Рефлекс убийцы - Валерий Георгиевич Шарапов

— Прикрой, — бросила Мария. — Нельзя его бросать, посмотрю, как у Олежки дела…

Аверин опомниться не успел, как она сорвалась с места, побежала, петляя. Попала под огонь — и словно перепрыгнула через пулю. Аверин остервенело давил на спусковой крючок. Выпустил три пули из последней обоймы. С обратной стороны кустарника выкатился человек, побежал к озеру. Аверин оторвался от дерева, побежал за ним, выпрыгнул на открытое пространство. Хлебников оказался прав — к озеру можно было выйти, но двигаться вдоль берега — проблематично. Грудились валуны, отрезая любые попытки к отступлению. На узком участке имелся выход к воде, покатый спуск. Котляр выскочил из леса, заметался, загнанный в западню. Развернулся в прыжке, жахнул из двустволки, но увернуться труда не составило. Он попятился к воде, снова вскинул ружье. Павел выстрелил первым. Это был хороший выстрел, сам удивился. Двустволку вырвало из рук преступника, она плюхнулась в воду, а Котляр вскрикнул, стал махать обожженной рукой. Они стояли метрах в десяти друг от друга; Котляр — по колено в воде, подполковник — в шаге от символического обрыва. Лицо преступника перекосилось, его с трудом можно было узнать, дрожал подбородок.

— Все кончено, Алексей, — сказал Аверин. — Сюда иди, руки за голову — и ложись на живот. И без дури, а то буду стрелять с особым удовольствием.

Он упустил что-то важное, возможно, главное. Котляр безотрывно смотрел ему в глаза — смотрел пристально, въедливо. И в какой-то момент Павел почувствовал, что не может отвести от него глаза. В голове что-то сдвинулось, поехало, стало перестраиваться. Он сделал попытку оторвать взгляд от преступника, но ничего не вышло. Голова, казалось, превращалась в воздушный шар с размякшим содержимым. Ноги и руки сделались ватными. Он понимал, что человек, стоящий напротив, перехватывает функции его мозга, но никак не мог этому противостоять. В голове звучал фон, он усиливался. Павел слышал голос в глубине этого фона, слова пока не различались, но становились громче, яснее, еще немного — и мозг начал бы впитывать приказы извне, получать установку на их выполнение. Уже возникло острое желание бросить под ноги пистолет…

С негодующим ревом откуда-то сбоку налетела Мария, толкнула со всей силы Аверина! Он не устоял, ноги потеряли сцепление с землей, заскользил, сверзился с невысокого обрыва и покатился в воду. Он чуть не захлебнулся, вскочил на колени, затряс головой. Кашель душил, ныло отбитое плечо. Наваждение уже не подавляло. Но в голове царила полная муть, и первые мгновения он был полностью дезориентирован. Преступник злобно кривился, пятился, отступая в воду. Маша стояла с пистолетом в руке, целилась ему в голову. Подчинить ее внушением Котляр не мог, требовалось время. Он развернулся и бросился в воду, поплыл, делая неловкие взмахи. Он был неважным пловцом — это чувствовалось. Но как-то передвигался. Озеро было нешироким, и он имел все шансы доплыть до другого берега. Мария что-то грозно закричала. В ушах шумело, словно грузовой состав стучал по рельсам. Хлопали выстрелы — у Маши хватило ума не стрелять на поражение. Пули плюхались в воду рядом с уплывающим негодяем. Котляр не реагировал, видимо, понимал, что убивать не будут. Мария со злостью отбросила пистолет, разбежалась и кинулась за Котляром! Она тоже была паршивой пловчихой, плавать вразмашку не умела, только по-собачьи. Но Котляр уже выдохся, Маша догнала его…

Павел очнулся, когда они сцепились в воде метрах в двадцати от берега. Там была приличная глубина! Ахнув, Аверин вбежал в воду, поплыл кролем, видя перед собой лишь объятые ужасом глаза Марии. Она молотила одной рукой по воде, другой удерживала за шкирку Котляра. Тот пытался вырваться, пускал пузыри. Павел оторвал от него Марию, схватил ее за талию, стал яростно грести к берегу. Она задыхалась, пучила глаза. Павел выбросил ее на сушу. Помощь, слава богу, не требовалась, не успела наглотаться. Она кашляла, стоя на коленях, держалась за грудь.

— Все в порядке, Паша, жить буду, ты мой герой… Вытащи этого подонка…

Он чуть не забыл от волнения! Бросился обратно в озеро, поплыл проторенной дорожкой. Голова Котляра иногда всплывала, глаза мутнели. Он практически не шевелил руками. А ну стоять, куда это мы собрались! Павел схватил его за ворот, приподнял над водой и взвалил на спину. Хорошо еще, что этот гад был не толстый. Но тянул ко дну. Павел избавился от него на мелководье, схватил за руку, поволок за собой. Этому тоже не пришлось делать искусственное дыхание рот в рот, он хрипел, ползал по гальке, выдавливая из себя излишки воды. Как-то быстро пришел в себя, стал приподниматься. Аверин был уже на посту, на голову шпиона обрушилась серия ударов. Котляр потерял сознание. Павел перевернул его на спину, связал руки его же собственным ремнем, натянул на голову капюшон штормовки, туго завязал тесемки под подбородком. Нечего тут присутствующим что-либо внушать…

Мария сидела на земле, привалившись к обрыву. Подобрала пистолеты, выудила из воды охотничью двустволку, выдалась минутка для отдыха. Она уже не кашляла, дышала полной грудью. Котляр похрюкивал под капюшоном. Павел пристроился рядом, достал из кармана пачку сигарет, превратившуюся в мокрую лепешку, печально на нее уставился.

— Ты как? — спросил он.

— Поживем еще, — прошептала сотрудница.

Из леса со стоном выбрался майор Хлебников. Перевязаться самостоятельно он так и не сумел, хотя пытался. Только жгут затянул выше простреленной мышцы. Пристроился неподалеку, стал одной рукой ковыряться в сумке, покосившись на приходящего в сознание преступника.

— Ты нормально? — спросил Павел.

— Да, ранение сквозное. Но все равно болит, зараза… Ладно, спишем на несчастный случай на производстве. Держи, не мучайся, — он бросил здоровой рукой сигаретную пачку и коробок спичек. Движение отдалось в простреленной конечности, он застонал, откинул голову.

— Потерпи минутку, сейчас перевяжем, — выдохнула Мария. — Потерпишь?

— Нет, сбегу, — огрызнулся Хлебников.

Снова донесся шум, и на берегу возникли Кучевой с Карским. Работники выглядели так, будто неделю рылись в мусорных баках.

— Вот вы где, — обрадовался Кучевой. — Тут странная акустика, вроде идешь на выстрелы, а по факту получается, что наоборот. А это что за кот в мешке, товарищ подполковник?

— А ты догадайся, — проворчал Аверин. — Вы не спешили, ребята?

— Спешили, — возразил Карский. — Просто кто-то нас отправил не в обход, а прямиком в болото. Чуть богу душу не отдали. Сначала Валентин меня вытаскивал, потом я Валентина. Содержательно провели последние полчаса. Угадайте, товарищ подполковник, насколько в нас еще силен боевой дух?

— Ладно, присаживайтесь, — вздрагивая от смеха, сказала