Принцип трех обезьян - Ирина Семеновна Левит

Вадим прикрыл глаза, представив третий этаж, куда он приходил к Голубович, и покачал головой:

– Нет. Чтобы оттуда сделать съемку, пришлось бы открыть окно да еще и свеситься на улицу с подоконника. Икс бы на такое не отважился.

– А вот это что? – Добрецов ткнул пальцем в небольшой квадрат на первом этаже между галереей и помещением, где хранились фляги и был служебный выход. – Тут никаких штрихов. Получается, и стекла здесь обычные. А место, где загружают фляги, просто под носом. Идеальная точка для съемки.

Вадим с досадой признал, что глаз у него замылился, не заметил. Вера вздохнула, и тоже досадливо. Хорошо, что Добрецов оказался востроглазым, ухватил «картинку».

– Надо выяснить, кто в этой комнате обитает, – продолжил Олег Павлович и встрепенулся: – Вера Ивановна, вы ж теперь, можно сказать, доверенное лицо у этого врача… Ланкура?

– В определенной степени, – не стала отнекиваться Вера.

– Ну так позвоните ему, поинтересуйтесь. Он же в курсе всего.

Вера глянула на часы:

– В десять вечера он точно спать еще не лег. Терпимое время… – Набрала номер Ланкура и поставила на громкую связь.

Врач откликнулся почти сразу:

– Вера Ивановна?

– Жор Жорыч, я не поздно? – проявила вежливость Вера.

– Ну что вы, голубушка. Я в это время еще бодрствую и нередко пью чай с Ириной Андреевной. Но сегодня Ирине Андреевне не до чаепитий, она чувствует себя совершенно разбитой, бедняжка. – Прозвучало это с искренним сочувствием. – А вы, судя по громкой связи, не одна?

– Не одна. И звоню для справки. Вы знаете, что за комната на первом этаже лечебного корпуса между галереей и служебным помещением, там, где выход на улицу?

Ланкур задумался, но буквально на несколько секунд, после чего ответил:

– Там сидят наши регистраторы Аня и Лиза, уж фамилий, извините, не помню.

– То есть там регистратура?

– Не совсем так. Эти милые барышни занимаются тем, что регистрируют, каким пациентам какие назначают процедуры, в какое время, в какие кабинеты им нужно идти и тому подобное. В общем, занимаются оргработой лечебного отделения.

– Они медики?

– О, нет. Они работают на компьютерах.

– А вы их хорошо знаете?

– Ну-у, я всех хорошо знаю, – в трубке раздался смешок, – но в разной степени хорошести. Анечка, к примеру, у нас почти с самого начала. А Лиза… она новенькая, появилась где-то в середине декабря, мне кажется. Но тоже очень ответственная девушка, насколько я в курсе.

– Жор Жорыч, у меня к вам исключительно деликатная и в общем-то секретная просьба.

– Всегда готов помочь, – заверил Ланкур.

– Не могли бы вы очень осторожно, так… между прочим… разузнать, не происходило ли в их кабинете нечто необычное, может, сущая ерунда, в двадцатых числах декабря. И особенно интересует двадцать второе число. Но только это надо сделать очень аккуратно, чтобы никаких подозрений не возникло.

В трубке опять послышался смешок:

– Вера Ивановна, дорогая, я умею втираться в доверие и вести почти интимные беседы. Так что все, что можно разузнать, разузнаю.

– Большое спасибо, Жор Жорыч, – душевно поблагодарила Вера.

– Не за что, – отозвался Ланкур. – Спокойной вам ночи. – И отключился.

– А он не напортачит? – с некоторым недоверием поинтересовался Добрецов.

– Жор Жорыч? – Вера улыбнулась. – Уверена, нет. Ему бы вообще в разведке работать.

Вадим возражать не стал. Ланкур показал себя мастером не только по врачебной части.

Глава 25

Вчера вечером просьбу-задание получил не только Ланкур, но и Добрецов, вернее, его сестра. Если Жор Жорычу предстояло пошушукаться с регистраторшами, то Галине Павловне – со своими сотрудницами. На тему: не появлялся ли в библиотеке в последние дни кто-то незнакомый или малознакомый? Икс точно не мог быть тем, кто регулярно наведывался в библиотеку, иначе бы он знал про колокольчик, который вывешивают над дверью, когда там нет охранника, а Икс не знал и позволил колокольчику звякнуть.

Не обнаружив флэшки, но обнаружив пустой тайник в подошве ботинка, Икс, конечно, догадался, что Агата успела припрятать свой компромат – именно в библиотеке и именно где-то в книге на дальних стеллажах. Подобное использование книг сто раз описано. Икс явно не рискнул явиться в библиотеку в первые пару дней после открытия в январе, а иначе нашел бы флэшку. Но приходил ли потом?

Библиотека – не торговый центр с толпами народа. Это место немноголюдное, тихое, где по большому счету все на виду у востроглазых библиотекарш. Они вполне могли заметить нового или малоизвестного человека, который заинтересовался дальним залом на втором этаже да там и завис на некоторое время. В общем, беседы Галины Павловны со своими сотрудницами вполне могли дать результат.

Разошлись совсем поздно. Павлинов довез до дома Добрецова, а затем Веру, высадив по обыкновению у поворота. Но тут же не уехал, дождался сообщения «Я на месте».

Ярослав уже спал. Вера зашла в ванную, после чего просто рухнула в кровать и почти сразу уснула. Правда, в последний момент в голове промелькнула мыслишка: что-то тут не клеится, либо клей плохой, либо детали друг другу не подходят. После чего провалилась в сон. Тяжелый, перенасыщенный событиями день вымотал до невозможности.

Зато утром она проснулась совершенно отдохнувшей и свежей. И опять-таки с мыслью, что хоть и банально, однако утро вечера действительно мудренее. И то, о чем успел подумать накануне, теперь способно сложиться в ясную, пусть и парадоксальную картину. Ну конечно, они пытались склеить детали, взятые из одного ящика, а надо было заглянуть в другой. Да, там тоже кое-чего не хватало, но Вера понимала, где взять недостающее.

Ярослав, сразу заметивший, что мать пребывает в каких-то своих мыслях, с разговорами приставать не стал. Хотя имел о чем рассказать.

Павлинов позвонил с вопросом:

– Надеюсь, не разбудил?

– Нет, собираемся с Ярославом на завтрак.

– Хорошо спали?

– Отлично.

– А я вот не спал полночи, и знаете, что надумал?..

– Вадим Борисович, мы с вами просто думаем в унисон! – искренне восхитилась Вера, внимательно выслушав Павлинова. – Именно это мне утром пришло в голову. И я кое-что намерена предпринять.

Павлинов тоже внимательно выслушал Веру и сказал:

– Да, это хороший вариант. А Ланкур не подведет?

– Уверена, нет.

– Удачи!

Жор Жорыч почти сразу ответил на звонок.

– Я завтракаю в нашем служебном кафе, – пояснил он.

– А меня никто не слышит? – уточнила Вера.

– Конечно, нет.

– Тогда у меня есть к вам еще две просьбы…

На эти просьбы Ланкур отреагировал почти с изумлением:

– Да неужели?! Вы уверены?!

– Нет, не уверена. Но сильно подозреваю.

– Я, разумеется, все сделаю. И соображу, как сделать наилучшим образом. Но даже