Отсюда не выплыть - Лорет Энн Уайт

мать жива. Эта старательно поддерживаемая иллюзия и привела к последующему психологическому срыву. На протяжении многих лет Рейвен и Хлоя Купер демонстрировали классический паттерн созависимого поведения, что в значительной степени объясняется их прошлым. Иными словами, для Хлои весь мир состоял только из нее самой и ее матери – ничего другого она никогда не знала и знать не хотела. И вот впервые в жизни она осталась одна… В этих условиях признать смерть матери, принять это как факт означало оказаться лицом к лицу с большим незнакомым миром, стать крайне уязвимой. В каком-то смысле прежняя Хлоя сама разрушала свои бастионы и крепостные стены, чтобы дать место Хлое новой. Это очень нелегко, поэтому вовсе не удивительно, что происходящее ее страшило. В то же время перемена была настолько увлекательной, интересной и захватывающей, что и остановиться она не могла. Все, вместе взятое, и привело к тому, что шлюзы ее подсознания разом открылись и на поверхность вырвались хранившиеся там годами забытые воспоминания и ощущения, которые Хлоя не могла ни истолковать, ни включить ни в один понятный ей нарратив.

Что касается Эдама Спенглера, то буквально в одно утро он превратился из успешного хирурга, спасающего жизни пациентам, в хладнокровного убийцу. Он оказался на краю пропасти, повис над ней – или, если угодно, вступил в свои персональные сумерки души. Теперь он знал только одно: все его мечты, все цели – все сделалось недоступным лишь благодаря тому, что Джемме стало известно о его преступлении. Он утратил перспективу и в результате начал терять всякий контроль над собой.

Ну а Джемма Спенглер… На протяжении уже многих лет она испытывала патологическую тягу быть самой нужной, самой любимой, самой уважаемой и влиятельной. Единственной в своем роде. Когда Джемма поняла, что совершил ее муж, ей пришлось выбирать: либо, не жалея сил, сражаться за свой брак, который она всей душой хотела сохранить, либо смириться с тем, что муж полюбил другую женщину, а ей желал смерти – и не просто желал, но и предпринял попытку устранить ее физически, чтобы она не мешала его личному счастью в новой семье.

ТРИНИТИ (голос за кадром). Значит, с этого момента Джемма представляла для Эдама Спенглера опасность?

ДОКТОР ГОТЬЕ. Я бы сказал, что опасны были все трое. Когда человек вынужден действовать в соответствии с древнейшим побудительным инстинктом «бей или беги», он становится способен на все. В нашем случае все психологические триггеры, запускающие эту инстинктивную реакцию, были налицо. Все трое зависели друг от друга, были связаны друг с другом, и в конце концов это привело к жестокому убийству.

До упомянутых событий

Вернувшись к машине, стоявшей на подъездной дорожке перед особняком Нарека, Джемма принялась рыться в багажнике. Там, среди матерчатых сумок, которые она держала под рукой на случай поездок по магазинам, она отыскала небольшой бумажный пакет. Достав из сумочки косметичку, Джемма поспешила обратно в эллинг, где с помощью пинцета для бровей извлекла из трещины в корпусе гидроцикла обрывки розовой купальной шапочки и опустила в пакет. Туда же отправился и зацепившийся за зазубренный край треснувшего композита длинный светлый волос. Верх пакета Джемма несколько раз перегнула и закрепила заколкой для волос. Из полицейских телесериалов она знала, что ДНК лучше сохраняется в бумажных, а не пластиковых пакетах, а в том, что на найденных ею уликах имеется ДНК Марианны Уэйд, Джемма не сомневалась. Быть может, на обрывках силиконовой шапочки сохранились даже частички ее мозгового вещества… При мысли об этом Джемма передернулась, но все же спрятала бумажный пакет во внутренний карман куртки, чтобы защитить от дождя.

Потом она вышла из эллинга, предварительно убедившись, что все вещи лежат так же, как и до ее прихода, и что никаких следов она не оставила. Заперев дверь, Джемма прошла по дорожке в обратном направлении и села в машину. Собаки приветствовали ее возвращение радостным визгом, и она, рассеянно погладив обоих, достала телефон и позвонила Дот.

– Мне нужен хороший адвокат, – с места в карьер начала Джемма. – Ты вроде говорила, что знаешь одного такого.

Дот с готовностью продиктовала ей имя и телефон и только потом спросила:

– А что случилось, Джем? У тебя все в порядке?

Джемма ответила не сразу.

– Не совсем, – призналась она наконец. – Я потом все тебе расскажу, а сейчас мне нужно кое-чем заняться. И… спасибо, Дот, ты меня очень выручила.

Джемма дала отбой и сразу же стала набирать номер, который продиктовала подруга. Попав на секретаршу, она настояла на том, что у нее очень важное и срочное дело, не терпящее никаких отлагательств, и добилась внеочередного приема у юриста, рекомендованного Дот.

Следующей ее остановкой стал круглосуточный склад рядом с железнодорожными путями в промзоне Северного Ванкувера, где можно было арендовать помещение для хранения вещей. Она оформила документы на самую маленькую клетушку и поместила туда мусорный пакет с гидрокостюмом, шлемом и перчатками, а также пакет с найденными уликами и номерами из Айдахо, которые она завернула в одну из матерчатых сумок.

Когда Джемма вернулась домой, Эдама еще не было. Воспользовавшись этим обстоятельством, Джемма поднялась наверх и достала из вмонтированного в дальнюю стену гардеробной сейфа, где она хранила свои самые дорогие украшения, небольшую коробочку, в которой лежал флеш-накопитель. Она привезла его с собой из Онтарио. Включив ноутбук, Джемма подключила к нему накопитель и скопировала на него сделанные в эллинге фотографии. Несколько фото, на которых были запечатлены бело-голубой гидроцикл и интерьер эллинга, она распечатала.

День уже клонился к вечеру, когда Джемма поехала в город на встречу с адвокатом.

До упомянутых событий

Возвращаясь от адвоката, Джемма подъехала к дому. Солнце уже село. Она как раз собиралась свернуть на свою подъездную дорожку, когда заметила в конце переулка какую-то женщину – та переходила проезжую часть, таща за собой на поводке дряхлую собаку неопределенной породы. Фигура женщины и ее манера двигаться показались Джемме смутно знакомыми, и она сначала притормозила, а потом и вовсе остановилась.

Открыв дверь подъезда в доме напротив, женщина украдкой глянула вдоль улицы, и свет уличного фонаря упал на ее лицо. Это была Хлоя, собачья няня и барменша из «Бич-Хаус». Что она здесь делает, удивилась Джемма. Выгуливает чью-то собаку или… или она здесь живет?

Хлоя тем временем вошла в подъезд, и дверь за ней захлопнулась.

Джемма почувствовала, как кровь быстрее потекла по жилам. Она