Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

мне кажется, что ты не здесь. Даже когда ты обнимаешь меня в постели, твои мысли блуждают где-то далеко. Если бы мы не были изолированы от внешнего мира и я не проводила с тобой почти каждую ночь, я бы, наверное, решила, что у тебя есть другая.

Конор не ответил.

– Совсем как мой отец, – продолжала Эмили. – В детстве я часто гостила у него по выходным, а он почти со мной не разговаривал.

Продолжая хранить молчание, Конор ополоснул сковородку горячей водой и протер сухой тряпкой.

– Видимо, я была ему не нужна.

Конор не выдержал и обнял ее.

– Я с тобой. Я не твой папа.

– Проведи тренировку завтра, – сказала она, когда они разомкнули объятия. – Знаешь, я искренне восхищаюсь твоим трудолюбием. Меня это даже возбуждает. В смысле, твоя самодостаточность. А не то, сколько ты зарабатываешь.

Он кивнул.

– Но ты ведь ни с кем больше не встречаешься? – спросила она. – И дома тебя не ждет другая девушка?

– Встречаюсь, – ответил Конор. – С Сюзанной Эстабрук. Поэтому она так щедро мне платит.

Эмили примирительно хихикнула.

– Кстати, что это за парень из Таннерса? Может, мы знакомы.

– М-м… По-моему, Джеймс. Или Джон. А фамилию не по… мню, – сказал Конор, запнувшись всего на секунду, так что Эмили ничего не заметила.

* * *

На следующий день, удостоверившись, что он выздоровел, Кэтрин написала Конору, что ждет его в пять часов, задолго до того, как Эмили должна была вернуться. Не боясь случайно ее встретить, он смело покатил по главной дороге, что было гораздо быстрее, чем идти по прибрежной тропе. Спрятав велосипед на краю полуострова, он убедился, что рядом никого нет, прошествовал к главному входу и позвонил в домофон.

– Конор!

Из гостевого дома вышла Эмили. Он замер как вкопанный.

– У меня телефон разрядился, – сказала она, подойдя ближе. – Я как раз собиралась тебе написать.

– Что ты тут делаешь?

– А ты? Зачем ты звонишь моей маме?

Кэтрин открыла дверь.

– Еще раз здравствуйте, – поприветствовал ее Конор и, не теряя ни секунды, обратился к Эмили: – Тот парень из Таннерса так и не объявился. Пока я ждал его на корте, мимо проходила твоя мама, и я провел тренировку для нее. Зашел за чеком.

Кэтрин посмотрела на обоих.

– Почему ты вернулась так рано? – спросила она дочь.

– Из-за пандемии у парома изменилось расписание, – пояснила Эмили. – Мы узнали об этом, только когда приехали. Пришлось садиться на тот, что отправлялся последним.

– Вы что, знакомы с моей дочерью? – обратилась Кэтрин к Конору.

– Встретились на вечеринке Джона, – солгал тот. – Ты… Эмили, да?

Она чопорно кивнула.

– Я принесу вам чек, – сказала Кэтрин. Но прежде чем скрыться за дверью, предложила: – А почему бы вам обоим не выпить со мной на террасе?

Конор не ответил, полагая, что ее дочь откажется и за себя, и за него.

– Я не против, – сказала Эмили.

– Конор? – уточнила Кэтрин.

Вероятно, его отказ вызовет подозрения у обеих. Хуже того: когда он уйдет, Эмили может не удержаться и рассказать матери об их романе.

– Хорошо, – сказал он.

– Тогда увидимся там. – Кэтрин закрыла за собой дверь.

Какой же он идиот. Дались ему эти несколько минут! Если бы он пошел по тропе, ничего этого не случилось бы.

Конор сделал пару шагов в сторону террасы и остановился.

– А куда идти?

– Прямо. Сразу за гаражом, – пояснила Эмили. – Ну, как тебе моя мама? Хороша?

– Что?

– Она хорошо играет в теннис? Все время хвастается, что была лучшей в школьной команде.

– Она играла… за школьную команду?

– Ага. Ее даже приглашали к себе несколько колледжей. А еще она была в сборной по плаванию и по бадминтону. В перерывах между дурацкими котильонами. Она и меня пыталась научить, когда я была маленькой, но мне жутко не понравился теннис. Не обижайся. Я все думала, как тебе об этом рассказать.

– Играет она неплохо, – сказал Конор.

Через несколько минут к ним присоединилась Кэтрин, принеся поднос с джином и тоником. Если бы кто-то сказал Конору в тот вечер, когда он впервые увидел этот особняк стоимостью двадцать шесть миллионов долларов, что еще до конца лета он, как почетный гость, будет сидеть на его террасе рядом с дочерью владелицы (которой признавался в любви, как и она ему) под звон кубиков льда в бокалах для джина (о существовании которых прежде не знал) и шелест морского прибоя в медовом тепле полуденного солнца, он подумал бы, что сорвал джекпот.

Однако сейчас ему казалось, что он мчится на машине по обледеневшей горной дороге.

– Прости, Эмили, – сказала Кэтрин. – У меня совсем нет пива.

– Ничего.

– Конор, – обратилась к нему Кэтрин, – я не раз говорила Эмили, что мужчинам не нравятся девушки, которые пьют пиво. А вы как считаете?

– Если честно, мне все равно, – пробормотал он.

– Такой… простецкий напиток. – Напыщенным тоном туповатого юриста, только что назначенного членом Верховного суда, Кэтрин прибавила: – Я люблю пиво.

Конор уставился на кубики льда.

– Эмили у нас писатель, – сообщила Кэтрин. – Точнее, пишет книги. Или ты представляешься новым знакомым писателем?

– Говорю, что пишу книгу. Если спрашивают.

– С ней даже хотела сотрудничать одна дама из литературного агентства, – продолжила Кэтрин. – А Эмили ей отказала.

– Никому я не отказывала. И вовсе она не хотела со мной сотрудничать. Ты поставила меня и свою подругу из агентства «Уильямс» в крайне неловкое положение, когда без предупреждения написала нам на почту в одно и то же время, предложив сотрудничество. Чисто из вежливости она ответила, что будет рада ознакомиться с моей рукописью, а я объяснила, что та еще не готова. И даже когда будет, я точно не стану отправлять ее литературному агенту.

– Я лишь пыталась помочь, – возразила Кэтрин. – Не надо изображать, будто я оказала тебе медвежью услугу, предложив завести полезное знакомство.

– Ради бога, дай мне хоть раз в жизни сделать что-то самостоятельно. Наверное, тебе не понять, но далеко не все готовы протаптывать себе дорогу через связи.

Конору и раньше было неловко, когда друзья препирались с родителями, а сейчас он и вовсе оцепенел. Кэтрин пристально посмотрела в лицо дочери.

– Что? – спросила Эмили, потянувшись к щеке.

– У тебя прыщик.

– Спасибо, я в курсе.

– Я дам тебе тональный крем.

– Ты же знаешь, что я никогда не крашусь.

– В этот раз надо сделать исключение, – возразила Кэтрин. – Он тебя уродует.

Эмили расплылась в саркастичной улыбке.

– Я так рада, что мы чудесно проводим время, мама.

– Ну извини, – буркнула та, словно обижаться следовало ей. – Я просто хотела помочь. Немного макияжа никому не повредит. И хватит курить. Сигареты портят кожу. Ты очень красивая,