Убийства в одном особняке - Стейси Хакни

Хелена выпрямила спину.

– Я знаю, что с ней произошло. Она умерла. Вы не поймете, что это такое, пока то же самое не случится с вами. Надеюсь, не случится. Такой участи я не пожелаю никому. Я день за днем живу с ее смертью.

Несмотря на резкость Хелены, Лайла искренне сочувствовала ей. Никто не предупреждает, что материнство идет в комплекте с ежедневной дозой страха. И все становится еще хуже, когда ребенок вступает в большой мир – без вас.

– Я знаю, что вам тяжело о ней говорить, но…

– Нет, вы не знаете. – Лицо Хелены посуровело. – Я не хочу, чтобы репутация Софии пострадала и на Элис легла тень из-за ее сестры. Я требую, чтобы вы немедленно прекратили свое расследование. Оно меня расстраивает, и если вы продолжите, я обращусь к Стэнли Рейнджеру и в совет жильцов «Примроуза», чтобы вас отсюда выселили.

Хелена развернулась и покинула патио, цокая каблуками по камням.

Лайла обмякла на скамье. Хелена не была президентом совета жильцов, как Рут, но обладала еще большей властью и влиянием на местное общество. Мама ясно дала понять, что, если до Стэнли дойдут новые жалобы, Лайле придется покинуть «Примроуз». Жалоба от всемогущей грозной Хелены Кент определенно станет для Лайлы последней каплей. Проблема была в том, что, прекратив расследование убийства Софии, Лайла рисковала сама оказаться в тюрьме.

Несмотря на угрозу Хелены, Лайла немедленно позвонила Сюзанне спросить, знала ли она, что София хотела обратиться к психиатру незадолго до смерти. Та понятия об этом не имела, и, казалось, такое неведение расстроило ее саму.

– У меня такое чувство, будто речь о какой-то незнакомке, – призналась Сюзанна.

Лайла попыталась ее утешить:

– Психические проблемы – дело личное. Наверное, София просто не знала, как об этом сказать.

Лайла не нашла в себе мужества сообщить Сюзанне, что она права – никто не знал настоящую Софию.

* * *

Беа уже была в постели, и Лайла взялась наводить порядок в гостиной перед сном, когда ее телефон зазвонил. Номер был незнакомый, с кодом Норфолка. Она напряглась всем телом: вдруг это Стэнли, звонит сказать, чтобы она убиралась из квартиры, потому что Хелена уже осуществила свою угрозу?

– Алло? – спросила Лайла осторожно, крепко прижав трубку к уху.

– Мисс Шоу, это Джеральд Партридж, адвокат вашего мужа. Простите, что звоню так поздно, но у меня новости.

Лайла была не уверена, лучше это, чем звонок Стэнли, или хуже. В последний раз, когда Джеральд позвонил с новостями, они лишились дома.

– В чем дело?

– Сегодня утром Райана в Гондурасе арестовало ФБР. Он возвращается в Соединенные Штаты.

У Лайлы подкосились ноги. Она присела на диван, вжавшись спиной в подушки. В ушах зашумело; голос Джеральда доносился будто со дна реки. Гласные дрожали, а согласные не различались между собой.

– Я… простите, – перебила его Лайла. – Вы сказали, что Райан арестован?

– Да, именно это я и сказал, – подтвердил Джеральд. – Я коротко переговорил с ним, и он хотел, чтобы я позвонил и предупредил вас. Чтобы вы знали, что сказать Беа.

Сказать Беа? Как Лайла объяснит все это своей дочери? Она не хотела говорить Беа, что ее отец сядет в тюрьму и что они разводятся.

– Ладно, – пробормотала Лайла слабым голосом, все еще пытаясь переварить информацию. – И что будет дальше?

– Как вам известно, прошлой осенью Райану предъявили обвинения в сговоре и мошенничестве. Суд состоится в Норфолке. Он не признает себя виновным, – сказал Джеральд.

– Но он… он же сбежал из страны.

– Да, и это осложняет дело. Наверняка будут выдвигаться новые обвинения, связанные с его действиями, но это не меняет того факта, что улик против Райана очень мало. Мы будем их оспаривать.

Райана обвиняли в сговоре с компанией, занимающейся телемедициной, которая подавала тысячи фальшивых чеков на страховые выплаты, то есть в краже из собственной фирмы. Он мошенническим образом выманил у государства двадцать два миллиона долларов.

– Я не понимаю. Компания же принадлежала ему, – сказала Лайла.

– Верно, но Райан во всем полагался на своего генерального директора. Тот отвечал за страховые выплаты, а Райан о мошенничестве ничего не знал.

Это была полная чушь. Райан контролировал все аспекты своего бизнеса. Это был его принцип руководства компанией.

Джеральд продолжал:

– Естественно, у генерального директора совсем другая история, но нет никаких доказательств связи между вашим мужем и компанией телемедицины, участвовавшей в мошенничестве. Кроме того, не найдено денежного следа между Райаном и незаконно присвоенными средствами. Кто-то переместил эти деньги на офшорный счет еще до вмешательства ФБР. Для меня главное – отсутствие доказательств, что это сделал ваш муж.

У Лайлы закружилась голова, поэтому она промолчала. Джеральд продолжал что-то говорить о судебных процедурах. Закончив, он пообещал держать Лайлу в курсе дела и повесил трубку.

Она неподвижно сидела в темной комнате. Мозг пытался осознать последние события; мысли кружились, как в водовороте. Райан не признает себя виновным. Возможно ли, чтобы он был не виноват? Она в это не верила.

Внезапно лицо Райана встало у нее перед глазами – массивный подбородок, голубые глаза, легкая улыбка, с которой он глядел на нее через кухонный стол, когда Беа говорила что-нибудь забавное. По выходным они любили гулять по своему первому жилому кварталу, обсуждая планы на будущее. Он носил маленькую Беа на руках по гостиной, когда ночью у нее поднималась температура, чтобы Лайла выспалась. Мог подхватить и перевернуть вниз головой, чтобы Беа рассмеялась, когда та была готова устроить истерику. Все было не так уж плохо.

Но и не хорошо.

Лайла молчала, когда Райан в последнюю минуту не приходил на ужин, отправляясь вместо этого на игру в гольф или на бизнес-встречу. Но внутри она кипела и, когда муж возвращался, игнорировала его. Перестала спрашивать, как дела на работе, потому что больше не считала себя частью компании. Когда Райан в постели поворачивался к ней, притворялась спящей, потому что больше его не хотела. Секс за годы совместной жизни превратился для нее в неприятную обязанность. Да, он бросил ее и сбежал из страны, разрушил их жизнь своим мошенничеством – за это она, вероятно, никогда его не простит, – но то была не единственная причина, по которой распался их брак.

Брак распался, потому что они больше не любили друг друга, и это произошло задолго до бегства Райана. У них не осталось ничего общего, кроме Беа, – никаких причин оставаться вместе. Кроме дочери. Лайла говорила себе, что этого достаточно и что со временем все наладится, но сама в это не верила.

Двое несчастных