Тогда и только тогда, когда снег белый - Лу Цюча

осталась запись, и это доказывает, что ранее она направилась прямиком на женскую половину общежития. В восемь с лишним она вышла и вернулась – должно быть, как раз отправилась на поиски Чжэн Фэнши.

– У тебя хорошая память. Она сказала, что искала нас, чтобы обсудить ситуацию с У Гуань.

– Она сочувствовала ей и хотела вернуть в общежитие.

– Ты угадала.

– Догадаться было нетрудно, – ответила Фэн Лукуй. – Но это всего лишь ее слова, ее личная версия событий. Возможно, в тот момент она пришла к вам по другим причинам, например, потому, что снова столкнулась с шантажом со стороны У Гуань. Но сейчас она не может этого сказать, потому что это определенно усилит подозрения…

– Тебе так кажется. Я думаю, она говорила правду, – возразила Гу Цяньцянь. – Она действительно была искренна. Она в самом деле хотела, чтобы У Гуань позволили вернуться. Думаю, я немного могу понять ход ее мыслей… Нет, правильнее сказать, чувства. Ду Сяоюань слишком замкнута. Она, несомненно, чувствовала, что весь мир отвернулся от нее. Поэтому, несмотря на то что другая девушка причинила ей вред, она не хотела терять даже такую дружбу.

– Уже поздно.

– Я постараюсь выручить ее, чем смогу.

– Я помогу тебе. – Фэн Лукуй посмотрела на бессильно опустившуюся на офисный стул Яо Шухань. – Вы не собираетесь подготовить для офицера Хуна личные дела?

– Дайте мне перевести дух. – Яо Шухань приложила ладонь ко лбу и продолжила: – Я раскаиваюсь. Мне не следовало так активно отметать версию о самоубийстве, когда мы стояли у ворот. Если следствие придет к выводу, что это самоубийство, то никто не пострадает. Сейчас все указывает на Ду Сяоюань, ее положение довольно тяжелое.

– Вы должны взять все в свои руки и найти убийцу.

– Считаешь, я об этом не думала? Если бы это было так просто…

Фэн Лукуй не стала обращать на нее внимания, а перевела взгляд на Гу Цяньцянь, чьи глаза были полны мук угрызений совести.

– Кстати, у тебя есть телефон Се Чуньи?

– Есть. Но я ни разу ей не звонила.

– Дай мне свой мобильный, у меня нет ее номера. Я хочу кое-что с ней прояснить.

Получив телефон, Фэн Лукуй нажала на контакт Се Чуньи. На том конце провода ответили:

– Не ожидала, что ты мне позвонишь.

– Это Фэн Лукуй. Мой телефон разрядился, – не задумываясь, соврала она, – поэтому мне пришлось воспользоваться телефоном Гу Цяньцянь, чтобы позвонить вам. Вам сейчас удобно говорить?

– Удобно. Я сейчас в медпункте. Я снова заболела. В дверях полиция наблюдает за мной.

– Вы можете вспомнить, что было сегодня утром?

– Утром? Я приготовила себе кофе три в одном, съела печенье – все как я и сказала полиции.

– А потом? После того, как вы услышали сообщение по радио о произошедшем, расскажите мне.

– После сообщения по радио… Я направилась в комнату отдыха в соответствии с указаниями. Спустившись на первый этаж, я увидела, что передо мной идет соседка по комнате У Гуань. Нас разделяло некоторое расстояние, она не заметила меня. Потом она нажала на кнопку и вышла через маленькую железную дверь. Я поспешила за ней, но не успела на долю секунды – та уже захлопнулась. Я снова нажала на кнопку и вышла.

– Никто не вышел вместе с Ду Сяоюань?

– Нет. Почему вы спрашиваете?

– Просто так. Я задаю вопросы, вот и все. Спасибо вам.

– Как Гу Цяньцянь? Когда я увидела, что она звонит, то несколько опешила, подумала, зачем она может мне звонить… Если она никак не могла обойтись без звонка мне, значит, случилось что-то плохое: она готовится уйти в отставку или что-то подобное. Несмотря на то что она мне не нравится, я все же надеюсь, что она справится и будет продолжать исполнять свои обязанности…

– Этого не случится. Она не уйдет в отставку, – твердо проговорила Фэн Лукуй. – Потому что она похожа на вас: также не терпит людей, которые бросают все на полпути.

Когда Фэн Лукуй сбросила звонок, она почувствовала, как у нее начинается сформировываться гипотеза. Она не была уверена, что сама верит в нее и что ей удастся убедить в ней других. Как сказала Яо Шухань прошлой ночью, решение, которое сможет объединить все улики, покажется логичным, но, возможно, это всего лишь одно из многих возможных объяснений. Однако если никто не сможет предложить более разумную версию, то ее ответ все же имеет шансы стать «истиной», и поэтому стоит рискнуть. Остается лишь один вопрос: как убедить полицию и Яо Шухань?

6

Сидя в такси по дороге в полицейский участок, Фэн Лукуй нервничала. Как-никак она впервые посещала подобного рода учреждения, к тому же в качестве помощника следствия. Притом давняя знакомая офицера Хуна, Яо Шухань, везла ему личные дела. Это была сфера ее компетенций, уместно ли было ей ехать самой? Но что еще больше ее беспокоило, следовало ли ей поделиться той версией, которая только что пришла ей в голову?

«Пусть все идет своим чередом», – подумала она. Если у него будет возможность ее выслушать, то она обо всем расскажет офицеру Хуну. Если нет, то одним позором меньше.

Прибыв в полицейский участок, они по счастливому стечению обстоятельств встретились с офицером Хуном, который курил около входа. Приняв увесистый пакет с архивными документами из рук Яо Шухань, мужчина сунул его под мышку и продолжил курить так, словно все еще обдумывал детали дела либо в ожидании, что девушки сами начнут беседу.

– Здесь личное дело Ду Сяоюань, – нашла Яо Шухань предлог для начала разговора. – Вам удалось что-нибудь у нее выяснить?

– Ничего, что имело бы отношение к делу. – Офицер Хун выпустил облако дыма. – Установили только, что у нее был мотив убить У Гуань.

– Я тоже слышала, что У Гуань шантажировала ее. Однако все это в прошлом, в последнее время шантаж прекратился. Если бы она действительно хотела убить соседку, то сделала бы это давным-давно.

– Сложно сказать, прекратился шантаж или нет. Правду знает только она сама. Ключевой вопрос, помимо мотива Ду Сяоюань, заключается в том, что могло понадобиться У Гуань поздно вечером в школе.

– Действительно. Я тоже не понимаю. В журнале звонков с телефона У Гуань нет никакой информации?

– Нет. Сначала мы предположили, что убийца мог удалить историю звонков, поэтому обратились к нашим экспертам, чтобы они восстановили данные. В конце концов мы установили, что за последние несколько дней ей звонили только спамеры. Вчера вечером она ни с кем не разговаривала и ни с кем не переписывалась. Конечно, нельзя исключать возможность того, что она коммуницировала