Убийства в одном особняке - Стейси Хакни

Хелена, – тот, что она описала на прошлой неделе у себя в квартире, – казался Лайле неполным. После всего, что она узнала, у нее возникло еще больше вопросов к Хелене. Может, та скрывала факты, чтобы защитить репутацию Софии – это Лайла могла понять, – но ей требовалось собрать как можно больше информации. Теперь от этого зависела ее жизнь.

Взгляд Хелены скользнул по Лайле, когда та отодвинула стеклянную дверь и вступила в патио; на секунду ее лицо напряглось, после чего приобрело мягкое озабоченное выражение: глаза широко открыты, уголки рта опущены вниз.

– Как вы? Я слышала, что к вам забрались, – сказала Хелена.

Лайла присела на скамью с ней рядом.

– Спасибо за беспокойство. Мы в порядке. Было страшно, но, к счастью, никто не пострадал.

– А Беа? Она не переживает? – спросила Хелена.

Лайла пожала плечами.

– Наоборот. Радуется новым впечатлениям.

Хелена кивнула.

– У детей гибкая психика.

– Как правило, – согласилась Лайла.

– Ну что же, я рада, что вы не пострадали.

Хелена произнесла это, будто попрощалась. Она давала понять, что разговор окончен и Лайле пора уходить. Лайла подавила естественный импульс подчиниться. Мама велела бы ей улыбнуться и с достоинством уйти. Райан как-нибудь обаятельно пошутил бы и увел Лайлу в холл. Неловко было сидеть рядом с человеком, дожидающимся твоего ухода, но она знала, что Джаспер и Эвелин в этой ситуации даже не пошевелились бы. Эвелин стала бы задавать бестактные вопросы, а у Джаспера на лице появилось бы его решительное выражение, и он заговорил бы тихим голосом, который в действительности был куда более властным, чем ему казалось.

– Вы знали, что я встречалась с Конрадом до того, как он умер? – спросила Лайла.

Хелена слабо улыбнулась.

– Да, он мне говорил. И его помощник, медбрат, тоже упоминал о вас, когда увольнялся.

Лайла сглотнула, уловив невысказанный упрек.

– Он вел себя с Конрадом грубовато, и я хотела помочь. Но не думала, что он уволится.

– Хм-м-м… – только и ответила Хелена.

Свет еще померк, и тени в патио сгустились. Каменные плиты на земле с белыми швами известки напоминали фрагменты головоломки. Хелена сложила руки на коленях. На ней был пушистый черный кардиган с перламутровыми пуговицами, в ушах серьги с жемчугом и бриллиантами.

– Мне жаль, что Конрад умер. С ним было приятно поговорить. Кажется, вы были очень близки? – Лайла сказала это с вопросительной интонацией, приглашая Хелену ответить.

– Это правда. Мой муж умер, когда девочки были еще маленькие. После этого остались только мы трое и Конрад. Он помогал их растить. Теперь, когда его не стало… – Хелена замолчала, не закончив предложение. – Очень нелегко было его потерять.

– Понимаю. – Лайла задумалась, что сказать дальше. Надо было как-то подтолкнуть Хелену к разговору о Софии. – У меня такое чувство, что вы не восторге от идеи Конрада с фондом.

– Да уж. От него одни проблемы.

– Думаю, вы уже знаете, что Эмили звонила Джеймсу Форрестеру перед смертью и собиралась сказать ему, кто убил Софию.

– Джеймс мне сообщил. – Лицо Хелены осталось непроницаемым.

– Думаю, смерти Эмили и Софии как-то связаны.

– А что вам еще думать? – Хелена повернулась и посмотрела Лайле в глаза. – Это отвлекло бы от вас внимание полиции, не правда ли?

Лайла выдержала ее взгляд.

– Я не убивала Эмили.

– Это вы так говорите. – Хелена снова отвернулась от Лайлы.

Лайла решила, что нет смысла и дальше говорить обиняками – пора переходить к делу.

– За последние недели я кое-что узнала о Софии. Перед смертью у нее были проблемы: она прогуливала школу и ссорилась с друзьями. Упоминались также запрещенные вещества и шантаж.

– Мне известно, что София могла прогулять урок-другой и пару раз экспериментировала с разными веществами. Она могла и поругаться с кем-нибудь из подруг, но все это совершенно нормально для девочек ее возраста. Совершенно точно ее никто не шантажировал. Если она так думала, то лишь потому, что была склонна все преувеличивать, – сердито ответила Хелена.

– Мне кажется, за этим кроется нечто большее. Сюзанна говорила, что София хранила какие-то тайны и слишком много пила в последние месяцы перед смертью, – сказала Лайла. – София обращалась к вам? Просила о помощи?

– О, так Сюзанна рассказала вам про психиатра, да? – рассердилась Хелена. – Действительно, я сочла, что София не нуждается в помощи профессионала, и так ей и сказала, когда она попросила. У нее возникли кое-какие трудности. Но ничего такого, с чем мы не могли справиться.

Волоски на затылке у Лайлы встали дыбом от неожиданного признания Хелены. Лайла не знала, что София хотела обратиться к психиатру, и вряд ли Сюзанне было об этом известно. Получалось, что София с чем-то боролась, прежде чем умереть. Лайле пришли на ум дневниковая запись, поддельные чеки, тайные телефонные переговоры. Было ли дело в запрещенных веществах или в чем-то еще?

– Что за трудности возникли у Софии? – спросила Лайла.

– Незначительные, могу вас уверить. – Хелена помахала в воздухе рукой, будто отгоняла даже само предположение, что у Софии могли быть проблемы. – София преувеличивала многие вещи, как большинство девочек-подростков. Временами она была очень упряма, но я держала ее под контролем. С ней все было бы нормально.

Но с Софией все не было нормально. Она умерла. Хелена пыталась исправлять ее ошибки и скрывать ее проблемы, но это не сработало. В конце концов контроль не помог.

Лайла понимала почему. Контроль – это скользкая дорожка, когда дело касается дочерей. Ей хотелось, чтобы Беа была в безопасности и слушалась ее. Но также она хотела вырастить дочь уверенной в себе и независимой. Оба этих качества не поддаются контролю. Иногда от них становятся трудными и неуправляемыми – как Беа. Мама держала Лайлу под контролем, пока она росла, и Лайла принесла этот контроль с собой, в их несчастливый брак с Райаном. Она не всегда знала, как правильно поступать, но контроль над дочерью не был ей нужен. Она не хотела превратиться в свою мать или в Хелену.

Лайла начала, осторожно подбирая слова:

– Как думаете, могло ли быть так, что София, раз она хотела обратиться к психиатру, понимала, что ее проблемы серьезнее, чем кажется? Настолько, что они привели к ее смерти?

Хелена покосилась на Лайлу, скривив рот.

– Я видела статьи про вашего мужа в газетах. Скандал прогремел на весь штат. Поэтому послушайте меня и постарайтесь понять. Мы не похожи на вас. Наша семья, когда возникают проблемы, решает их своим кругом. Мы не поднимаем шума, не втягиваем посторонних и не болтаем о своих трудностях направо и налево. – Она поднялась с лицом ледяным и замкнутым. – А теперь прошу меня извинить.

Лайла привстала.

– Погодите, Хелена. Разве вы не хотите узнать,