Последний гость номера 313 - Алеся Георгиевна Кузнецова

— Если майор говорит так уверенно, значит машины без опознавательных знаков, нашпигованные полицейскими двух стран, уже где-то рядом. — я перевела для Эштона Вадиков туман и объяснила все человеческой лексикой.

Мы переглянулись. Еще вчера, Эштон готов был замуровать нас в своем отеле, но теперь мы точно стали союзниками перед лицом одного большого Зла. Я решила, что когда все закончится обязательно замолвлю слово за одного шустрого младшего портье в отеле.

— Кей, — Эштон подошел к старушке и осторожно коснулся ее руки. — Простите меня, что не понял ничего и не нашел вас раньше.

— Иди, сынок, — она погладила его по щеке. — В тот момент так было безопаснее для всех. Сделай то, что должен был сделать твой дед.

Солнце окончательно взошло, заливая сад «Кэролл-отеля» золотом. Мы вышли из бунгало единым фронтом. До начала конца империи Саида аль-Мансура оставалось сто восемьдесят минут.

Глава 32. Сделка отменяется

Ровно в десять утра тяжелые двери из мореного дуба, ведущие в главный кабинет владельца «Кэролл-отеля», распахнулись. Саид аль-Мансур вошел как император в захваченный город. На нем была безупречная белая дишдаша, источающая тонкий аромат дорогого уда, а на лице играла снисходительная улыбка хищника, который наконец-то загнал свою жертву в угол. Следом за ним, как тень, скользнули двое невозмутимых юристов с кожаными портфелями.

В кабинете их уже ждали. Радж Патель суетился у огромного стола из красного дерева, раскладывая золотые перьевые ручки и поправляя стопки договоров. Глаза управляющего алчно блестели — он уже мысленно подсчитывал свои проценты от сделки, предвкушая безбедную старость где-нибудь на Лазурном Берегу.

Дверь из смежной комнаты отдыха открылась, и в кабинет вошел Эштон Кэролл. Он выглядел так, словно спал последнюю неделю исключительно на шелковых простынях и ни о чем не тревожился. Идеально сидящий костюм-тройка, расправленные плечи и ледяной, истинно британский взгляд на фоне смуглой кожи и темных миндальных глаз…

— Доброе утро, Эштон, — бархатным голосом произнес Саид, останавливаясь у стола. — Надеюсь, ночь принесла вам смирение. Поверьте, это лучшая цена, которую вы могли получить за эти… исторические руины. И я делаю это только в память о своем старом друге Омаре.

— Конечно. Все, что происходит с нами, стоит научиться принимать, как свою судьбу. Кажется, так вы мне говорили?

В эту минуту в комнату вошли мы.

Я — в своем лучшем платье-футляре с фирменной улыбкой директора. Вадик — с синей папкой в руках. И Марина — в темно-синем костюме.

Улыбка Саида аль-Мансура дрогнула и медленно сползла с лица. Его юристы напряглись. Радж Патель выронил золотую ручку, которая с глухим стуком покатилась по полированному дереву и упала на ковер.

— Какого дьявола? — прошипел Саид, теряя все свое восточное благородство. — Эштон, что эти люди делают в вашем кабинете? Моя служба безопасности доложила, что…

— Что ваша служба безопасности их ликвидировала? Или что они гниют в местной тюрьме по сфабрикованному обвинению? — вежливо уточнил Эштон, присаживаясь во главе стола. — Боюсь, ваши люди вас разочаровали, Саид. Как и вы разочаровали меня.

— Это возмутительно! — взвизгнул Радж Патель, покрываясь испариной. — Мистер Кэролл, эти люди — преступники! Они ворвались в ваш отель, они…

— О, замолчите, Радж, — внезапно раздался голос из угла.

Лоренцо де Лука изящно поднялся с кресла, которое позволяло оставаться ему незамеченным до этого, поправил свой идеальный галстук и подошел к Эштону, встав по правую руку от него. Итальянец посмотрел на них с брезгливой жалостью.

— Сеньор аль-Мансур, мистер Патель, — Лоренцо развел руками с истинно римским драматизмом. — Вы, должно быть, думаете, что я спал этой ночью. Но я работал. Я перевел те занимательные схемы, которые госпожа Шторм и майор Тифлисов оставили в 313-м номере. Как честный профессионал с безупречной репутацией, я всегда играю на стороне того, кто нанял меня первым. А первым был мистер Кэролл. Радж, ваши офшорные счета и откаты от поставщиков — это просто позор для аудита. Вы воровали так топорно, что мне физически больно на это смотреть.

Патель пошатнулся, хватаясь за край стола.

— Ты уволен, Радж, — не повышая голоса, сказал Эштон. — Но не выйдешь из здания до приезда полиции. Правда, твои махинации — это ничто по сравнению с тем, что мы собираемся обсудить сейчас.

Саид аль-Мансур выпрямился. Его глаза сузились, превратившись в две черные, опасные щели.

— Ты переоцениваешь свои силы, мальчик, — процедил миллиардер, забыв про вежливость. — Что мне слова какого-то аудитора и пары авантюристов? Я раздавлю этот отель судами. К вечеру банк заберет его за долги, а этих всех депортируют. Это, если им повезет.

Я взяла у Вадика из рук папку и шагнула вперед. Копии документов Марьям легли прямо поверх распечатанных договоров о продаже.

— Не заберет, — я с наслаждением посмотрела в глаза Саиду. — Потому что долгов больше нет. И сделки тоже не будет. Знаете, Саид, как генеральный директор строительной компании, я всегда говорю: никогда не экономьте на архивариусах и хороших юристах. Марьям аль-Хаддад была блестящим юристом. У нее каждая бумажечка подшита на свое место.

При упоминании этого имени Саид вздрогнул, как от удара хлыстом.

— Да, — кивнула я, доставая из папки остальные копии кадастров. Оригиналами мы, конечно, не стали рисковать. — Марьям поняла, что вы сделали двадцать лет назад. А вы ведь не просто подстроили смерть Омара и Элис Кэролл. Вы подкупили чиновников и перенесли пограничные столбы ровно в то же время. Половина вашей сверкающей башни, Саид, юридически стоит на земле, принадлежащей Эштону. Вы не монополист. Вы — вор, который построил свой замок на чужом фундаменте. И здесь, в этих бумагах, лежат все доказательства, со старыми подписями и банковскими переводами, которые это подтверждают.

— Это фальшивка! — рявкнул Саид, делая резкий шаг к столу, чтобы схватить документы.

Но на его пути выросла широкая фигура Вадика. Майор лишь повел плечами, немного разминаясь и просто посмотрел на миллиардера таким взглядом, от которого юристы Саида синхронно сделали шаг назад.

— Я бы не советовал, — мягко, но с хорошо читающейся угрозой произнес Тифлисов. — Бумаги настоящие. Оригиналы в надежных руках. А копии уже улетели в Интерпол и в земельный департамент Дубая. Как и записи с камер вашего отеля, где удерживали заложницу, между прочим гражданку моего государства. А мы своих граждан защищаем, куда бы они не вляпались, — вздохнул Вадик и я внутренне испытала какой-то сумасшедший прилив нежности.

Марина молча подошла и положила рядом еще одну папку. — А это, Саид, документы по незаконному удержанию. Я