Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

Конор примчался к ней, радуясь, что дело только в технических неполадках, и спрятал велосипед за гостевым домом. Еще не видя, что произошло, он обо всем догадался по звукам, а потом и по запаху, как только вошел в окутанную паром ванную комнату. Один из кранов, очевидно для горячей воды, был оторван от стены. Из оголенной трубы, как из открытого пожарного гидранта, хлестал мощный поток воды. Эмили с вспотевшим заплаканным лицом носилась туда-сюда, зачерпывая кастрюлей воду, заполнившую ванну уже наполовину, и выливая ее в унитаз.

– Кран оторвался! – прокричала она сквозь шум потопа. – Вода прибывает быстрее, чем успевает стечь!

Оторванная кран-букса покоилась на краю ванны. Конор попытался прикрепить ее к трубе – и тотчас отдернул обожженную руку. Затем попробовал еще раз. Тщетно: температура воды была слишком высокой, а движущее давление пара только усугубляло ситуацию. Более того: кусок оголенной трубы разбрызгивал кипяток в разные стороны, как прикрытый пальцем шланг, обстреливая руки раскаленными каплями.

– Не выйдет! – крикнула Эмили. – Я тоже обожглась!

Конор нигде не видел ни запорного вентиля, ни панели доступа.

– А как перекрыть воду во всем доме?

– Понятия не имею! Ванной конец!

Эмили была права: вода продолжала подниматься, а пол здесь был деревянным. Конечно, Конор мог попытаться вместе с Эмили выливать воду, но это лишь ненадолго отсрочило бы неминуемое.

– Ты пробовала вызвать сантехника?

– Никто не берет трубку! Я позвоню маме. Может, она знает, как перекрыть воду.

– Не надо! Стой! – Конор удвоил усилия.

Эмили вылила в унитаз очередную бесполезную кастрюлю.

– Ладно! – крикнула она, признав поражение. – В дереве есть щели. Рано или поздно горячая вода уйдет. Придется заменить пол.

Конора осенило. Он открыл холодную воду.

– Что ты делаешь? – удивилась Эмили. – Теперь поток еще больше!

– Так я смогу стоять в воде, – объяснил он. – А ты продолжай вычерпывать.

Как только температура воды перестала быть травмирующей, Конор сбросил шлепанцы и ступил в ванну, чтобы занять более удобную позицию. Вода продолжала подниматься и больно обожгла его икры. Он знал, что долго не протянет, и принялся толкать и крутить кран-буксу обеими руками, держа ее под прямым углом, чтобы защититься от ожогов. Но всякий раз, когда ему казалось, что он наконец закрепил переходник как следует, вода вновь наносила ответный удар.

– Хватит, – велела ему Эмили. – Не убивайся.

– Вот дерьмо, – буркнул Конор. Изо всех сил напрягая плечи, трицепсы, квадрицепсы и обожженные икры, он продолжал давить на трубу и крутить кран, словно слишком тугую крышку, защищенную от вскрытия детьми.

Когда на потном лбу Конора вздулись вены, между краном и трубой вдруг раздался громкий щелчок. Потоп – о чудо! – неожиданно прекратился. Несколько безобидных миллилитров воды, взбаламученной движениями Конора, перелились через край ванны. Хаос был позади, а ванная уцелела. Наконец воцарилась тишина.

– Господи Иисусе, – пробормотала Эмили. – Получилось.

Конор вылез из ванны. Ступни и икры стали багровыми, а руки покраснели, словно клешни рака. Эмили велела Конору подставить обожженные места под холодную воду и взяла с полки банку вазелина.

– Не верится, что ты справился, – приговаривала она, нежно намазывая его сморщенную кожу. – Ты гений.

– Не уверен, что это слово подходит человеку, вернувшему кран на место при помощи грубой силы.

– Дело не в силе. Ты держался молодцом и додумался открыть холодную воду. А еще, – сказала она, глядя на него в восхищенном изумлении, которого он прежде не видел в ее взгляде, – не опустил руки, даже когда надежды не осталось. В отличие от меня. Тоже мне, хозяйка.

Когда Конор немного пришел в себя, она потащила его в постель, хотя обычно он сам проявлял инициативу. Может, его героизм вывел ее из оцепенения и в этот раз все будет иначе? Но финал был таким же, как и всегда: он вновь столкнулся с ее прочным, непробиваемым барьером.

* * *

Несколько дней спустя, вернувшись с тренировки с Диком Гаррисоном, Конор обнаружил на пороге адресованную ему посылку с новеньким ноутбуком. К нему была приложена записка: «За услуги, оказанные моим гениальным сантехником. Э.».

– Компьютер – это уж слишком, – сказал он Эмили по телефону.

– Замена пола стоила бы гораздо дороже, – возразила она. – Ты сам говорил, что ноутбук у тебя очень старый и начал тормозить.

За исключением Ричарда, положившего десять тысяч на сберегательный счет ученика, никто не делал Конору столь щедрых подарков.

– И все же. Вещь слишком дорогая.

– Деньги не проблема, – отмахнулась Эмили. – Боже. Так всегда говорит моя мама. Я превращаюсь в ее копию. Прошу, прими мой подарок, ладно? Я буду счастлива.

Конор понял, что Эмили не переубедить, и горячо ее поблагодарил; помимо нового смартфона, он и впрямь нуждался в новом компьютере и с ужасом думал о том, что рано или поздно придется потратить на него кругленькую сумму. Но деньги найдутся – по крайней мере, у Эмили. На днях он увидел в открытой вкладке ее ноутбука чек за пожертвование в Нью-Йоркский продовольственный фонд в размере трех тысяч долларов. Для нее это значило не больше, чем спонтанная покупка на кассе.

Попрощавшись с Эмили, Конор поискал в интернете объявления о продаже недвижимости по ее бруклинскому адресу, указанному в бланке заказа, хотя раньше запрещал себе это делать, не желая запятнать свои чувства оценкой финансовых возможностей возлюбленной.

Она жила в съемной квартире с двумя спальнями и собственным садом, в доме из коричневого камня. Собственник выставлял жилье в аренду, – прочитав в первый раз, Конор не поверил своим глазам – за семь тысяч долларов в месяц. То есть восемьдесят четыре тысячи в год. Во многих штатах этого хватило бы на первоначальный взнос за ипотеку.

Очевидно, трастовый фонд Эмили содержал больше двух с половиной миллионов долларов. Гораздо больше.

* * *

Они встречались только поздними вечерами (за исключением двух-трех раз в неделю, когда Кэтрин заявляла о своих правах), но однажды утром, лежа в постели, прежде чем Конор ушел на тренировку с Джоном, Эмили спросила, не хочет ли он сегодня искупаться. И добавила, что добраться до пляжа можно порознь, если он переживает, что их увидят вместе. Конор напомнил ей, что не может похвастать навыками пловца.

– Поэтому и предложила, – пояснила Эмили. – Если хочешь, я тебя научу.

Конор принялся сопротивляться, но после того, как Эмили заверила, что не станет думать о нем хуже, если ничего не выйдет, неохотно согласился. Чуть позже они встретились на пляже за грудой валунов, отделяющей Каттерс от соседнего закрытого поселка Таннерс-Пойнт, чтобы не попасться на глаза знакомым. Эмили показала Конору, как плавать кролем. Увидев, как он барахтается, едва не наглотавшись морской