Принцип трех обезьян - Ирина Семеновна Левит

людям выяснить на данный момент не удалось, но должна быть надежная схема. В любом случае, у вас мало шансов поймать на горячем. Но если мои и ваши люди объединятся, то шанс велик. У меня сейчас в медцентре находятся два человека. Они в помещении, куда поступают фляги, установили камеры скрытого наблюдения. То есть все действия Беляковой будут зафиксированы. Кроме того, у них есть ключи от дверей, им никуда не надо вламываться и они ее быстро возьмут. После чего, опять-таки без шума и гама, совершенно тихо, передадут вашим коллегам. Естественно, будут переданы и все материалы моего внутреннего расследования.

– Мне кажется, больше всего вас заботит, чтобы все прошло тихо, – скривила губы Грознова.

– Да, меня это заботит, – подтвердил Терновский. – Но это должно заботить и вас, если вы хотите разобраться, кому из медцентра передается товар. Шум и гам скрыть не удастся, а я не исключаю, что тот, кто забирает наркотики у Беляковой, присматривает за процессом. Иными словами, свяжитесь оперативно со своими коллегами и предложите им мой вариант как наиболее разумный. Фотографию Беляковой, а также фотографии и контакты моих людей, свои контакты я вам сейчас перешлю. Ну, что скажете?

Грознова помолчала несколько секунд и ответила:

– Я свяжусь с коллегами.

– И дайте, пожалуйста, мне знать, о чем договорились. У нас не много времени.

Терновский отключился, и Ланкур поднялся со стула со словами:

– Я отлучусь, не стану вам мешать, а вы располагайтесь, как вам удобно.

После чего покинул номер.

Вернулся минут через двадцать, деликатно стукнул в собственную дверь и услышал:

– Заходите!

Грознова сидела уже не за столом, а в мягком кресле, в несколько расслабленной позе, но со строгим выражением лица.

– Я переговорила с коллегами. Они приняли предложение господина Терновского, – сказала она.

– Это очень разумно. – Ланкур посмотрел на часы. – Может, вы сходите на обед, а мы потом продолжим нашу беседу?

– Нет. Я сначала хочу познакомиться с подробностями, которые, по словам господина Терновского, вы готовы мне изложить. – Прозвучало это подчеркнуто официально, что вызвало у Ланкура улыбку: он привык видеть милую любезную женщину, а в данный момент перед ним сидела дама в мундире. Или, по крайней мере, дама, которая ощущала себя в мундире.

– Тогда я готов предложить вам кофе или чай. У меня прекрасный кофе, с утра помолотый, и я его мастерски варю.

– Прекрасный кофе… – Грознова усмехнулась.

Ланкур не понял, к чему относится эта усмешка, и уточнил:

– Так кофе?

– Да, спасибо.

– А еще у меня есть прекрасное печенье. Мне его привозит из Москвы Ирина Андреевна Голубович. В отличие от меня, она там регулярно бывает. Рядом с офисом «Здравницы» есть чудесная пекарня, там пекут это печенье.

Ланкур принялся колдовать над джезвой, ожидая, что в процесс колдовства Грознова вклинится с вопросами, но та молчала. Наконец он выставил на стол сахарницу, коробку с печеньем и разлил по чашкам кофе. Грознова вдохнула аромат, отхлебнула глоток, воскликнула: «М-м-м!», откусила кусочек печенья с тем же возгласом и спросила, словно стрелу пустила:

– Так откуда же господин Терновский узнал, что я – следователь?

– От меня, – ответил Ланкур.

– А вы когда и как узнали? – Грознова вновь отхлебнула кофе, хрустнула печеньем, но уже без всяких «м-м-м!». Серьезно так спросила.

– Почти с самого начала. Но совершенно случайно. Дело в том, что в ноябре прошлого года к нам пришел на работу новый охранник, Петр. У него случилась проблема по моей медицинской части, и я ему оперативно и совершенно бесплатно помог. А он проникся ко мне признательностью. Так вот, Петр раньше работал охранником в Гостевом доме в Кураевске. Вы ведь знаете, Вера Ивановна, эту чудесную гостиничку для особых гостей?

Грознова кивнула.

– Ну да, вы там жили в октябре, когда занимались убийством тренера из спорткомплекса. А Петр вас запомнил. И когда чуть ли не на второй день вас увидел, счел необходимым сообщить мне.

– И с чего вдруг такая бдительность? – Грознова посмотрела недоверчиво.

– Ну как же? – удивился Ланкур. – Вы же появились буквально через несколько дней после убийства девушки. Причем появились под видом обычной отдыхающей.

– Стоп! – прервала Грознова. – Я купила путевку в начале декабря, чуть не за три недели до происшествия. И моему сыну действительно нужна была медицинская помощь.

– Конечно, конечно! – охотно согласился врач. – Все так и есть. Мальчику действительно было нужно, и с мальчиком все будет хорошо, даже не сомневайтесь. Охотно верю, что ваше появление и убийство – чистое совпадение. Но!.. – Ланкур покачал головой. – Имелись нюансы. Во-первых, вы явно скрывали, что следователь. Да-да! Я вас спросил, кто вы по профессии, а вы ответили: «Юрист». При этом Ярослав счел нужным уточнить, что вы работаете в фирме. То есть мальчик в некотором смысле был посвящен. И да, вы оба, по сути, не обманули. Вы действительно юрист, а следственный комитет вполне можно считать фирмой. Во-вторых, вы почти каждый вечер куда-то исчезали, причем чаще всего без сына. А возвращались довольно поздно и вроде бы пешком. Но сильно сомнительно, что молодая женщина одна, в позднее время, пойдет полтора километра по нашей аллее. Самое вероятное, вас кто-то подвозил, высаживал поблизости от санатория, но так, чтобы ни на камеры, ни на чужие глаза не попасться. К чему такая таинственность? Наконец, в-третьих. Я, конечно, не разбираюсь в ваших… скажем так, ведомственных… правилах, но несколько странно, чтобы вы уж совсем оказались в стороне. Причем явно от этого дистанцировались. При этом я узнал: в октябре вы очень плотно работали с начальником нашего РОВД, он же вас в Гостевой дом устроил, а девушку убили в библиотеке, которой заведует сестра начальника РОВД.

– Н-да… вам не откажешь в логике, – признала Грознова. – Но почему в сегодняшней ситуации вы решили обратиться именно ко мне, а не к следователю Павлинову, с которым вы достаточно знакомы?

– Потому, что я к вам пригляделся. И вы производите впечатление женщины не только разумной, но и… – Ланкур потрогал пальцами собственную шею, – …не упакованной по самое горло в тесный мундир. То есть вы производите впечатление не служаки, а женщины, вполне способной к пониманию и нормальному общению. В общем, хорошей женщины. – (Хорошая женщина весьма выразительно хмыкнула). – Вот поэтому мы с Сергеем приняли решение все рассказать вам.

– С Сергеем? – уточнила Грознова. – Вы имеете в виду господина Терновского?

– Ну, господин Терновский он много для кого, но не для меня. Мы с Сергеем учились в одном классе и с тех пор дружим. Кстати, Жор Жорычем первым назвал меня он, а я счел это