Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

врач. Это рассчитано на тех, кто не знает, что по правилам Министерства здравоохранения нахождение в медицинской одежде за пределами медицинской организации не допускается. Одна эта деталь выдает в ней мошенницу. А те несколько бабушек в первом ряду… Заметила? Они сразу после лекции спросили: «Сколько стоит один флакон?» Почему именно «один флакон», а не «одна упаковка»? Да потому что им заранее известно, что это жидкость для приема внутрь, разлитая по флаконам!

Го Сяофэнь слушала, обливаясь холодным потом.

– Вот, смотри сама, я тебе наглядно сейчас объясню. – Старик разложил на столе пестрые листовки, только что подобранные на улице, руки его дрожали от злости. – Это реклама питательного раствора для роста. Утверждают, будто от нее человек станет выше. Мошенники! Единственное средство, способное стимулировать рост, – гормон роста и то только в виде инъекций. А вот это – ионизатор щелочной воды. Обещают, что он корректирует так называемую «кислотную конституцию». Мошенники! В организме кислоты и щелочи всегда находятся в относительном равновесии, никакой «кислотной конституции» в природе не существует, так зачем же еще пить какую-то воду, чтобы «корректировать» то, чего нет?! Мошенники! А это – реклама нефритовой кровати: пишут, что лечит разрастание костной ткани. Мошенники! Разрастание костной ткани – это естественные дегенеративные изменения, терапия способна только облегчить симптомы, но ни о каком их «исчезновении» речи быть не может! А это… – Он тяжело вздохнул. – Тыквенные пастилки для снижения сахара… Да что ж вы никак не издохнете?!

Го Сяофэнь с недоумением спросила:

– Раз это такие очевидные обманы, почему никто их не разоблачает?

– Ха! – Профессор холодно усмехнулся. – А что про других спрашиваешь, когда сама повелась на их приемы? Вспомни сегодняшнюю лекцию. Ты усомнилась хотя бы в чем-нибудь до того, как я тебе все это поведал? Проверила факты? Может, сравнила данные или провела эксперимент? Ты, репортер, и то не сделала этого. А по всей стране сколько найдется людей, которые усомнятся, проверят, испытают, прежде чем поверить?! Обман! Кругом сплошной обман! Достаточно хотя бы крупицы – с кунжутное зернышко – научной грамотности, и все уловки сразу станут заметны. Но в целом зале людей не нашлось ни одного, кто бы хоть разок уточнил: «А вы уверены, что это правда?»

– Тогда позвольте мне усомниться, – сказала Го Сяофэнь. – Получается, все китайские БАДы плохие? Совсем никакой пользы?

– Объективно говоря, есть у нас и добросовестные компании, работающие ради интересов потребителей. – Старик перевел дух. – И вовсе нельзя сказать, что вся оздоровительная продукция бесполезна: прошедшие двойные слепые исследования[57] пищевые добавки, тренажеры, продукты питания могут применяться под контролем врача. Я осуждаю тех, кто, используя низкосортное сырье, штампует пустышки, а потом врет в рекламе и выжимает из доверчивых людей последние деньги. Вред их колоссален. Первое: больные хроническими недугами – гипертонией, диабетом – должны принимать лекарства постоянно; если они, послушав аферистов, бросят лекарства и перейдут на БАДы, это смертельно опасно. Второе: у многих пациентов денег мало, и если они тратят последнее на бесполезные добавки, то при необходимости настоящего лечения средств уже не хватает. И третье, самое страшное…

Девушка посмотрела на него и спросила:

– Что же?

– Массовое распространение лженауки и пропаганда иррационального мышления ведут наш и без того израненный народ обратно в бездонную пропасть невежества! – Старик говорил с такой силой, что Го Сяофэнь ощутила внезапный прилив уважения.

Она все гадала, зачем Лэй Канмэй так рискует и бросает вызов целой армии производителей оздоровительной продукции и БАДов, ведь ему не нужны ни слава, ни выгода… И вот теперь поняла: он борется ради всех тех, кто по утрам приходит на площадь Тяньаньмэнь смотреть на подъем флага.

– Но почему же власти не остановят эту лавину лжи? – спросила она.

– Толку-то… – усмехнулся Лэй Канмэй. – Недобросовестная фирма зарабатывает двадцать миллионов в год. Ну оштрафует ее государство на двадцать тысяч – думаешь, они испугаются? Да для них это плата за покровительство. Загляни на сайты Управления промышленно-торговой администрации и Государственного управление по надзору за пищевыми продуктами и лекарственными средствами. Увидишь, что каждый месяц выписываются десятки штрафов! А смысл? Тем временем все больше врачей за деньги соглашаются участвовать в «экспертных конференциях» и нахваливать товары. Остальные же предпочитают молчать, словно это их не касается. Защита у такой компании становится все мощнее, а голоса сомнения и протеста звучат все тише…

Го Сяофэнь молчала, не зная, что ответить.

– Ладно, хватит. – Старик стряхнул с колен пожелтевший кленовый лист и поднялся. – Ма Сяочжун вчера звонил, сказал, что ты очень толковая, честная и неравнодушная журналистка. Вот я и решился все это тебе рассказать. Полдня мы уже на ногах, небось проголодалась. Пойдем поедим и продолжим разговор.

С тяжелым сердцем Го Сяофэнь пошла за ним. Они вошли в ресторанчик популярной китайской сети, заказали по миске каши, тушеную рыбу и поджаренную курицу с рисовым тофу[58]. За едой Го Сяофэнь спросила:

– Раз вы знали, что этот их препарат – подделка, зачем купили?

– А если бы не купил, мы могли бы сегодня и не выйти с того собрания, – сказал Лэй Канмэй и попробовал кашу. – У них есть формула: «улыбка – уговаривание – принуждение». Сначала улыбаются и нахваливают товар, не купил – начинают жужжать над ухом, рассказывая про чудо-эффект и скидки. Старики обычно стесняются, многие на этом этапе сдаются и тянутся за кошельками. А если найдется упертый, эти мошенники за ним и в дом сунутся, вывернут все, пока банковскую книжку не найдут, а то и прямо в зале, на виду у всех, окружат и засыплют бранью. Вот этой весной «Цзяньи» проводила лекцию, толкали свое зеркало пяти элементов. Одна старушка ни в какую не соглашалась покупать, так ее заперли в крошечной комнатушке. У нее сердце больное было, так они ее до смерти, считай, и запугали…

– Что?! И полиция не арестовала этих мерзавцев?! – вскрикнула Го Сяофэнь.

– А они в сговоре, состряпали липовые показания: мол, у старушки сердце прихватило по другим причинам, а компания «Цзяньи» ни при чем.

Го Сяофэнь уже собиралась расспросить Ли Цзяляна про компанию «Цзяньи», но тут в кармане завибрировал телефон, она вытащила его и ответила. Зазвучал торопливый, резкий голос Ма Сяочжуна:

– Ты где сейчас?!

– С доктором Лэем. Что-то случилось?

– Телек рядом есть?

Го Сяофэнь подняла голову и заметила на стене ресторана плазму.

– Есть.

– Быстрей врубай! Эти придурки из «Цзяньи» совсем спятили! Пресс-конференцию собрали и такую чушь несут! – заорал Ма.

Го Сяофэнь подозвала официанта, попросила пульт, переключила на новости, на экране корреспондентка вела прямую трансляцию.

– Как известно,