Принцип трех обезьян - Ирина Семеновна Левит

И тут он услышал перепалку двух санитаров около машины из городского медцентра. Одного он знал хорошо, рыжего Никиту Косых, а другого не знал вовсе – этот крепыш появился буквально пару дней назад. Перепалкой назвать это, конечно, было бы преувеличением (за скандалы Голубович карала жестко, так что если кто-то из персонала и конфликтовал между собой, то тихо и осторожно), однако же разговор складывался напряженный.

– А чё такого-то?! – возмущался крепыш. – Мне велено фляги туда-сюда таскать, я и таскаю. А какая разница, куда какую? И нечего на меня наезжать!

– Ты тут не выступай! – огрызался Никита. – Здесь я старший санитар и я решаю, какую флягу куда.

После чего буквально вырвал из рук напарника полную флягу, утащил ее в подсобку, вернулся с другой флягой и загрузил в медцентровскую машину. Совершенно машинально Виталик отметил на фляге номер «12».

Он бы наверняка не придал никакого значения столь мелкому инциденту, но делать было нечего и, выйдя на свой балкончик (коренастый санитар уже исчез за дверью лечебного корпуса), Виталик спросил в спину Косых, наблюдающего, как машина движется в сторону ворот:

– Никита, чего ты тут перепалку устроил?

Никита вздрогнул так, словно его чем-то огрели, обернулся к Виталику, полоснул взглядом, после чего вмиг набросил на лицо улыбочку и махнул рукой:

– Ерунда! Семен – новичок, пусть правила учит. У нас, санитаров, ведь тоже свои правила.

И неспешно направился в здание.

Через несколько дней Виталик уехал в отпуск. Ну как уехал? Раньше он действительно предпочитал куда-нибудь уезжать подальше, обычно на море. Но, нажившись на природе рядом с озером, решил остаться в городе. И прекрасно провел время с родителями, друзьями и новой (совершенно необременительной) пассией Риммой. Вернулся отдохнувшим и в отличном настроении. Об инциденте между двумя санитарами вообще забыл. Чего держать в голове всякую ерунду?

Спустя дня три после возвращения из отпуска, когда он через служебную дверь выходил во внутренний двор мимо плотно стоящих рядом пустых фляг, заметил, как Никита вытаскивает флягу из самого дальнего угла. На ней было написано «12». Это показалось странным, поскольку под рукой стояли другие фляги и незачем было продираться сквозь их строй, чтобы достать какую-то конкретную.

А потом он начал наблюдать… Сначала просто так, но затем все с большим интересом. Двенадцатая фляга использовалась только для отправки в город, только раз в месяц, и занимался этим исключительно Никита Косых. Вот это уже не могло быть случайностью.

В ноябре он решил кое-что проверить. Это не требовало ни особых усилий, ни особой фантазии. Фляги, предназначенные для города, ждали отправки в рекреации служебного помещения, рядом с выходом во внутренний двор, без какого-либо присмотра. Конечно, в помещение в любой момент мог кто-то зайти, но все-таки здесь не шастали туда-сюда, особенно в холодное время года. Виталик открутил крышку у двенадцатой фляги и сразу заметил тоненькую леску, привязанную к «ушку» у самой горловины. Потянул леску и вытянул небольшой пакет, который был погружен в грязь достаточно близко к поверхности. Разумеется, проверять содержимое он не стал. И почти сразу догадался, что там наркотики – причем не просто мелкая закладка, а нечто побольше, и этот пакет отнюдь не первый и не последний. Теоретические умозаключения, которые выстраивались в голове Виталика, подтвердила вполне конкретная практика.

Все события нескольких месяцев следователь Павлинов вместил в одну фразу: «Каким-то образом вы узнали про наркотики». Детали этого периода его в данный момент, похоже, не интересовали, а Виталик и не собирался ими делиться. Он вообще не собирался делиться какой-либо информацией. Следователь, судя по всему, этого и не ждал.

– Поскольку вы явно выбрали тактику молчания, – сказал Павлинов, – мы с Верой Ивановной сами расскажем вам про ваши дела. Можем, конечно, ошибиться в нюансах, но вряд ли существенных. Итак, начнем с того, что вы не собирались встраиваться в цепочку наркоторговли. Вы ведь человек умный и осторожный. Вы предпочли шантаж…

Да, именно это Виталик и предпочел. Но…

Он не собирался уподобляться тем жадным дуракам, которые уверены, что, заполучив дойную корову, будут постоянно пить халявное молоко. Он считал, что любителей халявы корова либо затопчет копытами, либо продырявит рогами, поскольку принадлежит серьезным людям. А наркоторговцы – это не мужья, втихаря шастающие налево.

Нет, Виталик намеревался взять куш один раз – только один раз! Но – хороший! Три миллиона рублей он счел вполне подъемной суммой для тех, кто организовал наркотрафик. Был еще один момент – скорее эмоциональный. Виталик нисколько не сомневался, что именно Голубович – самая главная в этом подпольном бизнесе. А кто бы еще и сумел, и насмелился? Он ничего не имел против Ирины Андреевны, но ее несокрушимая уверенность, будто все держит под контролем и никто не посмеет ступить за границы четко очерченной для каждого территории, рождала желание щелкнуть по всегда чуть вздернутому носу директрисы. Но это, разумеется, было второстепенным. Главное – деньги.

Виталик все рассчитал и все продумал. И поначалу ему повезло.

В нужный момент запустил вирус в компьютеры регистраторш (так, ерундовый вирусочек, лечился за несколько минут) и, конечно же, был вызван на подмогу. Аня, опытная и бойкая, болела, это Виталик счел удачей, поскольку за всех отдувалась Лиза, работающая всего несколько дней и впавшая в жуткий испуг, узнав про вирус. Сисадмин, конечно же, принялся возмущаться, заявив, чтобы Лиза не стояла у него над душой и куда-нибудь шла с глаз долой: закончит – сам позовет. Перепуганная регистраторша унеслась из кабинета едва ли не со свистом, а Виталик, на всякий случай заперев изнутри дверь, вполне удобно расположился у окна. Именно здесь была самая удачная точка для съемки.

С флягой тоже повезло. Крышку Виталик предварительно малость отвинтил, рассчитав, чтобы от встряски отлетела, а грязь вместе с пакетом выплеснулась на Никиту. Но все получилось еще лучше. От неожиданности Никита флягу уронил, и пакет вывалился на снег. Конечно, все продолжалось секунды, Никита судорожно засунул пакет обратно, с яростным лицом завинтил крышку и запихал флягу в фургон. Великолепное получилось кино!

Но следом Виталик заметил девушку – из номера на третьем этаже, расположенного над номером самого Виталика. Она стояла в проеме открытой балконной двери и тоже снимала на телефон. И тут же он вспомнил: два дня назад, когда отслеживал отправку двенадцатой фляги на станцию, уже видел эту девушку – она топталась у ворот во внутренний двор, но была быстро выпровожена именно Никитой.

Девица исчезла в номере, притворив балконную дверь, а Виталика прошиб