Принцип трех обезьян - Ирина Семеновна Левит

вместе с ней пакет. Кудрявый буквально рухнул на колени, быстрым движением засунул пакет внутрь, крутанул головой, озираясь, и принялся завинчивать крышку. После чего впихнул флягу в фургон с таким выражением лица, в котором совместились злость и испуг.

Крепыш и водитель, о чем-то беседуя в некотором отдалении, ничего не заметили. Правда, и само происшествие, особенно связанное с пакетом, уместилось в секунды. Это уже спустя несколько минут напарник и водитель обратили внимание на заляпанного грязью кудрявого и принялись весьма бурно обсуждать.

Вадим открутил запись чуть назад. На фляге с пакетом было написано «ГР 12». Он записал номера других фляг, благо надписи были с трех сторон, так что на камеру все попали. Затем вернулся к двадцатому декабря, переписал номера трех фляг, которые пришли со станции полными, и пяти фляг, которые отправились назад пустыми, – и среди них двенадцатая.

Вадим вышел в соседнюю комнату, где за компьютером работала Олеся Кондратьева, сказал:

– Вам новое задание. Отсмотрите на всех записях, начиная с самого начала, фрагменты, которые касаются доставки фляг с грязью. Когда и сколько приходит со станции и отправляется назад, когда и сколько отгружают в городской медцентр и возвращают назад. В общем, всё движение фляг. Четко зафиксируйте каждый номер. Но самое главное – отследите флягу под номером двенадцать.

– Будет сделано, – кивнула Кондратьева. О том, зачем это надо, она не спросила.

Вадим вернулся в свой кабинет и позвонил Грозновой.

– Я была с Ярославом у врача и успела отсмотреть только девятнадцатое число и двадцать первое до полудня, – с нотками оправдания сообщила Вера.

– Ничего страшного, главное – здоровье, – с нотками великодушия отозвался Вадим. – Что-нибудь интересное нашли?

– Пока ничего заслуживающего внимания.

– А машина с грязью приезжала?

– В смысле? – не поняла Вера.

– Небольшой грузовик, в котором в санаторий привозят со станции грязь во флягах.

– Нет, ничего такого не было. Машина с продуктами в девять утра приезжала. Девятнадцатого в районе трех приезжала машина, из нее выгружали прозрачные контейнеры, судя по всему, с бельем и еще чем-то тряпичным. А с флягами нет.

– Понятно. Значит, грязь поставляют через день, как раз выпало на мои четные числа.

– И что с этой грязью? – заинтересовалась Вера.

– О-о!.. – хмыкнул Вадим. – С грязью, похоже, весьма грязное дельце. Я вам сейчас перешлю один фрагмент от двадцать второго декабря, а вы гляньте.

Грознова перезвонила даже раньше, чем Вадим ожидал.

– Да уж… В этой ценной лечебной грязи вы отыскали, похоже, еще нечто более ценное и совсем даже не лечебное. Я думаю, больше всего это похоже на наркотики, – предположила Вера.

– Пожалуй, – согласился Вадим.

– И то, что пакет выпал, причем под камеру, для нас большая удача. Хотя… – Вера задумалась. – Вообще-то грязи вылилось немного. Если бы пакет бросили прямо во флягу, он бы наверняка опустился на дно и ничего бы не случилось. Скорее всего, пакет был чем-то прикреплен к внутренней стороне фляги. И это разумно. Пакет находился в грязи, но близко к поверхности, так его можно незаметно вытащить буквально за секунды.

– Пожалуй, – вновь согласился Вадим. – В любом случае мы точно знаем, что тут причастен кудрявый санитар. Когда пакет выпал, он не удивился, а испугался и принялся тут же запихивать его назад. Далее фляга отправлялась в городской медцентр. Тут два варианта. Либо водитель останавливался где-то по дороге и отдавал товар, либо водитель не при делах и товар забирали непосредственно в медцентре. Ну и, похоже, закладывали пакет во флягу на грязевой станции. Хотя это не точно. Мог и сам санитар, я посмотрел: со станции фляги привезли в десять утра, а из города приехали в двенадцать, все это время фляги были в помещении, а там видеокамер нет. И еще. За два дня до того, то есть двадцатого числа, когда тоже приехала машина со станции, в воротах появилась Чернецкая. Во двор не заходила, кудрявый санитар ее шуганул, и она исчезла.

– Ну конечно! – Грознова вскрикнула, словно ее в бок чем-то ткнули. – Я вспомнила, где этого кудрявого санитара видела! Он ярко-рыжий! Почти под цвет фляг! Фляги там оранжевого цвета!

Вадим озадачился: на камерах все было как в старом черно-белом кино. Никакого цвета.

– Да, я вспомнила, – продолжила Вера уже без излишних эмоций, спокойным тоном. – Я в самом начале попросила Ярослава порыться в интернете, где там всплывает Чернецкая. И прежде всего в соцсетях. Он нашел ее страницу, там ничего особенного, но много всяких фотографий. И из санатория есть. Но в основном пейзажи, а также смешные картинки. Так вот, на одном из фото – рыжеволосый парень, который весь изогнулся, удерживая оранжевую флягу, а из нее выплескивалась черная жижа. Это снимок внутреннего двора, это тот самый санитар в тот самый момент. И сделано фото из номера Чернецкой, причем, похоже, не через стекло – она либо балконную дверь открыла, либо вообще на балкон вышла.

– Да, в тот день была оттепель. На видео снег подтаявший. – Вадим вспомнил, что в двадцатых числах декабря днем температура поднималась почти до ноля. А еще подумал, что тоже с самого начала дал задание проверить интернет и соцсети, но не получил никакой интересной информации. Впрочем, вряд ли следовало кого-то винить: смешные фото из санатория к делу никак не пришивались.

– Но на снимке был только этот момент. Никакого пакета, – уверенно заявила Вера.

– Я зарядил девушку, которую прислал Добрецов, отсмотреть движение фляг, и прежде всего двенадцатой, за все время, что сохранилось в записях. Попрошу дополнительное подкрепление. Надо все выяснить, и прежде всего про этого рыжего парня.

* * *

Олег Павлович Добрецов зашел в квартиру Вадима, огляделся, заметил кофейник, чашки, сахарницу и вазочку с печеньем на столе, увидел Грознову в домашних тапочках и ухмыльнулся:

– Хорошую вы себе подпольную явку устроили. С комфортом и угощением.

После чего нагнулся, чтобы разуться, но Вадим остановил:

– Проходите так, полковник.

– Да? Ну ладно, – не стал возражать Олег Павлович и принялся тщательно шаркать ботинками по коврику, хотя никакой грязи у него на подошвах не было – лишь довольно чистый снег.

– Хотите кофе? – спросил Вадим и указал в сторону комнаты, прикинув, что начальника РОВД следует принимать, в отличие от Веры, более официально – в гостиной. Впрочем, Грозновой с самого начала он тоже предложил гостиную, но она выбрала кухню.

– Спасибо, конечно, но стараюсь вечером не пить, – отказался Добрецов.

– Тогда, может, чаю?

– А вот это хорошо бы.

– У меня только черный, – уточнил Вадим.

– То, что надо. Не понимаю я эту модную зеленую траву.

Вадим тоже