталась на месте.

Несколько секунд – хотя Конору казалось, что прошли минуты, – ни один из них не шевелился. Впервые в жизни он был так возбужден и одновременно встревожен.

Она замахнулась, вырвалась из его слабой хватки и подалась вперед. Конор развернулся, чтобы скрыть от нее свою слишком непристойную тень.

– Кажется, получилось! – радостно объявила Кэтрин. – Можешь вернуться на свою половину корта.

И он удалился, повернувшись к ней спиной, после чего предложил:

– Давайте передохнем и попьем воды.

– Не хочу.

Тогда Конор нагнулся, притворяясь, что завязывает шнурки, а сам тем временем пытался ослабить эрекцию, призвав в помощь воспоминания о покойной бабушке. Но член ничего не хотел знать.

– Не тормози, – поторопила Кэтрин. – Время не ждет.

Стоит ему развернуться, и возбуждение уже не скрыть. Впрочем, Кэтрин и так все понимает. Что ж, если она так хочет, то и ладно.

Конор дошел до центральной линии корта и, встретившись глазами с Кэтрин, увидел, что она ухмыляется.

– Готов? – резко спросила она. – Все нормально?

– Да, – ответил Конор.

– Вот и хорошо, – сказала Кэтрин. – Очень хорошо.

* * *

Когда тренировка подошла к концу, Кэтрин снова сообщила Конору, что ее чековая книжка дома.

– Но онлайн-платежи – это очень удобно, – запротестовал он. – Я помогу вам их настроить. Заплатите позже.

– С телефона я такое не делаю, – отрезала Кэтрин, будто приложения тоже считались моветоном. – Встретимся на террасе через час. Там и получишь деньги.

Их маленькие шалости на корте выглядели не вполне безобидными, но, как ни парадоксально, Конору было проще сплестись с Кэтрин в этом сугубо физическом танго на глазах у всех, чем иметь дело с ее острым языком у нее дома.

– Можете рассчитаться после следующей тренировки, – предложил он.

– Я еще не решила, буду ли продолжать. Так что лучше заходи сегодня. – И она направилась к гольф-кару. Разговор был окончен.

Конечно, Конор мог попросту махнуть рукой на ее долг, но ему очень нужны были деньги, особенно после того, как он угостил новых знакомых в баре и оплатил такси Джорджии.

Конор принял душ, подъехал на велосипеде к дому Кэтрин и прошел на террасу, где его уже ждал поднос с джином, тоником и двумя бокалами. В этот раз он постарался сделать помягче оба коктейля, принялся за свой и попробовал проверить почту, но смартфон никак не мог поймать сигнал. Бокал был уже наполовину пуст, когда вышла Кэтрин, облаченная в очередное откровенное платье.

– Уже лучше, – сказала она, заметив, что он приготовил коктейль и для нее.

Конор протянул ей бокал:

– Ваше здоровье.

– Прошу, не надо. Так говорит только средний класс. Просто пей.

Прикончив коктейль, он вежливо, но твердо скажет ей, что должен вернуться к учебе, попросит чек и уйдет.

– Красивая здесь архитектура, – проговорил он, пытаясь придумать более утонченный комплимент, чем в прошлый раз.

– Ты хотел сказать – безвкусная, – скривилась Кэтрин. – Раньше здесь были леса. Мой бывший муж вырубил все деревья, сровнял с землей чудесный дом, принадлежавший его семье около восьмидесяти лет, и построил это… чудовище. – Она поморщилась, словно учуяв запах канализации. – Здесь есть даже кегельбан.

– А где ваш супруг сейчас?

– Думаю, в Хэмптонсе. Там у него еще более вычурный и современный дом. Полагаю, Том полностью управляет им с телефона. Просто обожает современные технологии. Главное, чтобы подороже. Очень по-американски.

– А разве он не делит с вами этот особняк?

– Нет, – ответила она. – Не делит.

Конору не верилось, что Томас Ремсен, с виду опытный предприниматель (судя по информации в интернете, тот занимал руководящую должность в одном из крупнейших банков), так легко отписал бывшей жене фамильное имущество.

– Итак, расскажи мне о трудолюбивом Коноре О’Туле, – сменила тему Кэтрин. – Но давай без скучных подробностей. Ни слова о Йонкерсе, школе права, адвокатском экзамене и тому подобном. Только самое интересное.

Конор задумался, а потом сказал:

– Мой папа умер, когда мне было одиннадцать.

Удивительно, с какой готовностью он поведал об этом именно Кэтрин, а не более чуткой Джорджии. Хотя тем самым он скорее пытался защититься от ее острот. Пусть только попробует опять обратить все в шутку, когда речь идет о его чувствах.

Но Кэтрин и пробовать не стала. Помолчав, она спросила: