Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

делам. Конору, конечно, вовсе не хотелось, чтобы этот тип вернулся и увидел, как его жена распивает спиртное с молодым тренером по теннису. Впрочем, ему и самому было некогда рассиживаться, ведь впереди ждали долгие часы подготовки.

– Ну, не стесняйся, – подбодрила его новая знакомая. – Налей мне.

Она была настойчива, а он не переставал удивляться особняку. Как, впрочем, и его хозяйке. Что ж, один напиток никому не повредит. Вернувшись в хижину, Коннор сразу сварит кофе. Он смешал коктейли, плеснув в свой стакан побольше тоника, а ей протянул второй.

– Насколько помню, на вечеринке ты пил джин и не показался мне большим любителем вина, – пояснила она. – Как и «Тьмы и бури».

– Тьмы и бури?

– Смесь темного рома с имбирным пивом. Коктейль, которые пьют наши изнеженные мужчины, воображая себя бравыми моряками. Гиперкомпенсация за жизнь в тени великих предков.

Конор не знал, что на это ответить. Хозяйка дома опустилась в кресло-качалку, и он последовал ее примеру.

– Ну что ж, Конор О’Тул, – начала она, картинно положила руку на подлокотник и подперла подбородок кулаком, изображая любопытство. – Как поживаешь?

Конор вежливо улыбнулся.

– Похоже, вы мне так и не представились.

– Кэтрин. – Она спародировала акцент южанки: – Но здешний народец кличет меня просто Кэти.

Шутка вновь показалась Конору странной, хотя он и понял ее смысл. Он обратил внимание, что Кэтрин не носит обручальное кольцо. Такие детали он стал замечать совсем недавно, после того как несколько его однокурсниц обручились. Хотя не исключено, что Кэтрин сняла его перед тренировкой и не успела надеть снова.

– У вас очень красивый дом, – похвалил он.

– Какой у вас милый домик. Мне просто необходимо заполучить этот рецепт, – вновь передразнила кого-то Кэтрин. – А ты очень воспитанный мальчик.

Переиграть ее было невозможно. Что бы он ни сказал, каким бы тоном ни говорил с ней, она всегда находила способ его высмеять. Ну что ж, если это необходимо, чтобы удержать одного из немногих клиентов, готовых ему платить, он потерпит.

– Как переживаете пандемию? – спросил Конор.

Она лишь молча кивнула, сделав очередной глоток.

– В одиночку или…

– Если ты хочешь спросить, разведена ли я, то мой ответ «да», – сказала она. – И нет, я не планирую снова выходить замуж. Ни за что на свете. Даже не думай предлагать.

Будь ей от двадцати до тридцати, Конор уже вовсю флиртовал бы. Но сейчас не хотел выводить отношения за рамки деловых и мечтал лишь об одном: поскорее оказаться в хижине со ста пятьюдесятью долларами в кармане, в обнимку с учебником и чашкой кофе.

– Что ж, – начал он, так и не придумав остроумный ответ, – а где вы обычно живете?

– Обычной мою жизнь не назовешь, – вновь съязвила Кэтрин. – В позолоченной башне на Пятой авеню. А где живешь ты?

– В Западном… – Он запнулся, почувствовав, как нелепо это звучит. – В Йонкерсе.

– В Западном Йонкерсе? Я и не знала, что он делится на районы.

– Нет, просто… в Йонкерсе.

– Вот как. Самое красивое географическое название в английском языке. Йон-керс. Так и слетает с языка.

Конор снова улыбнулся, теперь уже не только из вежливости, затем уставился на океан, чтобы не встречаться с неумолимым взглядом Кэтрин, и допил коктейль в надежде поскорее от нее отделаться.

– И работаете прямо здесь?

– Естественно, – ответила она. – Работа, работа, работа. Встречи, совещания, электронные таблицы.

– Чем вы занимаетесь?

Она допила коктейль и протянула стакан Конору.

– Я рантье, – сообщила она, пока он наливал ей джин-тоник. – Сейчас высокий сезон. Тебе повезло, что мне удалось выкроить минутку для нашей встречи.

– Рантье?.. – Он изучал испанский, а не французский.

Кэтрин не стала объяснять ему значение этого слова.

– А ты у нас тренер по теннису. Таков, значит, предел твоих земных амбиций?

– Нет, – возразил Конор, считая себя обязанным, несмотря на острое желание уйти, доказать ей, что он способен на большее. – Я только что окончил юридический факультет. Даю уроки тенниса, пока готовлюсь к экзамену и ищу работу.

Она потянулась к его стакану.

– Тебе пора долить.

– К сожалению, – он отдернул руку, – вынужден воздержаться. После нашей встречи мне нужно заняться учебой.

– Какой ты зануда. Еще один коктейль тебе не навредит.

Коннор поднялся.

– Спасибо, но мне правда пора идти.

Она не шелохнулась и как ни в чем не бывало продолжала пить.

– Итак, как вам удобнее: чеком или наличными?

Кэтрин не ответила, сделав большой глоток. Затем молча прошла в дом и вернулась, держа в руках тоненькую пачку купюр с хрустящей пятидесятидолларовой банкнотой сверху. Она протянула ему деньги и сказала:

– Наша следующая тренировка состоится в пять часов в четверг.

Он вновь поразился ее дерзости.

– А раньше у вас не получится? У меня в это время другой урок.

– С кем же?

– С Диком Гаррисоном.

– С Диком? В пять?

– Точнее, в половине шестого, но, если вам будет удобно начать в пятнадцать минут пятого, я успею.

– Не люблю находиться на открытом солнце. У меня очень светлая кожа, – отрезала Кэтрин. – Хм… А как бы нам договориться, чтобы вместо тренировки с Диком ты встретился со мной?

Конор попытался сохранить невозмутимое выражение лица.

– Поменяй время, – потребовала она, взмахнув рукой, словно речь шла о сущем пустяке. – Я доплачу за твои хлопоты.

– Но мы с Диком уже согласовали расписание, – попытался объяснить Конор. – И позанимались только один раз. Не хотелось бы начинать на такой ноте.

Она понимающе кивнула, и он решил, что вопрос закрыт, но Кэтрин сказала:

– Все имеет свою цену. Сколько стоишь ты?

Он попытался придумать, как вежливо ей отказать.

– Я заплачу вдвое больше, – опередила она его возражения.

Триста долларов в час. Больше, чем Конор когда-либо зарабатывал и рассчитывал получать даже с началом юридической карьеры. Можно предложить Дику скидку за изменения в графике и все равно остаться в плюсе.

– Хорошо, – согласился он.

Кэтрин впервые одарила его улыбкой, в которой не читалась насмешка.

– Видишь, как все просто, – заметила она.

Как оказалось, Кэтрин заплатила ему двести долларов, хотя в письме, разосланном жителям поселка, Джон Прайс подчеркивал, что оставлять чаевые тренеру не требуется.

Конор выпил кофе и поужинал двумя сэндвичами с тунцом. Как назло, в тот вечер ему никак не удавалось сосредоточиться на учебе. Он поискал в интернете информацию о Кэтрин, но нашел всего одно упоминание. В колонке светской хроники «Нью-Йорк таймс», опубликованной в июне 1996 года, сообщалось о свадьбе Томаса Ремсена и Кэтрин Хэвмайер, состоявшейся в летней резиденции семьи жениха в Каттерс-Нек. Невесте, среди предков которой по отцовской линии был титан страховой индустрии, а по материнской – судостроительный магнат, в то время исполнилось двадцать пять лет. Стало быть,