Умник - Арно Штробель

Йохен опустил вилку.

— Вы имеете в виду — как вы сейчас? Нет, я бы так не сделал. У меня, между прочим, есть напарник.

— Значит, вас там не было?

— Нет.

— Тогда либо эта Шёнборн мне солгала, либо там кто-то еще ведет свою игру.

— С чего бы ей лгать о такой мелочи? Что ей это даст?

— Якобы туда приходил один из моих коллег и сказал, что только я подозреваю Альтмайера.

— Вообще-то это не так уж далеко от истины.

— Я хочу знать, кто это был, черт подери.

— Тогда стоит еще раз поговорить с госпожой Шёнборн.

Хармсен залпом выпил эспрессо, который к тому времени в лучшем случае был едва теплым.

— Скорее всего, она просто сморозила глупость, чтобы от меня отделаться.

Йохен задумался, почему Хармсен так резко сменил тон. Для него это было нехарактерно.

Очевидно, он не хотел, чтобы Юлия Шёнборн в присутствии Йохена рассказала о его визите больше, чем уже сказала.

И снова в голове Йохена мелькнула мысль: возможно, существует кто-то, кого Хармсен пытается прикрыть.

Он отодвинул к середине стола пустую тарелку и внимательно посмотрел на Хармсена.

— Скажите… Кажется, я слышал, что вы очень хотели получить именно это дело. Почему? Вы знаете здесь кого-то, на Амруме? Может быть, еще с прежних времен?

Лицо Хармсена мгновенно потемнело.

— Что еще за вопрос? С какой стати мне здесь кого-то знать? И даже если бы знал — какое вам до этого дело?

Похоже, он догадался, чем вызван этот вопрос. В каком-то смысле его реакция была объяснима. И все же Йохену до смерти надоели и это вечное хамство, и этот грубый напор.

Настолько, что он больше не собирался сносить его молча.

— Похоже, вы считаете, что вообще не существует ничего, что могло бы меня касаться, — столь же холодно парировал он.

— Возможно, это сказано слишком резко, но по сути — почти так и есть.

Йохен поднялся, бросил быстрый взгляд в сторону, где Катя Бриске сидела одна за столиком и ела внушительную порцию салата, а затем снова повернулся к Хармсену.

— У меня больше нет ни малейшего желания сидеть с вами за одним столом и выслушивать ваши оскорбления.

С этими словами он оставил Хармсена и подошел к Кате Бриске, которая удивленно подняла на него глаза.

— Простите, вас не очень побеспокоит, если я ненадолго к вам присоединюсь? У моего напарника настолько отвратительное настроение, что общество приветливой молодой женщины стало бы для меня настоящим спасением.

Она улыбнулась.

— Нет, я не против. Если только вы не собираетесь допрашивать меня во время еды.

Йохен поднял обе руки.

— Обещаю.

Он сел и огляделся в поисках официанта, но того нигде не было видно. И только теперь ему пришла в голову одна деталь, которая его удивила.

— Вы часто приходите сюда поесть? Я имею в виду… у вас ведь у самой есть ресторан. Или это что-то вроде жеста вежливости — время от времени наведываться и к конкурентам?

Она снова улыбнулась.

— Вообще, я и правда люблю иногда ходить в другие места и позволять обслуживать себя. Но сегодня…

Она на секунду замялась, подбирая слова.

— Видите ли, мой муж временами бывает немного ревнив.

После короткой паузы она добавила:

— Хотя, если честно, не временами. Всегда. И ко всем подряд. В общем, мне просто стало тяжело, и я хотела спокойно поесть. Одна. Без страха, что случайно на кого-нибудь посмотрю.

— И тут появляется полицейский и мешает вам. Простите.

— Нет, все в порядке. Вы ведь не станете арестовывать меня только за то, что я случайно посмотрю на другого мужчину.

Йохен сделал вид, будто всерьез обдумывает такую возможность, и оба рассмеялись.

— Но вообще-то у меня и правда есть еще один вопрос. Косвенно он связан с нашим расследованием. Можно мне все-таки его задать?

Она кивнула.

— Конечно.

— Мы изъяли фотоаппарат господина Фельдмана и нашли там несколько ваших снимков. На пляже. Вы знали, что он вас фотографировал?

Если Йохен и ожидал увидеть на ее лице удивление, его ждало разочарование.

— Нет. Но меня это не удивляет. На него похоже. По деревне ходят слухи, что ему пришлось уйти из школы после серьезной стычки с одним из учеников. Тот якобы хотел потребовать объяснений, потому что выяснил: Фельдман тайком снимал его девушку. И, кажется, она тоже была его ученицей. Несовершеннолетней.

— Ох… — вырвалось у Йохена.

— Но вы же знаете, как устроены слухи в маленьких деревнях. Обычно в них есть доля правды, но никто не знает, насколько она велика и сколько всего добавляется при каждом новом пересказе.

— И тогда никто не подал заявление?

— Этого я не знаю.

Повисла пауза. Йохен бросил взгляд на столик, за которым еще недавно сидел с Хармсеном. Тот уже пустовал.

Йохен подумал, не отправился ли его напарник снова в одиночку к дому Альтмайеров.

И еще — о Фельдмане.

Очень странный, непроницаемый человек.

https://nnmclub.to

ГЛАВА 45

Уже за завтраком Мартина недвусмысленно дала всем понять, чего от неё сегодня ждать.

Булочки были слишком мягкими, масло — слишком твёрдым.

— И как, по-вашему, я должна намазывать на булочку вот этот булыжник? — проворчала она, без всякой охоты поскребя ножом по маслу. — Можно было хотя бы заранее вынуть его из холодильника.

— Верно, — отозвалась Юлия. — Почему же ты сама этого не сделала?

— Потому что безуспешно пыталась уснуть, пока вы тут с утра устроили на кухне чёрт знает что.

— Ну да, причина, конечно, серьёзная, — сказала Юлия. — Прости, пожалуйста, что мы оказались настолько бесчувственны и начали двигаться уже в девять утра.

— Когда всю ночь не можешь сомкнуть глаз, потому что не знаешь, не выскользнет ли кто-нибудь в эту минуту из соседней комнаты, приходится пытаться уснуть хотя бы утром.

Юлия покосилась на Михаэля, но ни он, ни Андреас, похоже, не собирались вмешиваться. Что ж, она тоже не станет продолжать эту тему.

— Как бы то ни было, — сказала она, заставив себя улыбнуться, — определённо, в твоём обществе день начинается прекрасно.

Мартина с резким стуком поставила чашку на блюдце и шумно отодвинула стул.

— Продолжайте без меня. С утра я этого терпеть не намерена.

Она встала и вышла из кухни.