Ледяной змей - Виктория Борисовна Дьякова

class="p1">– Ну, не знаю, как там по сравнению с Одинцовой, мы ее фотографий вроде бы и не видели. – Максим пожал плечами. – Но с Королевой – ни в какое сравнение! Как она могла обрести такое влияние на Красовского? Он же такой видный мужик. А это – просто мышь белая для него. Вот на мать Аксинью, – как там про нее говорили, – она явно тянет. Но на спутницу такого франта, как Красовский, – ни в коем случае.

– А мы и не знаем, какие у нее на самом деле отношения с Красовским, – ответила Аня, внимательно глядя на фотографию. – С чего ты взял, что он к ней испытывает расположение? И она к нему? Вполне вероятно, что это ненависть. Взаимная ненависть. Месть – с ее стороны. Нам неизвестно, как они сошлись, не исключено, что Красовский соблазнил ее, а потом бросил. Фактически разрушил жизнь. Ведь она знала, что рано или поздно муж догадается, что ребенок – не его. Как она оказалась в секте «Новое язычество»? Кто туда записывался? Кто организовал? Марина Алексеевская, женщина совершенно несчастная, подвергшаяся изнасилованию, пережившая клиническую смерть. Она мечтала о мщении, и это мщение обещала своим сподвижником – мщение со стороны высших сил их обидчикам. Вот и Артюхова пришла в секту своей родственницы, чтобы освоить ритуалы, которые помогут ей отомстить. Красовскому. И, как видишь, она весьма успешно осуществляет свои планы. Чтобы, как говорят в народе, «наводить порчу», красавицей быть не нужно, надо только владеть соответствующими практиками. Всех этих древних приемов воздействия на энергетические поля человека никто не отменял, надо только научиться пользоваться, чем они в секте и занимались, видимо. И производили какие-то вещества, способные вызвать у человека неизлечимую болезнь, я подозреваю. Современные врачи пишут о реальной опасности для здоровья даже разовых доз некоторых препаратов – канцерогенных, тераторгенных, психогенных и прочего. Научно подтверждены данные, что составленные по древним рецептам снадобья даже с одного применения вызывали тяжелейшие заболевания. Так что, по большому счету, могилы Елизаветы Одинцовой, ее дочери Алисы и младшего Кремера надо вскрывать, трупы эксгумировать и снова проводить исследования, – заключила Аня. – Почти уверена, что все это – преднамеренные убийства, совершенные вот этой с виду безобидной особой. – Аня кивнула на фотографию Артюховой. – Возможно, в начале двухтысячных и середине теническое оснащение не позволило определить яды, из-за которых лишились жизни первая жена Красовского, его дочь и законный супруг Артюховой.

– А цель – завладеть денежками Красовского? – спросил Максим задумчиво.

– Главная цель – месть, – уточнила Аня. – Юля же нам читала днем, что Ледяной змей, божество древних славян, – это символ мести. Никакой любви между этой Артюховой и Красовским нет, возможно, и не было. Мимолетный роман, не исключено, что под воздействием алкоголя. Скорее всего, что так. Недолгое увлечение, за которое Красовский расплачивается всю жизнь. Хотя и меркантильный момент присутствует, ты прав, – согласилась она. – У Артюховой дочка Красовского. Мы не знаем, признал ли он ее? Скорее всего, нет. Но доказать, что она его родная дочь через тесты эта девица всегда сможет. И Артюхова хочет, чтобы все состояние Красовского досталось именно ей, ее дочери Вере. Она убирает всех иных возможных претендентов. Надо, конечно, разговаривать с Красовским. Может быть, он знает, где искать эту «знахарку»-отравительницу?

– А можно мне посмотреть на фото? – робко попросила Дерябина. – Это та женщина, с которой этот раздолбай Вадик зачем-то обвенчался в 2009 году? О чем они моей Никуше рассказывали? Те двое, утром 8 февраля? – Она придвинулась ближе.

– Анастасия Николаевна, мы точно этого не знаем, – предупредила Аня. – Я бы не спешила с выводами. Насчет того, что они обвенчались, – добавила она. – Это вполне мог быть только шантаж. Они шантажировали Нику, вынуждая ее отказаться от Красовского, уехать. Порвать с ним. Чтобы Ника это сделала. Видимо, Красовский не соглашался. Как он не соглашался оставить первую жену, когда Артюхова, судя по всему, от него это требовала. Пользовались тем, что Ника и Вадим часто ссорились.

– А надо бы еще проверить, дочка ли Красовского эта Вера, – заметил Максим. – Сейчас легко сделать анализ на ДНК. Не исключено, что она – дочка Кремера. А Артюхова использовала факт связи с Красовским, чтобы давить на него, заполучить его денежки, даже собственного мужа в могилу свела. Неизвестно, кто там стал инициатором развода.

– Это правильная мысль, – согласилась Аня. – Если Веру задержат, надо делать тест ДНК. Все может оказаться чистой воды уловкой.

– Мне кажется, я где-то эту женщину видела. Но не могу вспомнить, где. – Дерябина потерла лоб пальцами. – Вот совсем недавно, когда Ника была еще жива. Что-то очень знакомое…

– Анастасия Николаевна, постарайтесь, это очень важно. – Аня ободряюще прикоснулась рукой к плечу женщины. – Я вас прошу. Напрягитесь.

– Да, понимаете, если бы вы мне это фото до смерти Ники показали, я бы вам точно, в секунду сказала бы, – с горечью ответила Дерябина. – Память у меня была – ой-ой какая! Отличная! Я когда в институте училась, текст целыми страницами легко запоминала. И Вовке цитировала, он удивлялся – ни словечка не пропущу. А вообще, с детства, до истории с гюрзой – и того лучше. На слух запоминала с лета. Бабушка стихотворение один раз прочтет – а я уже помню. Но после того, как напугали меня уродки те узкоглазые змеей, у меня на несколько месяцев память вообще пропала. Я не могла вспомнить, как меня зовут. Лечение, правда, помогло, память вернулась. Но, знаете, с тех пор как поволнуюсь – опять чистый лист. Себя-то помню и самые вещи простые – помню, а вот что посложнее – уже нет. Вот после смерти Никуши я дома у нас не могла найти, где вещи лежат самые элементарные, которые сама положила – где шарф, где шапка. Где Вовкины ботинки зимние, новые. Старые у него порвались. Ничего. Я вот вам сказала, что только через несколько недель вспомнила, что видела того парня в черной кожаной куртке перед салоном художника, когда от Ники уходила. А когда со следователем разговаривала, нет, не вспомнила этого. Вот и эта женщина, очень знакомое лицо. – Дерябина провела ладонью по экрану Аниного айфона. – И что-то такое мелькает в памяти. Но не могу осознать, что. Но я буду думать, вспоминать, – пообещала она. – Сбросьте мне это фото на телефон. Буду смотреть и вспоминать.

– Да, сейчас, скажите номер. – Аня быстро нажала кнопку «переслать».

– Анна, я, наверное, пока не нужна, – подала голос Юля. Аня и забыла, что помощница до сих пор на громкой связи. – Я еще подумаю, поищу. Завтра приду пораньше.